Читать книгу - "Любовь на Полынной улице - Анна Дарвага"

рев, неестественно равномерный, будто огромное животное рычало и пофыркивало на одной ноте.

Рета подошла к окну. Вечером улицу освещали редкие фонари да витрина булочной. Но какой-то свет приближался вместе с ревом и фырканьем. Вскоре на дороге показалась модная диковинка — самоходная коляска. Рета по-детски прильнула к стеклу, пытаясь разглядеть экстравагантный транспорт. Любопытные посетители булочной тоже приникли к окнам-витринам.

Коляска затормозила у соседнего дома, распространяя вокруг серый дым. Дым скрывал все интересное, поэтому Рета, вздохнув, задернула занавески на окне и опустила штору в витрине. Ателье пора было закрывать.

Рета медлила. Бросила в мусорную корзину лоскут, послуживший ей платком. Поправила и без того идеально сложенные заказы. И услышала громкий стук. В дверь ателье заколотили, а затем, не дожидаясь ответа, догадались повернуть ручку.

В помещении вдруг стало тесно. В зал завалилась компания из четырех юношей, походящих друг на друга, как братья: до белизны светловолосых, одинакового роста и сложения, с горящими глазами и щеками. Все с поразительно прямой и жесткой осанкой. Один тащил объемный баул и бросил его сразу же, как попал в помещение. Лицо другого наполовину закрывала охапка тонких бумажных рулонов.

— Кхм, — прочистил горло гость с баулом, а его товарищ в подбитой мехом куртке запустил под потолок светящийся шар. Комната озарилась, на Рету уставились четыре пары глаз. — Кхм. Это… Это ты — модистка, которая чарует для бедных, но умеет как для богатых?

Несмотря на страх, — что делают четверо мужчин в женском ателье поздно ночью? — фраза Рету позабавила. Эти двое, колдун и носильщик, точно не были братьями. Столь быстрым и мощным по вложению сил колдовством владели аристократы. Естественно, отлично образованные. А носильщик с трудом слова в предложения складывал.

— Я шью и чарую, — ответила она осторожно. — Шью исключительно для женщин. Что вас интересует?

Молодые люди переглянулись, и Рета отметила, что черты лица у них все-таки разные.

— Мы сейчас все объясним! — выступил вперед юноша с рулонами. Тон выдавал волнение. — Госпожа, нам очень, — вы не представляете как! — очень нужна ваша помощь!

Юноши разместились в крошечном помещении как смогли. Один — на стуле перед швейной машинкой, один — на танкетке, и двое — на диванчике для посетителей. Всем было неудобно, особенно в верхней одежде. Рета взирала на посетителей из своего рабочего угла, спрятавшись за высокий стол, словно за баррикаду, и гадала, зачем понадобилась столь странным гостям.

— Вы слышали про фестиваль? — спросил колдун.

Рета сцепила руки в замок.

— Я слышала про фестивали, о которых объявила королева. Их будут проводить каждый месяц, начиная с ночи Новолетия.

— Именно! И, видите ли, мы выступаем на первом.

— Кто «вы»? Вы бы не могли представиться?

Юноши смутились — каждый по-своему. Гость с рулонами покраснел, колдун прикрыл глаза. Их товарищ в иссиня-черном пальто и очках разочарованно вздохнул.

— Это правда, мы того! — воскликнул баульщик. Рета с ним молча горячо согласилась насчет «того», но не в том смысле, который он вкладывал. — Харпер Леони!

— Да подожди ты! — одернул его колдун, примостившийся на стуле. — Мы из театра «Метеорит». Часть танцевальной труппы.

«Так вот почему они одинаковые! — осенило Рету. — Их подобрали для выступления, чтобы гармонично смотрелись! И волосы покрасили».

Колдун продолжал:

— Я — Ананд Норинор. Это, — он указал на танкетку, — Вильяр Фок.

Вильяр неловко улыбнулся, удерживая на коленях туго свернутые бумаги. Рета заставила себя вежливо улыбнуться в ответ, а сама прикинула, видели ли из булочной, куда направилась эта толпа.

— Индман Гриззи, — представился иссиня-черный, поправляя очки. Судя по выражению лица, он считал визит бессмысленным.

Рета кивнула.

— Рета Мио. Внимательно вас слушаю.

Заговорил Вильяр:

— На первом фестивале будет конкурс среди танцоров. И мы участвуем! Только вот…

Его перебил очкарик:

— Только вот от нас решили избавиться!

