Читать книгу - "Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Моргана Маро"

Однако люди из Храма так и остались стоять, словно статуи с пустыми глазами.

Советник Юнь кивком головы отпустил Ян Юмэй и Бай И, что следом за служанками покинули сад. Тревога охватила сердце Хуанъянь, но она постаралась не обращать на нее внимания. Они могут себя защитить, вдобавок императрица И – смертная женщина. Не ее стоило бояться.

– Вы можете подождать здесь, – обратилась к ним служанка Лин, стоило им войти во дворец.

Ян Юмэй огляделась. Дворец императрицы И напоминал красивую клетку, украшенную тканями, цветами и вазами. На стенах висели полотна известных художников как третьей, так и второй эпох, под потолком же были деревянные фонари, обтянутые белой бумагой, а на столах стояли благовония в форме пионов.

Служанки протирали столы и шкафы, меняли уже успевшие завянуть цветы, при этом посматривая на Ян Юмэй и Бай И. За окнами, прислушиваясь к каждому звуку, стояли личные стражники императрицы И. С ними стоило быть осторожнее.

Пальцы Бай И коснулись ладони Ян Юмэй. Пора действовать.

В комнате раздался тихий звон – практически неслышимый из-за шуршания одежд. На несколько секунд служанки замедлились, а после одновременно потеряли интерес к Ян Юмэй и Бай И, словно их здесь и не было.

– И сколько это будет действовать? – прошептала лисица.

– Не так долго, как хотелось бы, – призналась Хуанъянь. – Стой у дверей.

Кивнув, та заняла назначенное место, а Ян Юмэй прошла в кабинет императрицы И. Тай Фансинь должен выкрасть им в лучшем случае половину шичэня, но медлить не стоило. Дворец императрицы И большой, и спрятать документы она могла где угодно, однако это место должно быть недоступно для слуг. Кабинет подходил для этого, но навряд ли императрица И оставила бы их на видном месте.

Призвав кровавых мотыльков, Ян Юмэй вместе с ними просмотрела многочисленные полки шкафов и ящиков. Ничего, что могло хотя бы намекнуть на то, откуда она получает деньги. Может, она спрятала документы так, что человеческий глаз не может их увидеть?

– Найдите мне вещи с темной или светлой ци, – приказала Хуанъянь мотылькам.

Закружившись по комнате, кровавые мотыльки наконец опустились на полки одного из шкафов. Их крылышки быстро-быстро затрепетали, и в кабинете раздался приглушенный звон, словно разбили чашку.

Печать спала, и шкаф сдвинулся. Ян Юмэй потянула его на себя, отодвинув настолько, что смогла проскользнуть внутрь. Она оказалась в небольшой комнате, окутанной тьмой. Влетевшие следом за ней мотыльки тут же разгорелись, наполнив все жутким алым свечением.

У стен стояли шкафы с немногочисленными тетрадями, часть из которых покрывал тонкий слой пыли. Напротив двери были сложены друг на друга сундуки, наполненные серебряными слитками. Рядом лежала тетрадка, исписанная мелким почерком, который в полутьме казался почти нечитаемым. Сделав при помощи мотылька копию, Ян Юмэй осмотрела свитки. Все они оказались посвящены небожителям второй эпохи, а также роду Юнь. Даже помешательство Тай Фансиня на Хуанъянь выглядело не столь впечатляюще, как это. Может, императрица И и правда помешана на молодости и ищет способ продлить себе жизнь и красоту? Но почему не охотится на оставшихся Юнь?

Ян Юмэй случайно задела один из свитков, что со стуком упал и раскрылся. Она поспешила подобрать его, однако так и замерла. На свитке оказалась изображена девушка в голубой одежде с длинными белыми волосами. Ян Юмэй узнала ее – так часто изображаемую на старых картинах и статуях, созданных руками рода Юнь.

Первый светлый дух, прародитель всех Юнь – Юнь Цы. Уже во второй эпохе про нее мало кто знал, а сейчас, когда Юнь осталось столько, что можно по пальцам пересчитать, навряд ли о Юнь Цы вообще слышали. Однако этот свиток выглядел так, словно его бережно хранили, вдобавок на нем стояло несколько защитных печатей, не дающих краскам выцвести.

Аккуратно свернув свиток, Ян Юмэй положила его обратно на полку. Потянувшись за лежащей рядом тетрадкой, она вздрогнула, так как в комнате раздался стук. Оглянувшись, Хуанъянь успела заметить, как один из нижних сундуков вздрогнул. В нем что-то слабо билось, изредка стуча, словно кого-то там заперли.

С трудом сняв с сундука шкатулку, наполненную серебряными слитками, Ян Юмэй коснулась его крышки и тут же отдернула руку. Поверхность покрывали мелкие тонкие иголки, проткнувшие ее пальцы, отчего на коже выступила кровь. Видимо, внутри находилось что-то действительно ценное, раз императрица И поставила дополнительную защиту.

Следуя молчаливому приказу, мотыльки опустились на крышку сундука и бесшумно открыли его. Из него тут же вырвалась алая ткань, закружившаяся под потолком подобно огненному смерчу. Обвив Ян Юмэй, она до боли стиснула ее запястья и шею.

– Постой!.. – хрипло вскрикнула она, схватив окровавленными пальцами нежную ткань. – Это я! Хуанъянь!

Кровь впиталась в ткань, и та замерла, сжимая уже не с таким остервенением. Кровавые мотыльки возмущенно порхали вокруг, пытаясь отцепить ее от Ян Юмэй. Прошло несколько вдохов, прежде чем ткань ослабила свою хватку, на этот раз с нежностью обвив тело Ян Юмэй и затрепетав, словно плача.

– Ну что ты? – Демоница утешала ее, как дитя, хотя у самой встал ком в горле. – Я вернулась, вернулась…

Из всех трех вещей, которыми владела Хуанъянь, лишь платье можно было назвать живым. Сшитое из кожи красавиц и пропитанное их кровью, оно оказалось на удивление ранимым, чутким и нежным. Словно верная собака, которая всегда следовала за ней и была на ее стороне. Но что платье делало в сундуке у императрицы И? Кто поймал его для нее?

Подойдя к сундуку, Ян Юмэй достала оттуда шелковый мешочек, внутри которого оказался знакомый осколок ключа от Хранилища, а также старое кольцо с белым нефритом. От кольца исходила слабая светлая ци, однако назвать его одним из артефактов небожителей у Ян Юмэй не выходило. Просто красивая безделушка, которая, однако, хранилась в тайнике.

– Сделайте обманку, – все же велела она, спрятав мешочек и кольцо за поясом.

У императрицы И оказалось в разы больше загадок, чем рассчитывала Ян Юмэй.

* * *

Бай И с легким нетерпением притоптывала ногой. Хуанъянь пропадала уже весьма долго, и, хотя служанки продолжали их не замечать, у лисицы не становилось спокойнее на душе. Эта старая демоница и второй принц стоили друг друга! Бай И успела несколько сотен раз пожалеть, что в ее голову вообще пришла идея заполучить осколки ключа от Хранилища! Впрочем, если ключ соберет Хуанъянь, то Бай И все равно сможет проникнуть в Хранилище и узнать, что ей делать со своим недугом.

Тихий стук огласил зал, и за дверями