Читать книгу - "Соседи. Книга 1 - Катерина Драгомирова"

проблем. Ну и от Дрона еще не знал. Они трое – он, Дрон и Пашка – держались друг друга интуитивно, по принципу рожи. Пашка чуть ли не единственный, с кем можно было открыто поговорить, не боясь, что после тебя сдадут с потрохами. Ну и с Дроном. Пашка. Забитый тихоня, униженный кодлой за молчаливый бунт против главаря. У Пашки Егор книжки стрелял, а где их брал сам Пашка, он без понятия. Существовали обоснованные причины подозревать, что Пашка откуда-то их таскал. Попросту говоря, воровал. Эти хрустящие странички с картинками до сих пор стоят перед глазами. Выцветшие. Как и все его прошлое до этого момента.

– Дрон… – простонал Егор. Воспоминания прорвались в голову через открытые шлюзы. Возведенная и сдерживающая их больше двадцати лет плотина пала смертью храбрых.

– И цыганка наша тоже откинулась. – «Тоже… И Пашка, значит…» – Ну, свою смерть она сама себе нагадала, сама же и… – Андрей осекся и поменялся в лице. – Блин! Я забыл совсем! Сорян! Ну не сбылось же все равно!

– Еще не вечер, – возвестил Егор угрюмо. – Заканчивай. Давай о чем-нибудь еще с тобой поговорим, о чем угодно. А об этом хватит. Я два года в завязке, но чую, что такими темпами развяжусь. Уже начал.

Андрей с сомнением покосился на Егора. Да, оба «чушки», они, тем не менее, отличались друг от друга уровнем принятия: в Андрюхе его было словно чуточку больше, и рассуждения о том времени давались ему легче. Андрюха в котел попал гораздо позже, а выдернули его оттуда пораньше. Может, в этом все дело?

– Семья есть? – серьезно спросил он.

Егор смерил Дрона тяжелым взглядом. Понятно, о чем собрат по несчастью спрашивал. Сдавалось ему, и об ответе должен бы догадываться.

– Нет, – покачал он головой. Семья… Нечто призрачное, в его случае вряд ли достижимое. Не все в этой жизни доступно каждому. Он и так смог урвать от нее гораздо больше, чем ему полагалось. Да, можно создать, почему нет? Можно. Бутафорию. Оно же должно в идеале обоюдным быть – чувство это, на основе которого рождаются семьи. А он любить так и не научился. Да и его… за что любить? Так и нафиг надо? Просто потому, что «уже пора»?

Кто-то скажет: «Чувак, тебе тридцатка, очнись и будь добр, делай то, чего мы все от тебя ждем. А ждем мы вот этого, этого и этого». Пф-ф-ф! Да, тебе тридцатка, и ты, временами все еще ощущающий себя на десять, до сих пор задаешься вопросами: «Чего этот мир от меня хочет? Что я вам всем должен и почему?» Ты научился ставить себе цели и идти к ним, умеешь достигать, тебя не пугают вызовы, но иногда маленький потерянный ребенок в тебе впадает в панику: «Где я? Кто я? Зачем я здесь?» Те, кто считает, что к тридцати люди должны постигнуть суть вещей и дзен: идите на хрен.

– Хотел бы? – чуть прищурившись, уточнил Дрон тихо. Обращенный на Егора пронзительный взгляд намекал на то, что от него ждут искренности. Потому что «уже пора» Егор не хочет, а вообще… Вообще… Что-то из разряда недостижимого, но…

– Да.

– Совсем никого нет?

В глазах Андрюхи плескалось понимание. Что же еще могло в них плескаться? Одного поля ягода как-никак. Но, несмотря на понимание, свой допрос с пристрастием приятель решил довести до конца. Андрею надо было не в айтишники подаваться, а в социологи. Провел бы масштабное исследование об адаптации к другой среде обитания, расспросил людей, составил бы классические портреты взрослых представителей их стаи. На этих портретах обнаружилось бы много, много общего, а разница проявилась бы бликами и нюансами.

Выворачивать себя наизнанку трудно. Предъявлять на всеобщее обозрение оголенное сердце, потому что кому-то захотелось в тебе покопаться? Этот фокус Егору никогда не удавался.

– Уже нет. То есть… Кто-то есть, но не в том смысле.

– Не понял. А в каком? – искренне удивился Андрей.

А в каком? Где-то он этот вопрос уже слышал. Кажется, в своей залитой шестидесятиградусным виски башке. Ответа на него не нашел и задвинул подальше. Уймется Андрюха когда-нибудь? Надо снова переводить тему, иначе все это рискует плохо кончиться.

– Сложно объяснить, Дрон. У меня отношения с людьми не складываются, я их рушил, рушу и рушить буду, – честно ответил Егор. – Так что на фиг. Ну а ты?

– А что я? Та же ерунда абсолютно. Юлька мне вообще-то нравится. Только я не знаю, как ей рассказать, – признался Андрюха. Снова не удивил. – Если бы ты тогда меня не одернул, ляпнул бы на радостях, и хрен пойми, что бы она мне на все это сказала… Ты не думай! Вообще я об этом не распространяюсь. Так что правильно ты рот мне заткнул. Я ей потом сказал, что мы с тобой в одну школу ходили.

– Даже не соврал, – усмехнулся Егор, ощущая облегчение: не сдал Андрей. Понимая, что все-таки страхи у них одинаковые. – Не знаю, советы тебе вряд ли нужны, здесь каждый принимает решение сам. А я… Мне, Дрон, не сдались все эти сочувствующие взгляды, жалость и клеймо на лбу. Для них мы с тобой всегда будем прокаженными. Это я все к тому, что за себя решай сам, а меня не приплетай. У нас с Новицкой общий круг знакомых, как ты мог заметить. Версия про школу вполне канает.

Андрей понимающе кивнул, никаких намеков на возможную обиду в его взгляде обнаружить не удалось.

– По рукам, – легко согласился приятель. – То есть ты ее давно знаешь? Что скажешь?

– Плохого – ничего, – пожал Егор плечами. – Обычная семья. Долго и упорно ищет свое. Язык острый, ну, ты и сам наверняка уже заметил. Легка на подъем. Любит тусить. Умеет дружить. Цену себе знает, на шею не вешается. С детства пользуется популярностью во дворе. Агитаторша еще та. Те, кто позволяет вить из себя веревки, очень быстро ей надоедают. Сохраняй бдительность: она умнее, чем прикидывается. Вряд ли ее легко удивить. Дальше сам.

– Ни фига себе у тебя досье! – присвистнул Андрюха. В глазах его плескалось неприкрытое уважение.

Егор ухмыльнулся. Досье у него на каждого в их дворе. Это привычка. Ты должен точно знать, кто тебя окружает, чего от них ожидать можно, а чего – нет. Если бы его попросили дать характеристику на Ульяну, он бы минут десять вещал без перерыва. И то не факт, что уложился бы.

Пора закругляться: хватит с него на сегодня впечатлений.

– Можно подумать, сам не такой, – доставая пачку, фыркнул Егор. – Пойдем покурим. И я, наверное, поехал. Мне сегодня еще нагреватель для соседей искать. Там без ста грамм не разберешься. Лес дремучий.

* * *

Голые коленки давно окоченели. А чего еще ждать от августовского вечера? Ульяна наивно