Лица танцоров исказила досада. Колдун Ананд пояснил:

— Мы заказали костюмы для выступления в ателье Хельца. Они нужны нам зачарованные, чтобы менялись по ходу танца. И огнеупорные. Нам обещали отдать их сегодня — специально, чтобы к фестивалю мы успели неделю полноценно порепетировать. Но портных Хельца, похоже, подкупили. Они ничего не сшили, вернули нам материалы и сказали, дескать, случилась накладка, а на носу праздники, и времени на вас нет! — Он со злостью посмотрел на баул. — А без костюмов мы выбываем из конкурса — кроме нас, все будут с чарами!

— Поэтому нужна ваша помощь, — подытожил Вильяр, глядя на Рету с надеждой. — Вы сможете завершить работу?

Слово «завершить» звучало соблазнительно. Рете тут же представилась внушительная сумма за срочный заказ, которая бы закрыла финансовую дыру и утихомирила Бергмана. Только вот…

Рета посчитала дни и присмотрелась к баулу.

— Завершить с какой стадии? — спросила она с дурным предчувствием. — Они хотя бы раскроены?

Танцоры уставились кто куда: на зашторенное окно, пылинки на лацканах. Харпер Леони заинтересовался манекеном.

Рета всплеснула руками:

— Нет?!

Она шила сложносочиненные наряды в институте, многое умела и многое про себя знала. В том числе, что не сможет работать несколько суток подряд, а ее колдовской потенциал быстро иссякнет. Если бы хоть что-то до нее было сделано…

— Господа, мне жаль, я не шью для мужчин. — Рета была искренне огорчена. — Это другое построение, особенности технологии… Чары нужно выстраивать, формулы считать… Я одна не смогу это сделать! Вам лучше обратиться в другое место.

Индман кивнул, мол, разумное предложение. Вильяр вскочил:

— Мы обращались. Весь город объездили! Нам всюду отказали, ателье загружены перед Новолетием. Но нам посоветовали вас. Не отказывайтесь, посмотрите, пожалуйста, — тараторя, он подошел к Рете. Бросил вязанку рулонов на стол, выдернул один и расстелил перед девушкой. — Костюмы не выре… не раскроены, но у нас все есть! Понимаете? У Хельца все подготовили!

Рета взглянула на широкий лист, исполосованный линиями разной толщины, которые складывались в понятные ей контуры: Вильяр показывал лекала. Рета невольно принялась изучать их, хотя мысленно уже простилась с этой работой. Она провела пальцами по необычному изгибу рукава, вчиталась в пометки о прибавках. Не спрашивая, потянулась к другому рулону, и юноша услужливо его развернул. Они встретились глазами, и оба смутились. Вильяр заулыбался.

Рета чуть ли не лбом уткнулась в чертеж, пытаясь выкинуть из головы смешливые зеленые глаза и пронзившее ее волнение.

…Та же деталь, иной цвет, пометки. Лекала разработали индивидуально для каждого из танцоров.

— Так… — Рета собралась с мыслями. Некоторые магические узлы были ей незнакомы, и моделирование было нестандартное. — А чары? Есть схема чар? А инструкция от технолога?

Она заметила, что танцоры, включая скептичного Индмана, подобрались и оживились.

Харпер полез в баул. Рета разглядела там скомканную атласную ткань и пришла в ужас от такого обращения с материалом. Пошарив в сумке, Харпер достал блокнот с логотипом ателье Хельца и чуть ли не всунул его в руки девушки.

Рета зашуршала страницами, поглощая формулы и разбирая схемы. Однако, удивительно, любимое дело не захватило ее полностью. Хотелось отвлечься. Хотелось опять посмотреть на Вильяра.

«Ладно, сосредоточься. На все про все семь дней. Боги за это время мир создали… — Рете тут же поплохело от собственного богохульства. — С пошивом поможет Илли. А лучше бы еще кого-нибудь нанять, только где я сейчас свободную швею найду?.. И еще чары. Семьдесят процентов в процессе и тридцать на готовое изделие. И их могу накладывать только я».

Рета захлопнула блокнот.

— Нет. Это огромный объем, моего потенциала не хватит. Да и если бы хватало, времени недостаточно.

Ананд встал, посмотрел на нее в упор:

— Три сотни серебряных.

Рета покачала головой:

— Вы не понимаете…

— Три сотни сейчас и три по завершении.

Рета сглотнула. Мысленно заново разложила пасьянс возможностей, поменяв