Читать книгу - "Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро"

нахмурилась Хуанъянь, и над ней на мгновение вспыхнули алые точки мотыльков. При виде них Ши Цин тяжело сглотнул.

– Мою душу заточила в кольцо верховная владыка Цзюньфэнь, так как я узнал неугодную ей правду. Она не хотела, чтобы после падения Верхнего Мира все вдруг перевернулось с ног на голову. Дело в том, что…

Он неуверенно взглянул на Ян Юмэй:

– Цзюньфэнь жива.

– И где же она?

– Цзюньфэнь переродилась человеком и очень хочет найти Хуанъянь и Ляньцина, чтобы убить их.

От неожиданности Ян Юмэй даже рассмеялась:

– Убить Ляньцина? С чего ей убивать того, кто остановил меня?

– Потому… потому что он убил Цзюньфэнь, – прошептал Ши Цин, бросив быстрый взгляд на удивленную Хуанъянь.

– Зачем Ляньцину убивать главу Небес? – скривила губы Ян Юмэй. – Он ведь тот, кто избавил три Мира от Хуанъянь, и его помнят до сих пор, в отличие от верховной владыки Цзюньфэнь.

– Да… но я своими глазами видел, как Ляньцин убивает ее!

– Зачем он это сделал?

– Он мстил, – тихо ответил Ши Цин. – Мстил за убийство Хуанъянь.

Глава 47

Побег

В камере раздался смех – сухой, наполненный злостью и горечью. Ян Юмэй смеялась так долго, что ее живот заболел, а голос охрип.

– Мстил? – переспросила она, с безумной улыбкой смотря на Ши Цина. – Ляньцин убил меня, если ты об этом забыл! Пронзил мое сердце, а душу заточил на несколько тысяч лет! Ему некому было мстить.

– Он любил тебя…

– Любил? – Хуанъянь охватила такая злость, что под потолком закружились кровавые мотыльки, ставшие каплями падать на пол. – Нет, он не любил меня… я его любила… и люблю до сих пор, но он… он не любил меня!

Несколько горячих слезинок скатилось по щекам, и Ян Юмэй зло тряхнула головой.

– Я бог правды, я не могу солгать, – тихо напомнил Ши Цин. – Я не знаю, что тогда произошло и почему все так обернулось. Но я знаю, что твоя смерть – заслуга Цзюньфэнь и она хочет избавиться от вас обоих снова. Раз и навсегда…

– Цзюньфэнь… Ма Ли… это же императрица И? – подняв на него глаза, спросила Хуанъянь, и небожитель кивнул. – Она знает, кто я и Тай Фансинь такие?

– Догадывается, что Тай Фансинь и есть Мин Хань, но еще сомневается. Иначе уже убила бы его.

– Неудивительно, что она так невзлюбила его, – хмыкнула Ян Юмэй.

– Ты ведь тоже собираешься его убить? Тогда почему еще не сделала этого? – осторожно спросил Ши Цин.

– Лучше исчезни. Я устала с тобой разговаривать.

Ши Цин с сожалением взглянул на нее, обратившись дымкой и скрывшись в кольце. Подобрав его, Ян Юмэй спрятала артефакт в одном из мотыльков.

Все, что она чувствовала теперь к Мин Ханю, – это злость, кусающую сердце и не позволяющую умереть. Но было и семя любви, пустившее в ней столь мощные корни, что даже после всего случившегося Ян Юмэй не могла их выжечь.

Она любила Мин Ханя так, как может любить демон. Как может любить светлый дух. Как может любить только Хуанъянь.

Один раз и навсегда.

Но почему, расправившись с Ян Юмэй, Мин Хань отправился убивать и небожителей? Что же тогда случилось? Возможно, ответ и правда кроется на Небесах, пустующих со времен смерти Ляньцина.

Обняв колени, Ян Юмэй устало опустила на них голову. За этот день произошло слишком много всего, и тело ослабло. Все же быть человеком оказалось тяжело для нее.

Задремав, Хуанъянь проснулась от звука сапог, ступающих по камню. Подняв голову, она с прищуром взглянула на темный коридор за решеткой. Слабого света из окошка не хватало, чтобы полностью осветить камеру, но вот ярко вспыхнуло пламя, жаром обдавшее лицо. Раздался чей-то крик, что резко смолк, и воздух наполнили запахи гари и мяса.

Поспешив подняться, Ян Юмэй настороженно взглянула на появившегося перед решеткой мужчину. Он одним касанием расплавил толстые металлические прутья, что, подобно алым ручьям, скользнули на пол.

Слабый свет выхватил скрытое за маской лицо и сверкающие желтые глаза. Подойдя к Ян Юмэй, Тай Фансинь коснулся кандалов на ее руках, и те открылись, со звоном упав на пол.

– Идем, – схватив ее за руку, позвал он.

– Куда?

– Император хочет тебя казнить. Я не позволю ему это сделать.

Ян Юмэй удивленно взглянула на него, почувствовав крепко сжавшиеся на ладони пальцы.

– Зачем… ты так рискуешь ради меня? – с трудом произнесла она, чувствуя, как неприятно перехватывает горло.

– Рискую? – переспросил Тай Фансинь, остановившись и взглянув на нее. – Почему я должен сидеть и ждать, когда мою жену казнят? Мы принесли клятву Цышань, и я не собираюсь ее нарушать.

Он шагнул вперед, но Ян Юмэй вдруг спросила:

– А-Хао… ты любишь меня?

Тай Фансинь замер, и Хуанъянь пожалела, что этот вопрос все же сорвался с ее губ.

Любовь… разве она известна второму принцу?

– Идем, – произнесла Ян Юмэй прежде, чем услышала ответ. – Уходим отсюда.

Помедлив, он кивнул и повел ее наверх. По пути им встретилось несколько обгоревших до черных костей трупов.

Оказавшись под ночным небом, Ян Юмэй вдохнула холодный воздух. Еще много времени до подъема слуг. Пропажу Ся Юань обнаружат не скоро.

– Дао ждет нас у северной стены, Хо вместе с Бай И за городом, – произнес Тай Фансинь. – В Хэчжоу сейчас небезопасно, так что отправимся к границе южной Хэ. Там есть где укрыться на время.

– А тешоу?..

– Без моего приказа они не сдвинутся с места. Им придется найти еще одного из Юнь, чтобы…

Тай Фансиня прервал звон, и он отступил назад. На снег упала стрела вместе с расколотой маской советника, а также пара капель темной крови.

– Советник Юнь, ваш поступок весьма опрометчив.

В воротах появилась фигура, держащая лук с вложенной стрелой. Тут же на стенах замелькали стражники, нацелившие стрелы на Тай Фансиня и Ян Юмэй. Одно неверное движение, и около дюжины стрел вопьются в их тела.

– Надо же, наставник Цю, а вы весьма смелы, раз вздумали меня остановить, – негромко рассмеялся второй принц, взглянув пылающими от злости глазами на Цю Бина.

Запнувшись при виде открывшегося лица советника Юнь Чана, наставник нахмурился:

– Вот, значит, как… императрица И отдала мне приказ: если второй принц посмеет вмешаться в судебный процесс – убить его на месте.

Цю Бин вскинул руку с луком.

– Убьешь меня – А-Чжи узнает об этом. Ты готов потерять его? – негромко спросил Тай Фансинь.

Руки наставника Цю дрогнули, и он произнес:

– Я не смею нарушить приказ императрицы И. Даже ради первого принца.

Стрела вырвалась из его лука,