Читать книгу - "Соседи. Книга 1 - Катерина Драгомирова"

именно сейчас видеть, что она там углядела, тоже не горит желанием. Потому что это он привык прятать так, чтобы ни одна живая душа не докопалась. Это до сих пор пугает даже его, что уж о других говорить? Так что не хотелось бы, встретившись взглядами, вдруг ненароком обнаружить, что и отвечать не обязательно, что на самом деле ей с ним давным-давно все понятно. Что видит она вообще все.

Или хотелось бы?..

Да черт знает!

– Да, – выдохнул Егор. – Мне это недоступно. Так уж вышло.

– Ну… Хорошо, поняла, – все-таки чувства такта малой не занимать. Редкое качество, пусть бережет. – Ну… А из доступного?

А из доступного? А все, что доступно и при этом ему нужно, у него в целом есть. Объективно – сложно желать большего. Если уж совсем честно о мечтах, то мечтать его жизнь не учила, наоборот – учила трезво смотреть на себя и на суровые реалии, держаться поближе к земле. А семья всю жизнь учила брать и делать, ставить цели и их достигать. Не знает он, что ответить, – никогда всерьез не задумывался. И мама тогда адекватного ответа не получила.

– Давай-ка лучше ты мне расскажи, – сдался Егор, поняв, что вопросов, на которые он не сможет Ульяне ответить, больше, чем казалось на первый взгляд.

– Да легко! – с энтузиазмом воскликнула та. – Прямо сейчас я мечтаю о мороженом.

– О мороженом? – растерянно переспросил он. – И все?

«Детство…»

– Ну… да, – Уля искренне поразилась его удивлению. – Разве много надо для счастья? Сущий пустяк. Всякие мелочи способны принести радость, а значит – сделать чуть счастливее. Ты разве не замечал?

Замечал ли он? Да, последнее время замечал. Если под таким углом взглянуть, то это довольно мудрый подход к вопросу. Егор покосился на спутницу. Как, интересно, в одном человеке способны настолько мирно сосуществовать ребенок и взрослый? Для него это останется загадкой.

– Ты же сам меня учил! – округлила глаза Ульяна, отзываясь на его смятение. – Бери от жизни все, что тебе подходит, и все такое… Помнишь?

«Хм… Это другое… Ну… Или качественно переработанное то же самое… Ну ладно… Годится».

– Хорошо, я понял. Принято, – согласился Егор. – Ну а если глобальнее?

– А если глобальнее… – Уля запнулась и, задумавшись, вновь уткнулась взглядом в свои кеды, занавесилась не захваченными резинкой прядями волос. – Наверное, найти… человека. Но, кажется, это тоже что-то на несбыточном. Поэтому пока остановимся на пломбире.

Человека.

Такое странное чувство – слышать, как кто-то говорит твоими мыслями. Теряешься. Напрягаешься. Но тема слишком интересна, чтобы соскакивать с нее на любую другую. И вообще, подобные заявления требуют уточнений. Ну не совсем же они с ней одинаковые? Так попросту не бывает.

– Почему на несбыточном? – осторожно поинтересовался Егор.

– Не везет, – прикусила губу Ульяна. – Вот просто не везет! Наверное, в каком-то смысле так же, как тебе, но… по-другому. Юлька говорит, что такими темпами я…

Раздавшийся звонок не дал ей выразить мысль. Вытащив из кармана телефон, Уля воскликнула: «О! А вот и Юлька. Прости!» Приняла вызов, метнула в него еще один извиняющийся взгляд и отошла на пару метров.

Момент упущен. Егор вроде бы и понял, но не понял ничего и стоял теперь озадаченный в ожидании, когда она наболтается. Достал сигареты – охота перекурить. Во-первых, он бы с большим интересом послушал, что там Новицкая ей втирает про «темпы». Во-вторых, каким именно образом Ульяна пришла к поразительному в своей точности заключению, что ему не везет? Когда только успела? На основании чего? И наконец, в-третьих: что значит «по-другому»?

Очередность обозначенных пунктов никак не связана с важностью поставленных вопросов.

Впрочем, они все равно уже пришли. Жаль.

Музыка:

Queen – The Show Must Go On

XX. Они

– Только не говори, что вы до сих пор в тазике моетесь! С чайничком! – прыснула Юлька, откидываясь на спинку скамейки и с наслаждением потягиваясь. В квартире этой счастливицы основательный ремонт был сделан стараниями ее родителей лет семь назад. Человек стал обладателем водонагревателя на пятьдесят литров, палец о палец не ударив. И сидит ржет теперь.

Ульяна вздохнула: вообще-то именно это она сказать и собиралась. В маленькой ванной Ильиных место для гигантского бойлера изыскать решительно невозможно, так что только тазики, чайнички и кастрюльки и остаются. Та еще пытка для девушки с «косой до пояса». И не последний, кстати, аргумент в пользу того, чтобы рубануть шевелюру свою по плечи.

– Ну а что ты мне предлагаешь? – недобро косясь на Новицкую, фыркнула Уля. – Не мыться?

Такие вопросы при парнях обсуждать – это вообще ни в какие ворота! А парни присутствовали. На противоположной стороне лавочки, закинув ногу на ногу, сложив руки на груди и с интересом следя за ходом этой бестолковой беседы, восседал Вадим. «Заскочил на минуточку». «Извиниться». Минуточка обернулась тридцатью, а нормальных извинений Уля так и не услышала. Пробурчал себе под нос что-то о том, что перепил, вот и померещилось всякое, и на этом поставленную себе задачу посчитал выполненной. Букетик пионовидных роз, которым Стрижов пытался ее задобрить, пока мирно возлежал на лавке между ним и Юлькой, но судьбу цветов Ульяна уже мысленно определила. Урна, потому что при взгляде на них эмоции поднимались исключительно негативные. Ну, на худой конец Новицкой отдаст, та не погнушается.

– Этому дому не хватает собственного домовенка Кузи[96], – растянула губы в усмешке Юля. – Чумазого такого…

Уле отлично известна причина приподнятого настроения Новицкой. Последние дни Юльку пробило на откровения, и Ульяна, вспомнив вдруг о своей роли лучшей подруги, покорно ее исполняла, давая той возможность болтать о личном сколько влезет. Да, голова была забита совершенно другим, но… Но, кстати, неплохо отвлекало. В общем, у причины имелось имя – Андрей. Аж десять дней уже у них. Рекорд! Каких-то десять дней, а Юльку не узнать: глаза горят, рот не закрывается, с лица не сходит мечтательная улыбка. Кажется, еще чуть-чуть – и у кого-то меж лопаток крылышки прорежутся, и этот кто-то вспорхнет с лавки и улетит в дальние дали, прямо как сама Ульяна месяцем ранее. Между их с Новицкой ситуациями – пропасть, но Уля искренне за Юлю рада: последний раз она ее такой светящейся видела на третьем курсе института, когда Юлька позволила себе влюбленность. Увы, там с парнем не сложилось, и подруга резко вернулась к прежнему, чуть потребительскому, подходу. Казалось, уже навечно. Ан нет.

– Есть решение, Ильина, не поверишь! – чуть помолчав, радостно воскликнула Новицкая. – Можешь ко…

Фразу она не закончила: из подъезда на крейсерской скорости, тут же приковав к себе всеобщее внимание, выскочил Егор. Окинул пасмурным взглядом собравшуюся компанию, с девушками поздоровался, на Вадиме задержался чуть дольше, цветам уделил не более секунды, недобро прищурился и направился к стоящему в пяти метрах от лавки мотоциклу.

– Чернов, прости за интимный вопрос. Ты как без горячей