Читать книгу - "Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская"

«Нужно лишь улучить момент», – билась единственная мысль в напряжённом разуме.

– А кому будете предсказывать, госпожа Лиадан? – спросил вдруг Арьяман деловито.

– Ох… – Ведьма Пустоши поражённо покачала головой и проговорила, глядя на Ли-Льен своими необычными, раскосыми глазами, из которых пропал даже малейший налёт невинности. – Знай инквизиторы, что их подопечные так интересуются ведьмовскими способностями, то чьей рукой была бы быстрее оборвана их никчёмная жизнь? Моей ли?

Ведьмы, вопреки предположениям инквизиторов, не могли менять отношение людей к каким-то вещам, людям или событиям, только создавать ложные образы и усиливать или, напротив, уменьшать уже существующие чувства. Поэтому вопрос Арьямана был вызван его личным любопытством, что весьма позабавило «провидицу».

Лиадан вновь рассмеялась, откинув голову назад и подставляя под удар беззащитное горло. Увы, даже в такой ситуации малейшее лишнее движение госпожи магистра – и все, кого ведьма Пустоши держала под контролем, скорее всего, умрут. Ли-Льен всем телом чувствовала, как клубится вокруг грязная сила, паутиной опутывающая её сокомандников.

– Трусишка, – фыркнула Лиадан, опуская голову. А после с энтузиазмом обратилась ко всем: – Давайте так: я загляну в свой волшебный шар и расскажу вам о том, что он покажет.

С этими словами Серая ведьма взмахнула рукой, и на столе возникла хрустальная сфера на агатовой подставке. Взметнулась и грязная сила, обращаясь в шаре чёрным туманом.

– Хочешь погадать, гадай на меня. Не пятнай их своей грязью, – мрачно приказала Ли-Льен.

Казнить за «услугу» от ведьмы инквизиторы могли вовсе не иллюзорно.

– Всегда знала, что на самом деле ты эгоистка, – довольно произнесла Лиадан, напитывая силой свой артефакт.

Какое-то время «провидица» пристально вглядывалась в поглощающие свет клубы тумана. Сокомандники Ли-Льен с любопытством смотрели туда же.

Воздух вокруг будто сгустился, стал вязким и плотным. Но кто знает, что в этот момент видели и ощущали будущие инквизиторы, захваченные чужим мороком.

– Ого, как занятно, – наконец поделилась черноволосая красавица. – Ах, я решительно рада, что заглянула сюда. Такие необычные образы… как же их истолковать? Ли-Ли, не хочешь посмотреть?

– Нет, – коротко отказалась Ли-Льен, неотрывно следящая за движениями ведьмы Пустоши.

– Что там? – с мольбой спросила Нариэн. – Кто?

– Какая любопытная детка, – похвалила её Лиадан, водя над шаром руками. Что бы она ни говорила, а колдовала, похоже, по-настоящему. – Хм, что же я вижу…

Глаза её неожиданно словно превратились в два лунных камня и уставились в никуда, а голос сделался ниже, интимно-таинственней и тягучей. Будто древние напевы, полились строки пророчества:

Кину взгляд один

На влюблённых двух.

Слышу слова три

В стенах четырёх.

Лиадан и правда использовала одну из десяти «великих способностей» ведьм – гадание. Ли-Льен сжала зубы.

«Сейчас!» – вспыхнула мысль в её голове.

Пока ведьма Пустоши была отвлечена, девушка резко дёрнула рукой, с прядью волос вырывая и шляпку, и деревянную заколку из причёски и отшвыривая их куда-то в сторону. В то же мгновение живот госпожи магистра насквозь пронзил меч Бальдра, вырывая из её горла судорожный вздох.

Лиадан продолжила как ни в чём не бывало:

Вспыхнули пять чувств,

А шестое спит,

В семи нитях ждёт

Стрелку на восьми.

Девять сфер прошли,

На десятой – смерть.

