Читать книгу - "Я приду, когда будет хорошая погода - Ли Доу"

с кем-то возле входной двери, Хэвон пыталась понять, как относиться к приезду в ореховый дом. Накануне она обратилась в сервисную компанию, но цены на ремонт оказались не из дешевых. Пристройку было быстро отремонтировать, поэтому решили вернуться и починить ее, а вот главное здание, построенное тридцать лет назад, было проблемой. По их словам, за это время накопилось много проблем, и объем ремонтных работ будет неизбежно увеличиваться. Хэвон могла бы оплатить стоимость ремонта пристройки кредитной картой, остальное было откровенно обременительно.

Проблема была в тете Мёнё. Она позвонила ей вчера вечером и сказала просто оставить дом в покое, а самой починить пристройку и остаться там. Сказала, что заплатит за ремонт позже. Ей нужно было просто знать, что делать с домом, постепенно превращающимся в ледяной дворец. Она не могла понять, о чем думает тетя.

Ынсоп закончил разговор и вернулся.

– Тебе нужно вернуться в Пукхён-ри сразу после стирки?

– А что такое?

– Если хочешь, я могу отвезти тебя до встречи, а потом вернусь.

Хэвон покачала головой.

– Нет, слишком хлопотно. В любом случае мне больше нечего делать сегодня, может, в кафе схожу. Кстати, ничего, что ты не пойдешь на каток?

Ынсоп улыбнулся.

– У моего дяди день рождения. Мой двоюродный брат вчера приехал, и его припрягли. Так что я тоже сегодня отдыхаю.

– О, поздравляю.

– Конечно, есть что отпраздновать.

Парочка засмеялась, прислонившись к стене, и некоторое время слушала гудение стиральной машины. Кто-то долго отсутствовал, поэтому клиент, пришедший после, вытащил постиранное белье, положил в тележку, потом загрузил свое и запустил машинку. Ынсоп протянул что-то сбоку. Девушка посмотрела и увидела, что это был наушник. Когда Хэвон вставила один себе в ухо, а парень – себе, он включил YouTube на телефоне. Со звуков акустической гитары и губной гармошки зазвучала первая песня группы. Дружелюбная мелодия была уютной, и они отдыхали, слушая музыку и смотря на крутящийся барабан стиральной машины.

Птица приземлилась на замерзший фонтан у круговой развязки Хечхона и быстро улетела. Оставив сумки с бельем на заднем сиденье машины, припаркованной на стоянке у мэрии, они миновали усаженную деревьями дорогу и вошли в переулок. Вдруг Ынсоп остановился перед одним зданием.

– Это займет около двух часов. Директор этого места попросил меня зайти.

Хэвон посмотрела на висящую у входа на лестницу, ведущую в подвал, вывеску «Эпоха книжных».

– О, это встреча владельцев книжных магазинов. Я помню эту вывеску, в прошлом купила здесь справочник. Оказывается, это было здесь!

– Прошло несколько лет с тех пор, как ты перешла в старшую школу Хечхона. Но ничего, что ты останешься одна?

– Конечно ничего. Я пойду прогуляюсь и зайду в какое-нибудь понравившееся мне кафе.

– Хорошо, увидимся позже тогда.

Ынсоп поднял руку и спустился по лестнице в подвал.

В переулке днем было тихо, и было много еще не открытых магазинов. Хэвон шла мимо ателье и парикмахерской, минуя цветочный магазин и пекарни среди домов с низкими крышами. Где-то за углом она наткнулась на небольшую чайную. Это было заведение, где хозяева готовили восхитительные домашние кексы и кофе.

Во время еды Хэвон читала сообщения соседей на домашней странице книжного магазина и в социальных сетях. Не так давно она начала размещать в галерее фотографии из книжного магазина и отвечать на оставленные под ними комментарии. Сначала было неловко, поэтому она много раз переписывала тексты, теперь это стало намного естественнее, и она была благодарна за слова «Я никогда в жизни не получал открытку по почте», которые оставил на стене читатель, получивший новогодний презент.

Хэвон также зашла на аккаунты других независимых книжных магазинов, находящихся поблизости. Книжные магазины, разбросанные по всей стране, были большими и совсем маленькими, но все они были книжными. Поскольку только от продажи книг не было большой прибыли, большинство из них производили товары, продажи которых приносили дополнительный доход.

Она никогда не спрашивала Ынсопа, однако иногда задавалась вопросом, прибыльно ли держать книжный в Пукхён-ри. Ее втайне это интересовало, поскольку, когда Хэвон работала на курсах, ее всегда волновало количество студентов или результаты успешных абитуриентов.

Она отодвинула тарелку с кексом в сторону и вытащила альбом для рисования, который носила с собой по привычке. Какую сувенирную продукцию можно бы было сделать для «Гуднайт»… Скотчи, выпускаемые последнее время, казались неплохими. Маленькие иллюстрации, подходящие для пожеланий спокойной ночи, – луна и звезды на ночном небе, пижамы и подушки, лампы, маска для сна, похожая на мордочку енота, чашка теплого молока… Представив себе такой скотч с напечатанными на нем картинками, она начала делать наброски. Казалось, что в душе наконец что-то затрепетало. Несмотря на незначительную работу, это заставило ненадолго забыть о неясной ситуации в жизни. В этом тоже есть смысл.

Она была погружена в рисование набросков, не замечая, как проходит время. Вдруг зазвонил мобильный телефон, и на экране высветился неизвестный номер.

– Алло?

– Это Хэвон?

Она остановилась, отложила ручку и, сама того не замечая, выпрямила спину. Почему так быстро вспоминаются голоса тех, кто когда-то был рядом, даже если их долго не слышать. Есть голоса, которые ты узнаешь с одного слова.

– Это Боён. Давно не виделись.

– Мы же виделись на встрече выпускников.

– Однако в тот день мы не сказали друг другу и слова.

Дверь в цветочный магазин напротив окна чайной открылась, и, хохоча, из нее вышли девушки в длинных пуховиках. Каждая из них держала в руках веточки хлопка.

– Когда ты свободна? Я бы хотела вместе выпить по чашечке чая.

– Но… В последние дни так холодно, Боён.

На другой стороне повисла тишина. По переулку, подпрыгивая, шла девушка с голыми ногами в кроссовках со смятыми задниками. Хэвон была ослеплена, потому что незнакомка была так красива с обнаженными лодыжками в холодный день.

– В следующий раз. Увидимся в следующий раз, когда будет хорошая погода.

– Хорошо… Тогда свяжусь с тобой снова.

В конце концов девушки в переулке исчезли. Сухоцветы из цветочного магазина развевались на ветру в жестяной корзине.

Дни тянулись медленно, но недели летели одна за другой, и для Хэвон это был третий день встречи клуба в книжном магазине. Сынхо протянул Ынсопу конфету, завернутую в красочную обертку.

– Дядя, хочешь еще одну?

– Конфету?

– Сегодня нельзя использовать слог «кон». Тебе дать сонфету?

– Да, спасибо.

– Какой вкус? Клубника? Апельсин?

Глядя на конфету, лежащую на маленькой ладони, Ынсоп спокойно ответил: