Читать книгу - "Соседи. Книга 1 - Катерина Драгомирова"

отпустило и в башке прояснилось и чтобы не лезли туда больше бредовые вопросы. Нужно извиниться перед теми, кого ночью могла задеть его «вежливость». «Ямаху» забрать от клуба. Перекинуть Коляну часть бабла. Заказать домой еды, а то в холодильнике опять голодная мышь вздернулась.

Но фокус то и дело смещается к Ульяне – детская анкета и древние фотки перед глазами очень тому способствуют. За стенкой тихо, лишь время от времени слышен голос теть Нади. На телефонный разговор не похоже, значит, дочь дома – с кем там еще разговаривать? Даже Корж и тот до сих пор тут.

Можно было бы зайти и выманить на воздух – поболтать. Предложить разучить какую-нибудь классную песню, показать ей, что он откопал в коробке, вернуть тетрадку – вот кто-то удивится. Нет, не станет: это он тут бездельем мается, а у нее рабочий день. Незачем отвлекать.

Нашел отмазку.

Расстроился.

Впервые такое: два месяца ужом на сковородке в попытке как-то отрегулировать дистанцию, отодвинуться и обезопасить себя, но толка от усилий нет, наоборот, эффект обратный: каждый шаг назад оборачивается ломкой, с которой нет никаких сил справиться. Реально начинаешь напоминать себе конченого наркомана, ясно осознающего, что без очередной дозы сдохнешь. Один маленький нюанс: торчкам очень скоро становится мало привычных доз, и они их увеличивают. И увеличивают. И увеличивают. И «дальше» превращается в «ближе», «еще ближе». А потом – бах! И вот ты уже передознулся и скопытился. Помянем.

«Если ей рассказать, как себя поведет? Примет или отшатнется?

……………

Нет… Нет…»

Вот что это?.. Может, и не потек у Стрижа чердак-то?

Нет, это другое.

Звонок раздался очень вовремя – отвлек от «веселых» дум. Егор с удивлением уставился на высветившееся на экране имя участкового. Мозг, издавая страшный скрежет, тут же безуспешно попытался поднять на поверхность упущенные события минувшей ночи.

– Да.

– Здаров, Чернов, – голос Дениса звучал напряженно, и этот факт лишь укрепил Егора в нехороших подозрениях. Он совершенно не помнит, как вернулся и что тут делал. Неплохо бы, кстати, аккуратно выяснить у соседей, крепко ли им сегодня спалось. А вдруг он в чью-нибудь дверь ломился?

– Я что, успел накосячить под камеры? – Егор попытался звучать бодрее, но хриплый, неуверенный голос выдавал собеседнику всю нужную информацию.

– Расслабься, – серьезно ответили на том конце. – Мне, по крайней мере, ничего об этом не известно. Пока. Опять за старое?

– М-м-м… Нет, все нормально, – чуть покривил душой, но все равно несравнимо с тем, на что Дэн намекает. – Минутное помутнение.

– Рад слышать. Вечно тебя отмазывать у меня не получится. Слушай, я чего звоню-то… – Денис на секунду задумался, видать, вспоминая, чего звонит. – Мы здесь одного товарища приняли. Рожа, как у того ублюдка с твоей фотки. Только на фотке мясо, а сейчас он уже отлежался, отсиделся, зажил. Не раскалывается, сволочь. Заскочишь взглянуть? Для понимания…

«Наконец!»

Эту шушваль Егор узнает из тысячи в любом состоянии сознания.

– М-м-м, окей. А жертвы что?

Там устало вздохнули:

– Да пока ни до кого не дозвонились. До одной удалось, но она сказала, что будет в Москве только через три дня, якобы в командировке. Две трубу не берут, придется самому по адресам прогуляться. Но это позже.

– Да, понял. Загляну.

Вот и дельце нарисовалось, прекрасно.

– Девчонка, кстати, как? – поинтересовался Дэн. – Можешь ее прихватить, если согласится? Пусть хоть посмотрит. Давить не будем.

