Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

которое ему совершенно не хотелось до тех пор, пока не поправится его гоффмейстер. В то, что Альберт может не выжить, верить он отказывался.

Опасения господина Гантера оправдались. Герцог Зоммерштерн действительно сломал себе два ребра. Когда отёк сошёл, врачи зафиксировали его туловище лубком и настрого запретили шевелиться без посторонней помощи. Кроме того, они боялись, что излишнее движение заставит кровоточить зашитую рану на бедре. К ней относились особенно тщательно. Все опасались заражения. А ещё внутренних травм, которые могли появиться после падения с лошади.

Но на четвёртый день спали все отёки, а бледность кожных покровов сменилась более живым оттенком. Альберт начал охотнее есть и общаться с окружающими. И хоть все продолжали переживать касательно его здоровья, переломный момент оказался позади.

Ко всеобщему облегчению, лихорадочное состояние так и не наступило.

* * *

Лето незаметно таяло. Дни делались всё короче, а ночи – холоднее.

Кипели работы в городе. Первые семьи уже въехали в новенькие дома в Лихтендорфе. Запах вскрытой канализации покинул улочки, поскольку восстановленные стоки работали исправно.

Проект строительства канала был утверждён после долгих споров. И граф Вилберт фон Лоренц отбыл в Нижний Оттенберг, дабы лично руководить строительством и отчитываться перед монархом. С собой он забрал свою кузину Габи, на которой вдруг вознамерился жениться.

Не все поддержали его намерение, поскольку двоюродное родство считалось в Атенлау весьма близким. Фердинанд даже пошутил, что это выглядит также, как если бы он попросил руки принцессы Марго, которую с детства считал младшей сестрой. Эта шутка вызвала положительную реакцию дворян и холодное негодование Ричарда. И всё же король дал своё благословение на брак двух фон Лоренцов по одной простой причине.

Вилберт попросил «Вильгельма» о разговоре за закрытыми дверями. И с повинной признался в том, что тихая крошка Габриэлла ждёт от него ребёнка. Вилберт сказал, что вина полностью на нём. Но добавил, что не желает для Габи позора, потому что слишком любит её. «Король» высказал своему адмиралу всё, что думает по этому поводу. Однако же тот смиренно выслушал обвинения и согласился со всем. А потом попросил прощения за все его прегрешения, вольные и невольные. И горячо поклялся королю в своей верности впредь, лишь бы тот благословил их брак.

Ричард принял покаяние. И разрешил графу фон Лоренцу взять кузину в законные жёны.

Решение государя заставило дворян смириться.

И огорчило Джованию.

Они с Ричардом под руку прогуливались по саду в компании маленьких принцесс и их свиты. Король и королева немного отстали от процессии, чтобы шёпотом обменяться новостями. Тогда-то граф и рассказ Джо про беременность Габи.

– Не знаю, какую игру ведёт фон Лоренц при дворе, но хотя бы с этой стороны он всё ещё остаётся честным человеком, – заметил Ричард. – Кстати, помнишь те пропавшие письма из его отчётности?

– Угу, – королева хмуро глядела вдаль невидящим взором.

– Они нашлись. Знаешь, где?

– Нет, – Джования качнула головой.

– Я обнаружил их среди бумажных завалов в королевском кабинете. Выходит, Вильгельм просто забыл их вернуть, поскольку ничего интересного в них не было. Знаешь, я так и думал, что Вилберт не станет вести «левые дела» прямо внутри государственной документации, но проверить всё равно стоило. Я всё ещё не до конца верю, что он чист и непорочен. Особенно после истории с Габи, – Ричард накрыл рукой ладонь королевы на своём локте. – Джо, ты меня слушаешь?

– Августа, – механически поправила она.

– Всё-таки слушаешь, – он улыбнулся. – Что тебя гложет, моя королева? Если это из-за Альберта, то уже неделя прошла с покушения. Ему лучше.

– Я всё ещё не беременна, – Джования хмуро глянула на него. – Этой глупой Габриэлле понадобилось лишь раз-другой отдаться Вилберту, чтобы понести, а я… пуста, как разбитый кувшин. Сколько ни лей, всё мимо.

Она горько усмехнулась, выражая огорчение.

– Ты права, – Ричард задумчиво пожевал губу. – Мы с тобой усердно трудились всё лето. И ничего. Может, обратимся к какому-нибудь особенному лекарю?

– Может, – Джования опустила взор. – Но я начала с того, что сменила всех наших поваров. Слышала в детстве от матери истории о том, как женщинам в пищу подмешивали особые травы. Эти женщины даже и представить не могли, что принимают яд в малых дозах. Внешне на здоровье это не сказывалось, но иметь детей такая несчастная особа больше не могла. Это позволяло объявить даму бесплодной. И получить развод.

– Глупости, – Шенборн фыркнул, прижимая Джо к себе теснее, чтобы она чувствовала его поддержку. – Ты не бесплодна. У тебя уже есть две чудесные дочери.

– И ни одного сына, – сухо напомнила королева.

– Думаешь, тебя могли отравить чем-то подобным? – Ричард мельком оглянулся на отставших стражников, чтобы убедиться, что они не могут их услышать.

– Быть может, и нет, – Джования повела плечом. – Но случившееся с Клаусом и внезапное появление старого цирюльника меня насторожило. И я решила попробовать сменить поваров. Просто на всякий случай, – королева улыбнулась уголком губ. – Это не понравилось Болдеру, как ты понимаешь. Он попытался возражать. Твердил, что ни к чему выгонять нанятых им людей. И тогда я объявила, что с сегодняшнего дня все слуги отчитываются лично передо мной.

– Полагаю, это вызвало его истовое возмущение? – граф приподнял брови. – Но мне он ничего не сказал о том, что ты лишила его контроля над прислугой в замке.

– У него всё ещё остаются иные обязанности при дворе, которые он не желает терять, – Джования прервалась, чтобы с улыбкой помахать Гертруде, которая собирала цветы среди пёстрых клумб. – Например, он по-прежнему отвечает за казну.

– Кстати об этом, – Ричард потянул её на тропинку, ведущую вокруг сада. – Твой отец уже ответил на письмо?

– Да, – Джования кивнула. – Сам он приехать не сможет. Но пришлёт моего дядю. Думаешь, ещё один Зоммерштерн при дворе благоприятно скажется на общей обстановке? Дворяне решат, что твоя жена прибрала к рукам власть.

– А это разве не так? – Ричард лукаво усмехнулся, за что немедленно получил назидательный тычок в бок. – Мне всё равно, что они скажут, на самом деле. Мне нужен надёжный казначей. И ещё нужно, чтобы рядом был кто-то верный нам, кто мог бы взять на себя обязанности канцлера, если вдруг Пфаллену станет хуже.

– Хочешь разжаловать его? – Джо вопросительно выгнула