Читать книгу - "Двор расколотой гармонии - Сара Джанет Маас"

Неста моргнула, не в силах скрыть благоговение.

— Что это?

Как тебя и твоего мэйта связала нить во время вашей брачной церемонии, так же ребёнок связан со своими родителями — и с Матерью. Это мой дар им: нить, которую можно использовать завтра.

Неста осторожно взяла ленту у Клото. Она была лёгкой, как воздух, — такой лёгкой, что если бы она не рассматривала её, могла бы даже не понять, что что-то держит.

— Она потрясающая. Это то, что вы используете здесь для своих собственных обрядов?

Нет. Это дар сыну Верховного Правителя и Правительницы. Такую, как эта, никогда не делали, и, возможно, никогда больше не сделают.

— Ты… ты сделала её? — заикнулась Неста достаточно громко, чтобы Гвин наконец посмотрела в её сторону. Брови подруги высоко поднялись, увидев её, хотя она не пропустила ни единой ноты песни. Однако Неста не упустила лёгкие линии напряжения, которые внезапно появились у рта Гвин.

Клото написала: Это наименьшее, что я могу предложить в ответ за дом, который Верховный Правителт даровал мне давным-давно.

Неста разглядывала сверкающую нить. Хотя от неё не исходило никакой великой магии, она казалась… живой. Осознающей, как-будто.

— Они будут очень тронуты, — сумела сказать Неста, думая о том, как Клото создавала эту изысканную вещь. Либо магией, либо своими мучительно сломанными руками она вложила усилия из благодарности и любви.

Клото снова похлопала Несту по колену, и в тишине они слушали, как песня эхом разносится по комнате. Голос альта вернулся для последнего, самого громкого, самого радостного припева. Песня Возвращения. Потерянных сестёр, наконец возвращающихся домой.

По крайней мере одна сестра вернётся увидеть Несту завтра. Эмери приедет в Веларис на церемонию Никса, напомнила она себе с немалой радостью.

Клото уже встала и направлялась к возвышению, а Неста поднялась, обдумывая слова, которые приготовила для Гвин. Баланс между дипломатией и пресмыкательством.

Но женский голос окликнул её сзади:

— Неста! Мы тебя не видели уже недели.

Неста обнаружила Рослин и Дейрдре, стоящих со скрещёнными руками. Обе всё ещё носили кусочки своих белых лент, вплетённых в косы.

Боги, куда она дела свою собственную? В шкафу несколькими уровнями выше, вспомнила она.

После той ночи, когда Рис едва не убил её за то, что она отдала Маску, она почувствовала такое омерзение всем, что сорвала ленту с запястья, где привыкла её носить, и швырнула в тот шкаф. С тех пор она даже не заглядывала туда.

Что скажет Эмери, когда увидит, что Неста её не носит? Она всё ещё носила браслет с той счастливой ночи, когда они плели их наверху, но Эмери наверняка заметит отсутствие белой ленты. Подруга не знала полной меры того, что произошло с Маской — Неста не нашла момента объяснить ей. Даже не видела её с тех пор. Будет ли Эмери так же зла на неё, как остальные в Дворе Ночи? Желудок скрутило от этой мысли.

Неста повернулась поприветствовать двух жриц.

— Простите, что давно не приходила на тренировки. Вы обе всё ещё ходите, правда?

— Каждое утро, хотя наши инструкторы тоже уже несколько недель не удосуживаются появляться, — сказала Дейрдре, явно оскорблённая. Неста её не винила. Кассиан действительно забросил тренировки? Наверняка из-за неё. А Азриэль, полагала она, всё ещё достаточно зол из-за всей этой истории с Брайс, чтобы не хотеть её видеть. Но бросить остальных жриц и валькирий было непростительно.

Рослин вздохнула, не замечая нарастающего раздражения Несты.

— Кассиана я переживу. Без обид, — добавила она Несте, которая вытащила себя из злости достаточно, чтобы хмыкнуть. — Но Азриэль… — Рослин снова вздохнула, трепеща ресницами.

Неста не смогла сдержать фырканье.

— Подожди, — сказала Дейрдре, глубоко нахмурившись. — Если ты сейчас здесь, ты могла бы прийти на тренировку этим утром, разве нет?

— Я готовилась к Дню Наречения Никса, — солгала Неста.

Правда была в том, что после того, что произошло с Брайс и Маской… она не хотела идти на тренировки. Не хотела быть рядом со злостью и обидой Кассиана или Азриэля, не хотела сталкиваться со жрицами, своими товарищами-валькириями, и знать, что она, по сути, выбрала жизни незнакомцев в другом мире вместо их. Что ни на мгновение не подумала об их благополучии или о ком-либо ещё, прежде чем отдать Маску.

Так что она не ходила несколько дней. А потом несколько дней превратились в неделю. А неделя в… ну, недели. Но, видимо, её мэйт и его брат тоже не посещали тренировки. Что раздражало её до бесконечности. Даже если у неё было мало права чувствовать себя так.

— Я скоро вернусь, — снова солгала Неста.

— Она всё время это говорит, — сказала Рослин, откидывая рыжую косу через плечо и кивая кому-то за спиной Несты. — Пойдём, Дейрдре, я хочу спросить Ананке о расписании на завтра.

Две жрицы направились к Ананке, оставляя Несту повернуться, когда Гвин шла по проходу. Она всегда как-то забывала, что подруга выше неё. Всего на дюйм или два, но достаточно, чтобы удивиться, даже сейчас. Гвин двигалась с плавной грацией, вероятно, благодаря бабушке-нимфе, и остановилась перед Нестой почти бесшумными шагами.

Неста собиралась, не зная, что делать с руками, лицом, осанкой. Это было словно встреча с незнакомкой.

Гвин предложила мрачную улыбку, которая подсказывала, что она чувствует то же самое.

— Я не знала, что ты сегодня придёшь.

Каждая часть Несты ненавидела это напряжение, эту осторожность между ними. Но она сказала как можно более непринуждённо:

— Мне нужно было забрать кое-что для Дня Наречения Никса. — Она подняла мерцающий кусочек ленты, который сделала Клото.

Глаза Гвин расширились, расстояние на мгновение разрушилось её благоговением.

— Это… замечательно, — выдохнула она, покачав головой. — В Сангравахе — в городе, я имею в виду, а не в храмовом комплексе, были искусные ткачи, и они иногда приходили продавать нам свои изделия или даже давали уроки работы на ткацком станке, но я никогда не видела ничего подобного.

Неста сказала с иронией:

— Наши браслеты определённо не выглядят так. — Она слегка приподняла запястье, тёмно-синие, багряные и серебряные нити, которые Эмери сплела с маленькой серебряной подвеской, ярко выделялись в освещённом свечами пространстве.

Гвин взглянула на своё собственное запястье, на браслет, который всё ещё был там, несмотря ни на что. Маленькая милость, что Гвин его не сняла как крупица надежды. Что-то, на чём можно строить.

Неста не могла не заметить, что Гвин тоже не носила свою белую ленту.

Гвин улыбнулась чуть криво.

— Лента Никса заставляет наши браслеты выглядеть жалко.

— Клото сделала её для него, — сказала Неста, облегчённая