Читать книгу - "Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская"

вылезли из норы и на четырёх конечностях быстро побежали к госпоже магистру. Та, ловко отступая в том же темпе, продолжала играть с ними, не менее жалобно прося быстрее прильнуть к её груди.

Вскоре они подбежали к первому талисману, созданному монахом. Тот, что удивительно, сработал – потерчата зафыркали и, замотав головами, по дуге оббежали почти невидимый в снегу белый лист.

– Интересно, – произнесла Ли-Льен, продолжая заводить нежить дальше.

Настоящий талисман и вправду защищал от слабых порождений грязной силы, но поди найди такой среди множества бесполезных поделок.

Увы, даже настоящий талисман срабатывал лишь единожды. А вот сработает ли второй раз талисман Солохи, раз энергия в нём не иссякла?

Наконец порождения грязной силы вплотную добрались до лежащего на их пути второго оберега. И вот здесь они неожиданно резко замедлились, принюхались, сморщили уродливые, полные зубов рты и, развернувшись, побежали обратно.

– Стойте, дети, куда вы? – воскликнула Ли-Льен.

Но потерчата даже ухом не дёрнули.

– Как ты? – тут же спросил Туан.

– Всё хорошо. Думаю, я стояла далековато, чтобы талисман смог подействовать и на меня. Вспомни Солоху: пока она не достала его из ларя, упырь не пытался отбежать. Радиус действия маленький.

«Но работает наверняка», – добавила Ли-Льен мысленно.

Она наконец вспомнила, как прикупила похожий талисман в почтовом отделении Лехея. Тогда нечисть её по небольшой дуге облетала, словно пустое место.

«Тогда я была без кольца, с заколкой и не защищала голову ореолом чистой силы. Но при этом непохоже, чтобы я сошла с ума. Нужен телесный контакт? Или это разные талисманы? В том точно присутствовала грязная сила, но я так и не исследовала его», – размышляла девушка, подбирая из снега оба талисмана.

– Сын Солохи купил обереги в Черне, – произнесла она, запрыгивая на дерево.

– Как и многие жители, – поддержал рассуждение Туан. Голос его сделался серьёзным и стал напоминать тон командира, отдающего приказы своим подчинённым. – Надо проверить, откуда осуществлялись поставки в Черн, кто служил поставщиком, в чьём ведении находится склад и кто производил торговлю. Не уверен, но в суть этих талисманов, скорее всего, вплетена грязная сила. Если они не были подменены и духовный орден объединился с тёмными магами…

– Как! – воскликнула девушка с улыбкой. – Не с ведьмой?

Туан замолчал.

– Возможно, я слишком зациклен на них, – раздался его тихий голос спустя несколько мгновений.

– Ах, допустим, – не стала разубеждать собеседника госпожа магистр. – Но почему тогда именно духовный орден? Инквизиторский тоже занимается выпуском талисманов. Причём как раз эти, по словам местных, куплены у них.

– Невоз… – начал запальчиво хозяин Безлунного зала, но снова притих. – Хм. Возможно, мне недостаёт беспристрастности. Я с трудом могу представить инквизитора, ступившего на тёмный путь.

– Неужели таких прецедентов не было? – удивлённо спросила Ли-Льен.

– Были. По пальцам пересчитать… Но они никогда не творили ничего подобного.

– Всё бывает впервые, – усмехнулась девушка. – Ладно, пока не доберёмся до Черна, больше информации о талисманах мы не получим. Поэтому по возвращении предлагаю лечь спать.

«Ну как мы… Инквизиторы. А я, пожалуй, ещё поизучаю», – добавила она мысленно.

Утро в Искоростени началось с огромного погребального костра. Невыспавшийся Морус хмуро смотрел, как его ученица на фоне пожарища едва молнии не метала в местного монаха. Ночью она лишь махнула рукой на расспросы и ушла в дом Солохи спать. А утром, едва проснулась, прицепилась к монаху со странными увещеваниями.

– Благословение настоящего монаха способно на чудо. Благослови их на излечение, – требовательно говорила Ли-Льен.

– Боги ниспослали им испытание, я не посмею влезать, – упрямо стоял на своём Судиша.

Как оказалось, он ни разу в жизни не благословлял людей и считал это высшим неуважением к богам и их воле.

Вокруг костра стояли и некоторые сошедшие с ума жители, кто с интересом, кто со страхом глядевшие на огонь и на девушку в горчичном пальто и синей шляпке.

– О, вот как? Видимо, те сорок семь несчастных его не прошли, – с деланым огорчением произнесла госпожа магистр, указывая на костёр. – Но остальные-то, получается, заслужили приз?

– Да что вы себе позволяете? – возмутился монах.

– Я позволяю себе всё то, что вы себе позволить не можете, – отчеканила девушка. – Благословите их.

– Я не могу вмешиваться в божественное…

– Разве не боги ниспослали тебе твой дар? Может, это ты противишься их воле?

– Нет. Пятеро сохранили разум. Значит, так всё устроено, – твёрдо стоял на своём Судиша.

– Я и сама не люблю людей, но, похоже, в этом деле ты меня превосходишь, – хмыкнула Ли-Льен, складывая руки на груди. Вдруг девушка, приподняв брови, с нарочитым удивлением добавила: – Или… тебе нужно отсыпать монет? Талисманы-то твоей невмешательской парадигме не противоречат?

– Пара… что?

– Лилейн, брось это, – наконец вмешался Морус, потирая висок. От жёсткого тона ученицы начала болеть голова. – Не припоминаю случаев, когда монахи и правда излечивали подобные недуги.

– Разве что в сказках, – добавил Баламут, подходящий к ним ближе.

Он только что вышел из храма, где занимался готовкой из продуктов, купленных у сохранивших разум местных.

– Может, позавтракаем? – примирительно предложил Бальдр.

– Сначала я кое-что объявлю, – произнесла Ли-Льен. Она развернулась к толпе и громко и чётко прокричала: – Эй, все, кто купил свой талисман в Черне! Он создан тёмными магами и стал причиной вашего сумасшествия. Советую избавиться от них, пока весь разум не потеряли.

– Что? – раздались удивлённые возгласы её сокомандников и Моруса.

– А теперь идёмте завтракать, и я расскажу, чем занималась этой ночью, – пригласила их к столу госпожа магистр.

– Быть не может! – воскликнула Нариэн, во все глаза рассматривая оба талисмана, чуть мятые от подтаявшего, а затем испарившегося снега. – Можно же их хоть как-то различить? Я стала хуже видеть?

– Не доверяешь своим глазам? И то верно, человеческие органы чувств так несовершенны, их легко обмануть. А с другой стороны, есть ли кто-то более достойный доверия, чем ты сам? – риторически спросила Ли-Льен, с удовольствием поедая вкуснейшую овсяную кашу с земляничным вареньем. – Значит, ты считаешь, отличия должны быть?

Леди Маннай всегда хвалилась своим магическим зрением, способным заметить малейший завиток чистой силы или с ходу определить неверную руну среди сотни пестрящих знаков. Лучше видел только Лагамар, магическое зрение временно утративший.

– Конечно, раз их действие такое разное. Но… Они абсолютно одинаковы. Видимый текст чуть отличается, но это из-за защиты авторского права духовного ордена. А вот внутренняя структура неотличима и соответствует канонической, известной с древнейших времён.

– Если в этот текст вплетена ещё и структура грязной силы, то ты её и через сто лет не увидишь, – хмыкнул Баламут, хрустящий красным ароматным яблоком.

– Если она туда