Пережить бы им

Хоть один рассвет.

А после отняла руки от шара и, положив их на свой живот, расхохоталась:

– Ах, кажется, кому-то, ха-ха, совсем не повезёт в любви, ха-ха-ха.

– Так печально, – пробормотала леди Маннай, и крохотная слезинка скатилась по её щеке.

Никто не обращал внимания ни на Бальдра, ни на Ли-Льен. Даже сам княжич словно не видел, что сотворил.

– Ли-Ли, похоже, тебе стоит поскорее покинуть это смертельно опасное для тебя место, – не могла остановиться хохочущая Серая ведьма. Она едва не била кулачком по столу и вытирала с уголков глаз невидимые слёзы. – Ну же, возвращайся к своей сестре. Я даже готова помочь ей. За самую малую плату. Ха-ха-ха.

– Зачем тебе всё это? – холодно спросила госпожа магистр, обрывая мелодичный, но фальшивый смех Лиадан. – Что за цирк ты тут устроила?

«Не могу поверить, что Серая решилась на конфронтацию», – отстранённо продолжала рассуждать Ли-Льен, которая, несмотря на ранение, теперь чувствовала не необъяснимый страх за товарищей, а своё превосходство.

Она сделала несколько неаккуратных шагов назад, освобождаясь от острого клинка, и кровь, что струилась по её пальто, с шипением начала испаряться. Бальдр продолжил стоять с вытянутым клинком и больше не нападал.

– Как зачем? – удивилась Лиадан, ничуть не убоявшаяся нового выражения лица госпожи магистра, в котором смешались гнев и надменность. «Провидица» даже алый ротик прикрыла ладошкой, спрятанной в чёрной ажурной перчатке. – Ты раз за разом убиваешь моих марионеток, рушишь мои планы и влезаешь в мои интриги. Можешь себе представить всю величину моей добродетели, раз уж я лично решила прийти к тебе, чтобы вразумить.

Воздух вокруг разом похолодел, а по стенам зазмеились новые трещины.

Похоже, ведьма Пустоши пришла поквитаться за Любучу.

– Ты насквозь порочна, кровожадна и жестока, о какой добродетели может идти речь? – возмутилась Ли-Льен зло.

– Лилейн! – одёрнул её Бальдр. – Зачем ты так с ней?

Остальные лишь осуждающе мазнули по девушке пустыми взглядами и вернули их на прекрасную прорицательницу.

– Посмотри на них, – вместо ответа предложила Серая ведьма, вставая из-за стола. Он тоже пошёл трещинами, старясь на глазах. – Очарованы, удивлены, заинтригованы, – промурлыкала она, гладя по подбородку Баламута, смотрящего на неё с блаженной улыбкой. – А ведь я прошлась лишь по краю их сознания. Буквально пёрышком по водной глади. – Лиадан изобразила в воздухе невесомое пёрышко и подула на него. А после неожиданно треснула кулаком по хрустальному шару, разламывая и его, и стол под ним на множество крошечных кусков. – Сижу тут и развлекаю тебя, малышка Ли-Ли, чтобы показать, как это неприятно, когда твоих людей уводят у тебя из-под носа!

Никто вокруг не вздрогнул, студенты словно и не заметили разрушений. Ведьма шумно вдохнула и выдохнула, будто устала от своей игры. Тон её голоса вновь изменился, став вежливым и деловым:

– И заметь, из уважения к тебе твоих людей я не убиваю и даже не калечу. Если на то пошло, в другой раз могу и не устраивать спектакль, а сразу опустить занавес. Как видишь, достать их для меня не проблема, а вот ты не всегда сможешь быть рядом. Или, может, напомнить тебе, что я и от Алкея, магистра уровня трёх резервов, легко избавилась?

– Ты всегда была не в своём уме, но сейчас откровенно бредишь. Ты забыла, с кем разговариваешь