Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

сама решишь. И как, решила? – Не услышав ответа, он продолжил: – То-то я получаю от него каждый день сообщения по поводу того, что тебе лучше написать.

– Не лезь не в свое дело, Кристиан.

– Да ты сама лезешь в море не своих дел! Серьезно, лучше отступи, пока не поздно.

Возмутившись, не выдержала и обернулась, о чем в итоге пожалела: за это время Кристиан успел сократить расстояние, и теперь мы находились настолько близко, что мой подбородок соприкасался с его черным гольфом. Слегка стушевавшись, я все-таки задрала голову кверху и столкнулась с внимательным взглядом.

– В чем дело, не хочешь мне сказать? Ты игнорировал меня три недели. Три! Даже не спрашивал о том, как я себя чувствую после времяпровождения с Александром, а он вообще-то перенес нас в гребаную Ниццу и рассказал о чертовых лекарствах, которые вы изготавливаете в обмен на человеческие жизни… А знаешь, что было дальше? Нет, конечно, не знаешь, ведь даже не пытался спросить. Но почему? Что я такого тебе сделала? Черт, я правда не понимаю… И теперь ты смеешь мне указывать, что делать, а что нет? – выпалила я, особо не раздумывая.

Во мне бушевала злость, и если бы не остановилась вовремя, то могла сказать о том, что Александр намеревается меня убить, тем самым разрушив все представление Кристиана о загадочном Драгомире. Тем самым заставив себя жалеть. Но Роспонд и сейчас выглядел так, будто осознавал неправильность своего поведения. Он плотно сжал челюсть и все продолжал пристально смотреть на меня, хмурясь сильнее и сильнее.

– Дядя… Он настоятельно попросил оградить тебя от всей информации, наказал сделать так, чтобы ты никуда не влезала, и две недели назад… Когда я уезжал в поместье, к нам наведалась британская семья высших. Анна Смит в разговоре упомянула о том, что ты уже почти влюблена в Александра. Я случайно услышал, честно. – Он виновато отвел взгляд. – И… Я просто не хочу привязываться. Слушай, мы тогда чуть не поцеловались в машине, и не сказать, что я этого не хотел. Но нам нельзя. Ты человек, а я – светлый. Да и если ты влюблена в мистера Драгомира, мне легче просто игнорировать тебя, потому что с ним тягаться у меня уж точно не выйдет. Еще и Рафал, которого ты водишь за нос… Все правда очень запутанно, Тереса. Нам легче находиться в тех отношениях, в которых мы были раньше.

Любые мысли испарились, только стоило ему произнести мое имя. Нет, серьезно, когда он успел вообще мне так понравиться? Настолько, что мне напрочь сносило голову от одного его голоса. При тусклом свете на его лицо легла тень, красиво очерчивающая острые скулы и ровный нос, вместе с алыми губами. Было в нем нечто манящее меня и заставляющее с трепетом в груди вглядываться в каждую деталь, каждую неровность на фарфоровой коже. Здесь точно без шансов. Я сдалась, даже не пытаясь бороться.

– А ты попробуй…

– Что?

– Поцеловать меня.

Его зрачки мигом расширились, заполняя почти всю радужку, делая тем самым глаза еще более выразительными. На мгновение Кристиан испугался, отпрянул, почти что произнеся заветное: «Не могу». Я потянула его на себя, оставляя кроткий поцелуй на уголке его сухих губ. Он оттолкнул меня, испуганно пятясь. Но затем, подобно мне, сдался, не сумев совладать с желанием, идя наперекор собственным принципам и страхам. Он приблизился вновь, опаляя и без того раскрасневшуюся кожу разгоряченным дыханием и, перед этим облизнувшись, слегка неуверенно, все еще сомневаясь в правильности, прильнул к губам, быстро набирая темп. Я ухватилась за его затылок, встав на носочки, и под громкие удары двух сердец улыбнулась сквозь поцелуй, ощущая, как он страстно прошелся языком по моему небу, обхватывая голову с обеих сторон. В какой-то момент он усадил меня на кухонную тумбу, а я, в свою очередь, обвила ногами его спину, сильно при этом смущаясь из-за неопытности. Нежно чмокнув меня, Кристиан вновь завладел моим ртом, исследуя его от и до. На мгновение он от меня оторвался, заставляя забеспокоиться, что на этом все и закончится. Но вместо разочарованного вздоха из моих уст вырвался весьма непристойный стон, стоило ему только прикоснуться языком к моей шее и приняться выцеловывать на ней различные узоры. Я совершенно затерялась в собственном наслаждении, готовая вечность провести на небольшой бежевой кухне, если бы нас не прервал дверной звонок и воодушевленный голос Александры:

– Тей, смотри, кто к нам пожаловал!

Одной фразы хватило, чтобы разрушить всю незабываемую атмосферу. Кристиан нехотя от меня отпрянул, тяжело вбирая воздух в легкие. Я и сама, покрасневшая, как спелый помидор, никак не могла продышаться, тихонько спускаясь с тумбы. Мы все не отводили друг от друга взгляда, не веря в произошедшее.

– Иду… – промямлила, направляясь к подруге, перед этим, правда, наспех забежала в ванную, расположенную рядом с кухней, и стерла размазанную по всему лицу помаду, уже наученная горьким опытом.

Зайдя в прихожую, я потеряла дар речи, изумленными глазами глядя то на обрадованную Лексу, то на не менее счастливого Оскара и самое главное – на Рафала, на чьих щеках тут же проступили лучезарные ямочки, стоило мне только появиться в его поле зрения. В руках он сжимал огромный, наверняка дорогущий, букет розовых пионов и небольшой пакетик из известного в нашем городе ювелирного магазина.

– Сюрприз! – произнесла Александра. – Не представляешь, как долго он меня уговаривал на эту авантюру…

– Привет, Ти, – сказал Рафал и, решительно сокращая между нами расстояние, заключил меня в крепкие объятия. – Извини, что так задержался, но отыскать пионы зимой оказалось той еще задачей… Я очень соскучился.

– Я тоже…

В этот момент я смотрела на нахмуренного Кристиана, так и остановившегося в дверном проходе. Уголки его губ, непривычно красных от недавних поцелуев, потянулись вниз, а весь вид так и говорил о том, какую ошибку мы совершили.

– Вот ведь черт! – прикрыла рот Александра, сумевшая разобраться в ситуации без слов.

Она слишком хорошо меня знала и обладала той самой девичьей чуйкой, иногда устрашающей противоположный пол. Я же молилась, чтобы Рафал не сделал аналогичные выводы, потому что Сандра права. Хуже быть и не могло.

12. Семейные тайны и Виктория

1996 год. Польша. Винецбург

Шикарный дом внушительных масштабов, когда-то именуемый поместьем Грант, нынешний же Роспонд, встретил свою бывшую хозяйку, так и не успевшую вступить в полномочия, душераздирающим детским плачем и звуком битого стекла.

Шестнадцать лет тому назад Войцех Роспонд помог мне избавиться от продолжительного внушения и