«………»

Прихватить Ульяну? Вообще-то сегодня он планировал попробовать обойтись без дозы.

– Алле? Чернов? Ты тут?

«Твою мать…»

– Окей. Час мне дай.

* * *

Спустя час Егор стоял под дверью квартиры Ильиных, чувствуя нарастающее смятение. Нет, он легко нашел бы себе занятие на остаток дня, до фига занятий! Да вот хотя бы за «Ямахой» вернуться, к Тохе заскочить, сто лет уже обещает – с самых парапланов. Самому до магазина дойти, а не курьера заказывать, баб Нюру навестить. Но тут такое дело… Не терпящее отлагательств. И не сказать, что он расстроен тем фактом, что планы поменялись, что сейчас оторвет Ульяну от работы, – вовсе нет. Нет, он, блин, доволен, что так сложилось!

Коржик обошел тамбур, обследовав каждый угол на предмет новых запахов: сунул нос в угол с детскими санями и коллекцией лыж почившего дедули из десятой, брезгливо обнюхал коврики, ничего экстраординарного не обнаружил и вернулся под ноги.

Замок щелкнул, но взгляду, к удивлению Егора, предстала вовсе не Ильина-старшая, для которой еще десять секунд назад было заготовлено фирменное простодушное выражение физиономии под рабочим названием «Чернов 3.0». Младшая собственной персоной. Ему были откровенно рады: лицо напротив озарила лучезарная улыбка, осветившая общий коридор. И это опять подкупило. Снова. Раз от раза подкупает. Чем он, когда-то нареченный «лучшим другом» предатель, такое заслужил, Егор, наверное, до конца дней своих будет себя спрашивать.

Свет светом, но взгляд таки зацепился за залегшие под глазами синяки.

– А я думал, это у меня была бессонная ночка, – хмыкнул он вместо приветствия. – «И лицо бледное». – Все в порядке?

Радушная улыбка сошла с губ так же резко, как на них появилась.

– А у тебя? – с ответом Уля явно не торопилась. Тяжело вздохнув, прошлась по помятому лицу – в общем, показала, что все видит.

– В полном, – игнорируя вопрошающий взгляд, изрек Егор. Враки, конечно, но он никогда не выпускал и впредь не собирается выпускать в чужие головы неуправляемые стада собственных тараканов. Тем более – вот в эту, ясную. Нутро продолжало окутывать чувство облегчения, возникшее в момент, когда ему открыли, и спугивать это состояние не хотелось. Пусть ему, кажется, и не поверили. – Малая, дело есть. Ты еще работаешь?

Уля опустила глаза на пересекшего порог и запутавшегося в ее ногах Коржика.

– Уже нет, в общем-то. Что за дело?

– Мать дома? – шепотом уточнил он. – А то, может, лучше на балкон.

Она отрицательно покачала головой:

– Вот только что в магазин вышла.

– Прекрасно, – кивнул Егор, прислоняясь к косяку. – Мне тут участковый звонил, сказал, взяли одну мразь, вполне вероятно, что это наш. Просит подойти. От тебя, как я понял, ничего особенного не требуется: взглянуть на него, подтвердить или опровергнуть. А то он предсказуемо ушел в отказ. Ты его видеть будешь, а он тебя – нет: там стеклышко специальное. Может, еще не поздно заяву накатать, я в этих тонкостях уголовного делопроизводства не секу. Что думаешь?

И без того бледная, Ульяна мимикрировала под белый лист, что, в общем-то, неудивительно: кому приятно такое вспоминать? Вот если бы она расхохоталась, как Доктор Зло, хлопнула в ладоши и ломанулась в полицейский участок вперед самого Егора, вот тогда он, пожалуй, удивился бы.

– Это обязательно? – в сомнении покосилась на него соседка.

– Нет. Но я иду, уже пообещал.

Уля слегка прищурилась: в ней явно шла борьба с собой. И он мог ее понять. Прилично времени прошло, животный страх наверняка ушел, исчезла паника. Но в любом случае смотреть на