Читать книгу - "Белая ворона - Стейси Мэри Браун"

Бьёрн. — Он вечно соперничал с братом, пытался его обойти. Но у Реникса от природы всё выходило лучше: тихо наблюдал, учился, а Раэлис лез не подумав. Потому и ухватился за возможность пойти с Ониксом в ваши земли, хоть должен был Реникс. Раэлис позаботился, чтобы король выбрал его.

— Ещё одна причина, почему Реникс винит себя в смерти брата, — пробормотала я. — На его месте должен был оказаться сам Реникс.

— Да, — согласился Бьёрн.

Меня накрыла грусть.

— Раэлис её вообще любил?

— Думаю, да. — Бьёрн вздохнул, кивнул. — Ну, полагаю, настолько же, насколько Бринн любила его в ответ.

— Верно. — Я прикусила губу. — Оникс.

Поклонникам Оникса пора выстраиваться в очередь.

— Давно ты его знаешь? Вы все вместе росли?

— Большинство из нас росли вместе. Только Оникса привёл король.

— Привёл?

— Он осиротел ребёнком, был бездомным. Король разглядел задатки и с малых лет начал обучать его вместе с нами, готовя в щиты. — Бьёрн задумчиво потёр бороду. — К нему относились как к чужаку, пока однажды он не заступился за Бринн. Потерял самообладание, чуть не убил мальчишку, который её травил. Мы увидели, насколько он тёмный, сильный и безжалостный, и многие тогда поняли: лучше иметь его на своей стороне, чем против себя. — Он рассмеялся. — Он стал любимцем короля. Тот знал, какое оружие заполучил.

— А теперь что король чувствует к Ониксу? — Не удержалась я от вопроса, вспоминая, как он целовал его раньше.

— Всё сложнее. — Губы Бьёрна изогнулись: понял намёк. Он остановился у двери в мои покои.

— Я думала, король хочет меня…

— Как я и сказал, скоро отрубится и забудет, что у него вообще есть жена. — Бьёрн открыл дверь, жестом велел войти.

Я вошла, обернулась.

— Почему ты всегда был так добр ко мне?

— Под цветными перьями мы все просто Вороны, верно? — Он пожал плечами.

— Да. — Простота этих слов глубоко задела. — Но большинство так не думает.

— В том-то и дело: я не такой, как большинство, милая. — Он усмехнулся, взялся за дверную ручку. — Доброй ночи, Ваше Величество, — поддразнил, начиная закрывать дверь.

— Это ты, — выпалила я. Он остановился, посмотрел, изогнув бровь. — Ты позаботился, чтобы король сегодня напился. Я видела, как дал его трэллу монеты, чтобы тот спаивал его. Ты меня защищаешь.

— Я всего лишь посыльный. — Он подмигнул и закрыл дверь, оставив меня мучиться раздумьями над его ответом.

Это Оникс велел ему?

Досада на этого мужчину, ощущение его присутствия до сих пор между бёдер поднялись рычанием в горле. Я повернулась к кровати, готовая стащить грязное платье, залезть под одеяло, спрятаться.

— О нет. — Я на миг закрыла глаза, надеясь, что увиденное померещилось, но посмотрела снова и тяжело вздохнула.

Половина одеяла была изгрызена в лоскуты.

— Хрум!

ГЛАВА 26

Огонь в очаге погас, погрузив комнату почти в полную темноту; в бесконечной ночи нельзя было понять, какое сейчас время суток. Голова раскалывалась от остатков токсинов, недосыпа и пролитых слёз. На груди лежала тяжесть, воспоминания обо всём случившемся надолго отдохнуть не давали.

Как только Бьёрн закрыл дверь, я стащила платье и забралась в постель голой, надеясь во сне забыть страх, горе и ужас. Но в каждый сон прокрадывался Оникс, с ухмылкой смотревший, как король перерезает мне горло; рядом ярко-синий глаз наблюдал за мной, видел правду сквозь доспехи, ложь громоздилась вокруг, готовая рассыпаться.

От случившегося с Бринденом желчь подступала к горлу; хлюпающий звук до сих пор звенел в голове кошмаром. Подарок мужа.

Осознание, что я замужем, никак не укладывалось. Формально я теперь королева Ночных земель, но никто, включая меня, никогда этого не примет. Тяжёлый лунный камень на пальце — всего лишь повод похвастаться, клетка, запершая меня среди его экзотических питомцев. Самозванка в чужой стране, время жизни которой истекает.

«Даже если всё против тебя, ты никогда не сдаёшься. Только когда ты умрёшь, я смирюсь с тем, что ты больше не борешься и не исполняешь свой долг, Реннлин».

От слов отца под веками жгли новые слёзы.

Отец был очень умён — не стал бы посылать Бриндена, без боевой подготовки, без умения вести переговоры, торговаться за меня. За этим должно скрываться большее. Он не отдаст меня так легко. Тем более должен знать правду пророчества о крови Белой Вороны, которую нужно пролить. Почему отец утаил это? Оставил меня такой уязвимой?

Бринден наверняка приманка, у отца есть план спасения посерьёзнее. Может, надо просто держаться и верить, что король Сталлард идёт за мной.

За Белой Вороной.

Громкий храп прорезал воздух, заставил повернуть голову. У постели ещё мерцала свеча, освещая очертания Хрума. Он растянулся на соседней подушке, живот выпячивался с каждым вдохом. Здоровой рукой сжимал одеяло, которым перекусил среди ночи, культя лежала на животе, рот широко раскрыт, торчали клыки.

Я свернулась на боку лицом к нему, смотрела, как друг спит. Протянула руку, пригладила тонкие волоски на голове. Он тихо защебетал, причмокнул.

Смогу забрать его, когда отец спасёт меня? Понравятся ему Дневные земли? Не брошу же его после всего пережитого вместе.

Я лежала, понемногу проваливалась в сон; возведённые преграды смягчали жестокие воспоминания. Мягкие простыни задевали ноющие места, которых я старалась не замечать; между ног пульсировало в такт сердцу, возвращая сновидческие образы, низкий гул его голоса, вибрировавшего у моей плоти.

«Кончи мне на язык, kanin».

На лбу выступил пот, я сжала бёдра, пульсация причиняла боль.

«А теперь возвращайся к своему мужу, зная, что без колебаний позволила его стражнику — жалкому трэллу — оттрахать себя языком».

Окончательность слов, отвращение на лице превратили жар в досаду. Не в силах лежать спокойно, я слезла с большой кровати; кожа зудела, словно хотела сползти с костей. Запятнанное белое платье валялось кучей на полу; кровь забрызгала его, будто Белую Ворону сбила стрела, наивность и невинность истекали кровью на полу.

Паника стиснула чувства, украла воздух; я спотыкаясь бросилась в умывальную. Зеркало отразило девушку — бледная кожа, серебристо-синие глаза и длинные белые волосы, на коже засохшие хлопья крови. Уже не только Бриндена, но всех, кто умер из-за меня. След из тел, оставшихся за мной. Их кричащие голоса, жизнь, уходившая из глаз.

И громче всех — голос Сарины.

Ты меня подвела. Ты меня подвела. Ты меня подвела. В голове по кругу звучал припев.

— Знаю. — Рыдание подступило к горлу, я схватилась за голову, голос становился громче.

Это должна была быть ты.

— Знаю. — Я судорожно хватала воздух. — Мне так жаль.

Это всё твоя вина. Я была бы