Читать книгу - "Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм"

— Не шевелитесь, — прорычал король ей на ухо. От этой угрозы она застыла ещё сильнее, словно её вены заполнились льдом.

В этот момент она их услышала. Радостные крики, животное рычание, кошмарные звуки наполнили комнату своей пугающей песней.

Тролли прибыли.

Глава четвёртая

РАГНАР

Тролли рассыпались вокруг него. Все они бросились в разные стороны, с обнажёнными торсами и выставленными напоказ клыками. Рагнар и его брат шагали сквозь них, слыша на своём языке призывы: «Троллья жена».

Люди называли это «чёрным наречием». Они так боялись того, что тролли произносили своими низкими голосами и скандирующими выкриками, что решили, будто это тёмная магия, угрожающая их жизням. Или, может быть, она украдёт их души прямо из тел. Впрочем, люди боялись всего, что делали тролли. Они боялись его народа просто за то, что те существуют.

Воздух в замке был густым от дыма. Он вился из настенных светильников, и дышать становилось тяжело. Чёрные пятна копоти портили стены. Не говоря уже о вездесущем запахе немытых тел, который исходил от этих людей. Они пытались скрыть его духами и связками трав, которые носили на шеях, но он всё равно чувствовал этот запах.

Он оскалил зубы, демонстрируя клыки женщинам, которые падали в обморок при виде него. Одна из них, одетая в ярко-жёлтое платье, которое топорщилось вокруг тела, как какой-то безумный цветок, повалилась прямо на мужчину позади себя. Тот поймал её на мгновение, но замер, когда Рагнар поймал его взгляд. Мужчина разжал руки, позволяя женщине рухнуть на пол с глухим стуком.

Сквозь скандирующие выкрики его соплеменников было трудно что-то расслышать, но он услышал. Люди были неспособны защитить даже своих. Как же он должен вынести одну из них в качестве жены?

Гуннар ухмыльнулся, пока они пробирались к подиуму, где стоял король Джеймс. Рагнар никогда не встречался с человеческим королём, но знал, как тот выглядит. Серебряные волосы. Злые глаза. Корона на голове, отлитая из золота, украденного у его собственного народа. Не говоря уже о драгоценных камнях в ней, которые были вправлены руками троллей.

Рядом с ним стояла фигура поменьше. На ней было обычное белое платье, о котором его предупреждали, но лицо скрывала вуаль.

Это было странно. Он полагал, что его невеста будет высокой и гибкой, и ожидал увидеть стройное тело женщины, почти наполовину эльфийки. Вместо этого женщина, которую он видел, была довольно широкоплечей. Сильные руки были обнажены платьем, которое она носила. Бицепсы были на удивление рельефными для женщины её происхождения, и ему оставалось лишь гадать, что сделало руки принцессы такими. Хотя, полагал он, он очень мало знал о её народе.

Вуаль затрепетала от её дыхания. Вдох-выдох, слишком быстро. Вот тот самый страх, который он ожидал. Ужас, что он съест её заживо.

Какая-то часть его нашла в этом острые ощущения. Она должна бояться его. Он был огромен по сравнению с ней, с сильными руками или без. Король едва доставал ему до плеч, а эта женщина — только до груди. Она должна дрожать, зная, что ему потребуется совсем немного усилий, чтобы сломать ей шею или оторвать голову, если он того пожелает.

Впрочем, он не собирался этого делать. Потому что его собственный король был бы в ярости, если бы он убил принцессу, которая должна была положить конец всем этим распрям. По крайней мере, пока что. Возможно, когда-нибудь король Эгиль даст ему разрешение избавиться от этих оков.

Человеческий король положил руку на плечо дочери, и на его лице появилась улыбка, которая не коснулась глаз.

— Для меня честь встретить тролля, достойного моей дочери.

Рагнар склонил голову набок, зная, что светильники на стенах позолотят его заострённые клыки.

— Вот как?

Вуаль снова раздражающе задрожала. Он сказал что-то не то? Ему почему-то казалось, что он делает всё только хуже. Но это не полностью его вина. Им обоим пришлось вступить в брак, а она — человеческая женщина, которая ничего не знала о его народе. Конечно, она будет считать его прямолинейным и бессердечным.

Гуннар пихнул его сзади. Это был ещё один знак того, что он ведёт себя слишком грубо, но он даже не знал имени этой женщины. Поэтому он стиснул зубы и выдавил:

— Принцесса, для такого, как я, редкое удовольствие предстать перед такой, как вы.

Вуаль замерла. Теперь не было слышно ни звука. Даже её дыхания.

Призывы троллей, требовавших его троллью жену, стихли, и внезапно наступила тишина. Только он, глядя сверху вниз на эту женщину в белом с укрытым от него лицом. Как она выглядела под вуалью? Он не был на встрече королей, и никто даже не предложил рассказать ему о её внешности.

Он надеялся, что у неё хотя бы тёмные волосы. Если у неё чёрные или, может быть, глубокие каштановые волосы, он сможет это пережить. По крайней мере, тогда, если он повернёт её спиной, то сможет представить, что она тролль.

Король поднял одну руку и возвысил голос:

— Тролли прибыли! С этого дня, благодаря браку с моей дочерью, наши королевства объединятся. Никаких больше распрей. Никакой больше войны. Вместе мы шагнём в новую эру.

Красивая речь, но Рагнар в неё особо не верил. Никто из троллей не верил. Это была попытка проверить, сдержат ли люди своё слово. Верили ли тролли, что это конец вражды с ними? Определённо нет.

Король отошёл за спину дочери, и вперёд выступил другой человек. На нём была длинная чёрная мантия с жёстким белым воротником. Мужчина посмотрел на обнажённую грудь Рагнара и сглотнул.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы стать свидетелями церемонии связывания. Вместе эти двое шагнут в будущее, рука об руку, душа с душой. — Дальше и дальше он бубнил бесполезные слова о том, чтобы отдавать и принимать в жизни. И всё же он был прав. Отношения — это давать и брать, но в его случае… ну, в основном, это будет «брать».

Он повернулся к женщине рядом с собой, вместо того чтобы слушать священника. Она упорно смотрела в пол, что показалось ему довольно странным. Ведь было на что посмотреть, кроме узора на полу.

Рагнар — тролль, стоящий рядом с ней, а ей даже не любопытно. Он ожидал, что она хотя бы посмотрит на его когти, которые постоянно сжимались от напряжения. Он хотел, чтобы всё это поскорее закончилось, и никогда особо не умел скрывать своих чувств. Но нет, она не смотрела ни на его когти, ни на обнажённую кожу, ни даже на