Читать книгу - "Gold Dust Woman - Мэнди Бэкс"

— Деми, — стону я и утыкаюсь лицом ей в шею. — Ты меня убиваешь.

— Что тебе мешает? — спрашивает она, снова подталкивая мою руку вверх, на округлую грудь.

Она накрывает мою ладонь своей и сжимает. В глазах темнеет, края зрения расплываются.

— Это я говорю тебе «да».

Теперь я сам ласкаю ее, больше никаких указаний мне не нужно. И я не могу остановиться. Не хочу останавливаться.

— Ты плохо себя чувствуешь. Я не хочу приставать к тебе, когда тебе нездоровится.

Деми выгибает спину так, что моя выдержка едва не лопается, и я почти рычу. Она заводит руку назад, проводит ногтями по моей шее, а затем сжимает волосы в кулаке. Что-то в мягком натяжении кожи головы, когда она тянет меня за волосы, на мгновение заставляет забыть, где я и кто я.

— Я в порядке, Тристан.

— Сегодня был тяжелый день, милая.

— Тристан.

В ее голосе звучит твердость. Решимость.

— Да?

Она поворачивает голову и смотрит на меня.

— Не обращайся со мной так, будто я хрупкая.

— Я знаю, что ты не хрупкая.

— И мне не нужно, чтобы ты сейчас решал за меня, что для меня лучше.

Справедливо.

— Тогда что тебе нужно? Я сделаю все, — отвечаю я.

В спальне темно, но лунного света из окна достаточно, чтобы осветить ее красивое лицо. Полные губы блестят, словно она только что их облизала, а в глазах горит огонь.

— Заставь меня почувствовать себя живой, Тристан.

39



Деми

Никто на свете не умеет любить так, как Тристан Бомонт.

Он касается меня с жадным отчаянием. У самого уха его дыхание срывается в дрожащий хрип, хотя он еще даже не внутри меня. Стоит мне сказать, что хочу почувствовать себя живой, как обе его большие ладони накрывают мои сиськи. Большими пальцами он то отчаянно щиплет соски, то едва касается их, и от этих легчайших прикосновений в голове словно пробегает электрический разряд.

— Я до безумия возбужден тобой, — шепчет он сорванным от желания голосом.

Чтобы я точно поняла, он подается бедрами вперед, позволяя почувствовать, что именно я с ним делаю. Мои пальцы сжимаются в его волосах, и он стонет. Тристан целует меня, и все мое тело вспыхивает желанием.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, — говорит он мне в губы, а потом двигается, переворачивает меня на спину и покрывает поцелуями все тело, долго и неторопливо наслаждаясь вкусом моей кожи, словно смакует меня.

Он спускается ниже вдоль моего тела, разводит мои бедра широкими плечами и утыкается лицом между ними. На мне все еще трусики, и я чувствую, как он втягивает мой запах сквозь ткань — делает глубокий вдох, а потом издает низкий, гортанный, голодный звук. Он быстро стягивает трусики, затем садится на колени и смотрит на меня сверху вниз.

Наклонившись, целует мои жаждущие губы, запуская руки мне в волосы. Его поцелуй одновременно медленный и отчаянный. Отстранившись, он показывает мне резинку для волос, которую только что вытащил из моих волос, с дьявольской улыбкой, а затем собирает собственные волосы в низкий пучок.

Я смеюсь, и ноги сами начинают смыкаться. Лицо Тристана темнеет, и он медленно качает головой, кладя ладони на внутреннюю сторону бедер и снова разводя их шире.

Блядь, как он горяч.

Он стоит на коленях между моих ног, и лунный свет окутывает его сиянием. Грудь тяжело вздымается, мышцы живота напрягаются, член с силой упирается в ткань черных боксеров. Собранные волосы открывают каждый дюйм его четко очерченной челюсти. Он облизывает губы.

— Не своди ноги, красавица, — говорит он, а затем опускается ниже и приникает ртом ко мне.

После первого медленного, смакующего движения языком Тристан стонет:

— Я хочу эту киску. Я хочу эту чертову киску.

Господи Иисусе, спаси меня.

Я уже близка к оргазму только от его слов и от того, как он их произносит. Он требует, но звучит так, будто умоляет, и меня это чертовски заводит. Я чувствую его желание и потребность, его одержимость — и хочу законсервировать каждую каплю этого чувства.

Он захватывает мой клитор губами и посасывает, и мои бедра непроизвольно дергаются от нахлынувшего удовольствия.

— Да. Трись о мой язык, — шипит он.

Я запускаю пальцы ему в волосы и притягиваю его лицо глубже к своей киске. Он одобрительно стонет. Я смотрю вдоль своего тела, и если вида того, как он зарылся между моих ног, недостаточно, чтобы меня накрыло, то от того, как он толкается в матрас бедрами, меня окончательно сносит.

То, что он не способен ни контролировать себя, ни сдерживаться, сводит меня с ума, и я двигаюсь навстречу его языку, ища больше трения, больше давления, больше его.

— Трахни мой рот, Деми. Давай, возьми то, что тебе нужно, — требует он.

Я трусь о его лицо, не в силах отвести взгляд от его головы между моих ног и от того, как он медленно трахает матрас, поедая меня, словно блюдо. Когда я поднимаю бедра, новый угол отправляет меня в космос. Все идеально.

— Вот здесь, — выдыхаю я.

— Кончи мне на лицо, милая. Испачкай меня собой, — умоляет он, а потом добавляет: — Пожалуйста. Мне это нужно.

И, Господи, я кончаю. Оргазм прокатывается по мне, словно музыкальное крещендо. Как благословение. Что-то громкое и святое. Я вскрикиваю имя Тристана, когда удовольствие достигает пика, а он вытягивает из меня последние остатки наслаждения, пока не остаются только последние импульсы.

Он накрывает меня всем телом и целует. Я чувствую на его губах свой вкус, он весь в нем, даже на бороде. Будто я пометила его как своего.

Все еще оглушенная, я едва замечаю, как он переворачивает нас. Теперь он подо мной, целует меня и стягивает боксеры вниз по ногам. Он тянется между нашими телами, и