Читать книгу - "Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро"

трещинами, восстанавливались, в пустых садах вновь распускались цветы, а среди листьев созревали крупные плоды.

Дойдя до дворца верховного небожителя, что прилегал вплотную к стволу древа, Ян Юмэй поднялась по ступеням. Двери бесшумно распахнулись, и теплый ветер обдал лицо. Когда она вошла в просторный светлый зал, звон колокольчиков смолк и тихий голос наполнил сознание:

– Ты вернулась.

Ян Юмэй вздрогнула и подняла голову, взглянув на пустующий трон, что прилегал к сверкающей коре.

Цышань заговорило впервые после смерти прошлого владыки.

– Так ты знаешь, кто я? Зачем тогда возвысило?!

– Твоя душа чище, чем у всех остальных.

Не сдержавшись, Хуанъянь рассмеялась, зло взглянув на трон:

– Моя душа – самая чистая?! Ты забыло, что из-за меня умерла бо́льшая часть небожителей?! Что я – беда всех трех Миров! Мною запугивают людей, я являюсь в самых страшных снах!

– Твоя душа очистилась, – повторило Цышань. – Ты достойна стать небожителем.

– А что насчет Тай Фансиня?! Он ведь в прошлом был небожителем!

– Он вознесся нечестно, обманув судьбу. Его душа всегда была ближе к тьме, чем к свету.

– Хочешь сказать, что моя душа достойна? – усмехнулась Ян Юмэй.

– Да. Достойна.

Покачав головой, Хуанъянь отвернулась. То, что Цышань решило говорить именно с ней, значило уже многое. Прежде оно общалось только с владыками Небес, которых само и избирало.

– Я умираю, Юмэй, – послышался тихий шепот.

Вздрогнув, Ян Юмэй обернулась.

– Умираешь? – переспросила она.

В ответ над головой раздался шелест, словно древо тяжело вздохнуло. По коре прошли длинные черные трещины, из которых стала вытекать густая темная смола. При виде них сердце Ян Юмэй испуганно сжалось. Неужели эти раны не зажили с тех пор, как она устроила бойню на Небесах? Вдобавок еще и те два дракона, что лишили древо нескольких ветвей…

Если Цышань погибнет, то все три Мира лишатся опоры и наступит вечная ночь. Совсем как в воспоминаниях из осколков.

– Это из-за меня? – тихо спросила Хуанъянь. – Из-за нашей войны с Мин Ханем?

– Да, – прошептало Цышань. – Ты нужна мне, Юмэй… я не могу восстановиться.

– И что же я могу для тебя сделать?

– Тебе вместе с душой Мин Ханя нужно открыть Хранилище, – раздался ответ. – Ответ ты найдешь внутри.

– Что тогда случилось, Цышань? – спросила Хуанъянь, взглянув на трон. – Почему все так обернулось?

– Почему бы тебе не узнать у него?

– Тай Фансинь ничего не помнит, как мне у него спрашивать? – горько усмехнулась Ян Юмэй.

– Его душа знает ответ.

– Душа, – со смешком повторила та. – Я выполню твою просьбу, но после убью Тай Фансиня.

Цышань не ответило, но словно горестно вздохнуло, услышав ее слова.

Глава 49

Покидая Великую Ци

На подоконник приземлился воробей, заглянувший через прутья в темную камеру. Там, прислонившись спиной к стене, сидел Тай Фансинь. Некогда белые волосы покрывала грязь и кровь, а в одежде зияли дыры. Толстая цепь от кандалов, сковывавших руки и ноги, тянулась к крюку в полу, а шею обхватил ошейник из белого нефрита, подавлявший внутреннюю ци. Огонь внутри принца потух, оставив лишь сырые угли.

Сколько дней прошло? Тай Фансинь видел, как меняются день и ночь, однако все внутри него застыло в тот момент, когда погибла Ся Юань. Несомненно, это был приказ императрицы И: избавиться от тех, кто дорог второму принцу. Лишить его счастья и спокойствия и загнать в самые глубины ада.

Протиснувшись через прутья, воробей спикировал на пол, чирикнув и выжидающе взглянув на Тай Фансиня. Хо ждала, когда тот призовет ее, но хозяин молчал. Словно и не собирался выбираться из этого места.

– Ты ведь не собираешься умирать здесь? – спросила птица. – Из-за одной жалкой девчонки винить себя…

– Замолкни.

Хо послушно замолчала, настороженно взглянув на Тай Фансиня. Тот, плотно сжав губы, осматривал свои руки. В последний раз он чувствовал себя настолько ужасно, когда на его глазах умерла матушка. Тогда он решил, что больше не будет привязываться к людям, что сможет держаться на расстоянии от всех, но не вышло. В его жизни появилась Ся Юань, глупая и пугливая на первый взгляд девушка, хранившая столько секретов, что Тай Фансинь возжелал узнать их все. И по итогу поплатился за собственную жадность, показав императрице И новую цель.

Если бы не Ся Ган… возможно, Тай Фансинь поддался бы шепоту теней, чем и сжег бы себя изнутри. Он читал, что те, кто поддается своей силе и отпускает ее, по итогу сгорают. По крайней мере, тогда бы он воссоединился со своей женой на древе Цышань.

В коридоре раздались шаги. Хо поспешила вылететь в окно, но осторожно заглядывала через прутья решетки внутрь. Тай Фансинь же закрыл глаза, мысленно надеясь, что это стражник принес ему воды, но надменный женский голос нарушил тишину:

– Что за прелестная картина передо мной предстала. Бешеную собаку наконец посадили на цепь.

Подняв взгляд, принц молча уставился на императрицу И, чье лицо украшала улыбка. Позади нее стояли служанка Лин и Цю Бин, который не смотрел на Тай Фансиня и нервно сжимал кулаки.

– Я думала, ты умнее, Хао, – продолжила императрица И, сверху вниз смотря на него. – Видимо, даже такие никчемные люди, как ты, способны любить. Вот уж не думала, что ради глупой девчонки ты пойдешь против двора.

Тай Фансинь промолчал, однако его горе сменялось медленно возрождающейся злостью. Не будь его ци заперта, он бы разорвал цепи и решетку и сломал шею этой женщине.

– Зачем вам это? – сорвалось с его губ.

Императрица И взглянула на служанку Лин, и та поспешила отпереть дверцу темницы и поклониться, пропуская госпожу. Подобрав полы платья, женщина вошла внутрь и, подойдя к Тай Фансиню, сжала его белые волосы на затылке. Стоило императрице И наклониться, как тот почувствовал аромат цветочных духов и сандала.

– Потому что ты убил мою сестру, – раздался полный злости и обиды шепот. – И пока я жива, твоя жизнь будет полна мучений.

Выпрямившись и с пренебрежением взглянув на него, императрица И уже громче произнесла:

– Наставник Цю, расскажите второму принцу о решении императора.

Цю Бин послушно сложил перед собой руки.

– Все слуги из поместья Таобай задержаны и находятся под стражей. Служанка по имени Чунь Цин сослана в Дом Ся, стража Дун Ляо за сговор со вторым принцем лишили фамильного знака Дома Дун, а также правой руки. Личная служанка Бай И за проникновение во дворец императрицы И и попытку сопротивления лишена зрения. Что же касается принца Тай Фансиня… – Цю Бин отчего-то замер.

– Продолжайте, наставник, – сухо приказала императрица.

– Согласно решению императора, силы Тай Фансиня