Читать книгу - "Дофамин - Лана Мейер"

ягодицами мне навстречу.

Вот и поплыла, девочка.

– Разрешаю, Бомбон, – отдаю приказ я и обхватываю её клитор губами, посасывая и одновременно вводя два пальца внутрь.

Она взрывается с криком, который, уверен, слышно и за пределами шале. Её тело содрогается, внутренние мышцы сжимаются вокруг моих пальцев, и я продолжаю лизать её через оргазм, продлевая каждую волну удовольствия, пока она не начинает умолять меня остановиться от чрезмерной чувствительности.

Когда я наконец встаю, моё лицо влажное от её сока, и я не вытираю его.

– Теперь, – шепчу я ей на ухо, расстёгивая ремень. Пару секунд уходит на то, чтобы раскатать презерватив по вздыбленному члену. – Настала моя очередь.

Мия

– Ты же пообещал, что не будешь сейчас…, – пытаюсь сопротивляться, ощущая слабость во всем теле и то, как теплые волны после испытанного оргазма затягивают меня в безжалостный капкан Дэймоса Форда.

Сказать, что это было охрененно, значит, ничего не сказать. Ненавижу его еще больше.

– Заткнись, малышка. Я все равно тебе не верю. Ты уже показала, какая ты хорошая лгунья, – стонет он, и я чувствую, как его пальцы сжимаются на моих бёдрах сильнее, а член скользит по моей коже. – Я могу остановиться прямо сейчас. Оставить тебя связанной и возбуждённой. Это то, чего ты хочешь?

– Нет, – почти кричу я, и мне всё равно, насколько отчаянно это звучит.

– Тогда попроси меня.

Моё лицо горит от унижения, но тело требует его так сильно, что гордость испаряется.

– Что?

– Попроси меня трахнуть тебя. Вслух.

Темнота от повязки на глазах делает каждое ощущение острее. Я чувствую холод стола на груди, жар его тела за спиной, его пальцы, что медленно двигаются внутри меня, сводя с ума.

– Пожалуйста, – шепчу я наконец.

– Недостаточно громко.

– Пожалуйста, трахни меня, – говорю я громче, и стыд смешивается с возбуждением так, что я уже не знаю, где заканчивается одно и начинается другое.

– Всё ещё не слышу.

– Трахни меня, Дэймос, – кричу я, срываясь. – Пожалуйста, я не могу больше, просто трахни меня уже! Мне так нужно, пожалуйста!

– Вот так лучше, – одобряет он.

А потом он входит. Одним резким, безжалостным движением, заполняя меня полностью.

Я кричу. От боли, от удовольствия, от облегчения – от всего сразу. Он такой мощный, что я чувствую каждый сантиметр, как он растягивает меня, заполняет до предела.

– Боже, – стону я, пытаясь приспособиться к его размеру.

– Здесь нет никакого бога, – рычит он мне на ухо, начиная двигаться. – Только я. Только мы. Только это.

Он берёт меня жёстко, почти грубо. Одна его рука держит мои связанные запястья за спиной, а другая впивается в бедро. Каждый толчок вбивает меня в стол, и я чувствую, как холодная поверхность трётся о мои соски, создавая дополнительное трение.

– Дэймос, – стону я. – Это слишком… я не могу…

– Можешь, – рычит он, ускоряясь. – Ты справишься со всем, что я тебе дам. Ты моя хорошая девочка, правда?

Что-то внутри меня плавится от этих слов.

– Да, – выдыхаю я. – Твоя.

– Чья? – требует он, вбиваясь глубже.

– Твоя, мать твою, твоя…

Он издаёт довольный рык и меняет угол, и теперь каждый толчок задевает ту точку внутри, от которой я вижу звёзды даже сквозь повязку.

– Я хочу кончить, – всхлипываю я. – Пожалуйста, мне так нужно…

– Попроси разрешения, – приказывает он, и я не верю своим ушам.

– Что?

– Попроси разрешения кончить. Правильно.

– Ты… ты издеваешься?

Он замедляется почти до полной остановки, и я хочу плакать от разочарования.

– Я никогда не шучу в постели, Мия. Попроси. Или я остановлюсь.

– Чёрт, – срываюсь я, извиваясь, пытаясь получить больше трения. – Хорошо! Можно мне кончить? Пожалуйста, Дэймос!

– Недостаточно убедительно, – говорит он, и я слышу улыбку в его голосе. Садист чёртов.

Слёзы текут по щекам, смешиваясь с потом. Я никогда в жизни не была так уязвима, так беспомощна, так отчаянно нуждающаяся.

– Еще нельзя, малыш, – он начинает двигаться снова, жёстко и быстро. А потом, останавливается, мать его.

Прежде чем я понимаю, что происходит, он выходит из меня, разворачивает и опускает на колени перед столом. Его рука тянется к моему лицу, развязывает повязку с глаз, и свет бьёт по зрачкам, заставляя зажмуриться.

Но он не даёт мне времени адаптироваться. Дэймос сначала перевязывает мои руки спереди. Берёт часть своей рубашки, которой были закрыты мои глаза, и прежде чем я понимаю его намерение, заталкивает ткань мне в рот.

– Так лучше, – рычит он, глядя на меня сверху вниз. – Теперь ты будешь только стонать. Никаких слов. Никаких просьб.

Паника вспыхивает на секунду, но он тут же наклоняется, целует мой лоб.

– Стоп-слово? – проверяет он, и я понимаю, что даже через кляп смогу сказать «Альпы», если будет нужно.

Я киваю, давая ему понять, что всё в порядке.

Что-то вспыхивает в его глазах: дикое и первобытное. Он больше не тот сдержанный бизнесмен. Это чистый альфа-самец, который метит свою территорию.

Он поднимает меня, сажает на стол лицом к себе, раздвигает мои ноги и входит одним жёстким толчком. Теперь я вижу его лицо, вижу, как напряжена его челюсть, как вены проступают на шее, как расширены зрачки.

Это уже не про близость. Не про нежность. Это про власть. Про обладание. Про то, чтобы поставить печать на каждом сантиметре моего тела.

Он трахает меня безжалостно, каждый толчок глубокий и требовательный. Одна его рука сжимается на моём горле, но не давит, а просто держит, напоминая, кто здесь главный. Другая сжимает мою грудь, сильно, на грани боли.

Я пытаюсь кричать, но сквозь кляп вырываются только приглушённые стоны. Слюна течёт по подбородку. Я должна выглядеть абсолютно развращённой, использованной.

И почему-то это заводит меня ещё сильнее. Его, эта дикая картинка, и вовсе сводит с ума.

– Вот так, – рычит он, глядя мне в глаза. – Вот так ты выглядишь, когда полностью моя. Никакого сопротивления.

Его слова, его взгляд, его безжалостный ритм: всё это толкает меня к краю снова.

– Ты снова хочешь кончить? – спрашивает он, и я отчаянно киваю. – Тогда кончай. Прямо сейчас. Да, кончай, моя малышка.

Второй оргазм разрывает меня на части. Я содрогаюсь, выгибаюсь, царапая стол. Сквозь кляп вырывается что-то похожее на его имя.

И он следует за мной, вбиваясь в меня в последний раз так глубоко, что я чувствую его до самого живота. Его семя стреляет внутри, я чувствую это даже через чертову защиту.

– Блядь, внутри тебя ещё лучше, чем я представлял, – рычит он, замирая.

Мы оба дышим тяжело, прижавшись друг к другу. Он осторожно вынимает кляп из моего рта, целует распухшие губы.

– Прости, – шепчет