Читать книгу - "Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро"

а вместе с ней воздух прошили и десятки других стрел. Тай Фансинь притянул к себе Ян Юмэй, и вокруг них вспыхнул огненный ореол; большой и обжигающий, он взвился на несколько чжанов в небо. Пламя лизало стены, охватив несколько стражников, обратившихся в пепел. Но Хуанъянь не чувствовала жара: она прижалась к Тай Фансиню и спрятала лицо от света.

Рядом с ним было безопасно.

– Глупо думать, что я не смогу тебе противостоять! – рассмеялся второй принц, и пламя притихло. – Лучше пропусти нас, иначе сгоришь, как они.

На лице Цю Бина мелькнул страх, но он не сдвинулся с места и сжал в ладони лук. Желтый свет пламени падал на его бледное лицо и светлые одежды, придавая ему сходство с уличными артистами, вот-вот готовыми начать представление.

– Ты зря думаешь, что я пришел только со стражниками, – произнес наставник Цю. – Ты не покинешь стены дворца, Тай Фансинь.

Ночную тишину огласил звон колокольчиков, столь громкий, что птицы улетели с крыш и веток деревьев. На стены приземлились четыре человека, облаченные в белоснежные одежды. В одной руке они держали по колокольчику, а в другой сжимали метелки из конского волоса. Их пальцы сложились в печати.

В воздухе образовались длинные иглы, наполненные ярким золотым светом, что со свистом опустились на Тай Фансиня. Оттолкнув от себя Ян Юмэй, он попытался уничтожить их пламенем, но те прошли сквозь него, впившись в плечи и заставив с криком опуститься на колени. Где-то вдали раздался механический крик Дао, которого, как и хозяина, пронзили иглы, прибив к красной стене.

– Может, обычные стражники и не могут тебе противостоять, но до людей из Храма тебе еще далеко, – заметил Цю Бин и обратился к Ян Юмэй: – Дева Ся, послушайте меня: ваша казнь по просьбе Дома Ся будет отложена.

Ян Юмэй не шелохнулась. Холодный ветер трепал ее платье и волосы, облизывая бледное лицо и пальцы с посиневшими ногтями. Она не сводила взгляд с Тай Фансиня, стоявшего на коленях в паре шагов от нее. Длинные тонкие иглы не давали ему пошевелиться, а белые волосы запачкала темная кровь. Но он все еще не был сломлен. Взгляд Тай Фансиня, напоминающий яростное пламя Нижнего Мира, готов был испепелить наставника Цю и всех вокруг. Сколько же в нем злости?

– Дева Ся, этот человек не причинит вам зла. Его силы запечатаны, – вновь позвал Цю Бин, протянув к ней руку. – Прошу, идемте. Господин Ся Ган ожидает вас у ворот Тайгуна.

– Иди, – раздался негромкий голос Тай Фансиня. Он все еще не смотрел на нее, но пламя в его взгляде немного утихло. – С ним ты будешь в безопасности.

– А-Хао…

– Иди! – хрипло крикнул второй принц. – Иначе не уйдешь отсюда…

Отступив, Ян Юмэй оглянулась на Цю Бина. Она все равно не сможет помочь, вдобавок силы ее мотыльков не хватит, чтобы противостоять четырем людям из Храма.

– Хорошо. Постарайся… пока не умирать.

Наконец взглянув на нее, Тай Фансинь не сдержал горькой улыбки:

– У меня еще осталась Хо. Не переживай.

Сглотнув образовавшийся в горле ком, Ян Юмэй кивнула. Пора было идти.

Хуанъянь не спеша шла к Цю Биню, чувствуя на себе взгляд людей из Храма. Их колокольчики все еще тихо звенели в воздухе, и их звон неприятно отдавался в сердце. Почему-то он напоминал ей тот, что был слышен на Небесах, когда она пошла убивать небожителей.

Краем глаза заметив золотое свечение, Ян Юмэй обернулась и подняла голову. Над ней парила длинная игла: сорвавшись с места, она пронзила ей сердце, так тихо и бесшумно, что она не успела даже испугаться. На землю брызнула кровь, в которую упало безжизненное тело Ся Юань.

– Юань! – закричал Тай Фансинь, и его голос заглушил звон колокольчиков.

– Кто отдал вам приказ?! – воскликнул Цю Бин, отбросив лук и поспешив к девушке.

– Мы подчиняемся приказам императрицы И, – сухо произнес один из мужчин Храма, складывая пальцы в печать.

– Вы что, не слышали?! Император приказал пощадить ее!

Они не ответили, а над Тай Фансинем уже закружились бесчисленные круги и иероглифы. Тот не взглянул на них – его взгляд был прикован к Ся Юань в руках наставника Цю. Ее платье на груди пропитала кровь, а слегка удивленный взгляд был устремлен в ночное небо.

Она не двигалась. И не дышала.

Что-то оборвалось внутри Тай Фансиня, и он не смог сделать вдох. Сердце заколотилось с такой силой, что готово было пробить грудь. Все стало вдруг так безразлично, так ненужно… так бессмысленно.

Он умрет здесь, стоя на коленях перед телом своей жены, не в силах даже коснуться ее. Той, кого он поклялся сделать императрицей Великой Ци.

По щекам скользнули слезы. С той ночи, как умерла матушка, Тай Фансинь не плакал. Императрица И отняла у него сначала одного любимого человека, а теперь другого.

Тени вокруг Тай Фансиня оживились, черными змеями направившись к нему. Их шепот наполнил пустое сознание:

– Ты в отчаянии, не так ли?..

– Они забрали у тебя еще одного человека, какая жалость…

– Так и будешь сидеть и ничего не делать? Снова?

– Дашь себя убить? И так просто умрешь?

– Пора… уже пора!

Тени побежали по его рукам, черными узорами украсив кожу. Тай Фансинь резко вдохнул, почувствовав, как погасшее в груди пламя разгорается с новой силой. Оно было столь сильным, что плавило кости, а вместе с ними и сотканные из светлой ци иглы. Мерцая, они растворились, и Тай Фансинь медленно поднялся на ноги. Печати над головой ярко вспыхнули и опустились, пытаясь вновь заковать его, но с оглушительным звоном разбились. Все до одной.

Яркое пламя, подобно волне, прокатилось над Тайгуном и всем Хэчжоу; на миг стало светло, совсем как днем. Тишину разрушил удар гонга, и еще один, и еще, до тех пор, пока на ноги не была поднята вся стража.

Один из мужчин в белом спрыгнул с крыши, бросившись к Тай Фансиню с метелкой в руке, словно с мечом. Его движения были быстрыми, воздух вокруг замерцал, словно стараясь сделать его незаметнее. Но Тай Фансинь видел так же ясно, как при свете дня, – он протянул руку в его сторону, и с пальцев сорвалось пламя. Тут же создав печать и поставив перед собой метелку, мужчина отступил на пару шагов назад. Пламя облизывало его со всех сторон и нарастало, подобно воде во время прилива. Вскоре раздался прощальный звон колокольчика, и человек из Храма сгорел за одно мгновение.

В наступившей тишине было слышно, как по садам и коридорам спешат стражники, звенящие доспехами и оружием.