Читать книгу - "Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен"

Лириен проводила его взглядом и кивнула Зинту и Крэкджо.

— Идем. У нас мало времени.

Она стянула маску и сунула ее в карман.

Зинт соскользнул по лестнице следом за ней, уже держа оружие наготове. Крэкджо спустился следом, ругаясь себе под нос:

— Босс сказал…

— Вокс сказал никуда не ходить одной и вернуться до наступления тьмы. Вы идете со мной или нет?

Крэкджо схватил ее за руку, не столько удерживая, сколько притягивая ближе к себе.

— Лириен, я бы предпочел, чтобы ты осталась на «Охотнике». Большинство людей здесь — нормальные ребята, которые просто пытаются выжить, но, даже если здесь нет «Громовой пасти», то хватает других платформ Костяных шакалов. Это ублюдки, убивающие ради забавы, а за голову Разрушительницы Мира можно получить неслабую репутацию.

— Я знаю.

Нужно было быть идиоткой, чтобы не заметить голодных взглядов людей, наблюдавших за ней из тени или с крыш ригов, раскрашенных так пестро, что на их фоне «Сумрачный охотник» казался детской игрушкой.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве успех того, что Вокс планирует на сегодня, не зависит от моей репутации?

Под его щеками заходили мускулы.

— Никто не поверит, что я способна на то, о чем он заявляет, если я буду прятаться, — сказала она. — К тому же, я уже двадцать лет ничего не покупала, а Вокс сказал, что это величайший рынок в Верхнем Пределе. Стал бы он это говорить, если бы не ожидал, что я пойду посмотрю?

— Другие шакалы ничего тебе не расскажут, если ты добиваешься этого, — Крэкджо сжал ее руку сильнее. — Вокс сам разберется с этой проблемой, а ты не ищи неприятностей.

Лириен высвободила запястье.

— Я не буду.

— А впрочем, скорее всего, неприятности сами найдут тебя. — Вздохнув, Крэкджо спросил: — Что мы ищем?

Лириен пошла по рынку, петляя между высоченными ригами, металлические бока которых заслоняли заходящее солнце. По многим из них бегали дети, прыгая с отсека на отсек и играя в догонялки. Воздух был густым от запахов стали и пыли, к которым примешивался сладковатый аромат чего-то жарящегося парой рядов дальше. В узких проходах между ригами выросли торговые палатки: импровизированные столы, застеленные найденным в руинах тряпьем, ломились от кухонной утвари, посуды, одеял и инструментов, явно созданных магией элемаров. Но были там и образцы техники старого мира, изготовленные пустопородными. Некоторые машины приводились в движение педалями и рукоятками, и Лириен остановилась, чтобы рассмотреть устройство, которое, по словам продавщицы, предназначалось для шитья. Другие механизмы работали на разном топливе, качая воду или разогревая печи для ковки металла. Торговцы зазывали покупателей с заученной бодростью, перекрикивая тихое шипение остывающих машинных отсеков.

— Разве машинные отсеки платформ могут работать на топливе? — спросила она Крэкджо, который все еще хмурился. — Или все они пиро?

— Только пиро. Сначала многие пытались использовать технологии паровых двигателей, — ответил он. — Проблема была не в самих механизмах, а в добыче угля, потому что только уголь горит достаточно жарко для нужной скорости. Запасы угля почти полностью сожгли при обороне крупных городов, а добыча из шахт оказалась… проблематичной.

— Слишком долго?

Крэкджо покачал головой.

— Потому что в шахтах обожают проводить дни стракси.

По ее коже пробежал холодок при мысли о том, что, копая землю в поисках спасительного топлива, можно столкнуться лицом к лицу с монстром, от которого пытаешься скрыться.

— А терраманты не пытались помочь? Моя магия не реагирует на уголь, но я знаю, где его искать. Найти пустоты под землей и вытолкнуть породу на поверхность довольно просто.

— Многие пустопородные наотрез отказывались иметь дело с элемарами, — ответил Крэкджо. Его хмурость сменилась печалью. — Не знаю, какую версию истории вам преподавали на «Страннике рассвета», но у элемаров долгий послужной список угнетения тех, кто лишен магии. Борьба за равенство была жестокой, и перед самым Расколом пустопородные добились огромных успехов. Многие из них считали, что если снова начать зависеть от магии, то все их достижения пойдут прахом. Они отказывались от помощи, и из-за этого многие погибли. А те, кто выжил, стали намного прагматичнее.

— Я учила это, — ответила она. — Просто в учениях Таймена используются другие формулировки.

— Ничего удивительного.

Они пошли дальше, но через несколько шагов Лириен почувствовала покалывание на затылке. За ней следили, и у того, кто это делал, явно были недобрые намерения. Повернув голову, она увидела группу в одежде из кожи красного цвета, начинавшую окружать ее за спиной. Их одежда была увешана костяными амулетами и зазубренными кусками металла, лица были скрыты капюшонами и побитыми защитными очками. Они даже не пытались скрыть слежку, подстраиваясь под ее шаг с ленивой точностью хищников, уверенных, что жертве некуда бежать. Их низкий, резкий смех и часто повторяемое «Разрушительница Мира — сука» разносились достаточно громко, так, чтобы она услышала.

Зинт напрягся, его рука скользнула к рукояти секиры за спиной, и он придвинулся к ней ближе. Крэкджо, шедший чуть позади, вытащил пирошокер. Оба молчали, но их глаза неотрывно следили за группой, просчитывая дистанцию и намерения. Шум рынка словно растворился в нарастающем напряжении, все звуки тонули в немом вопросе, повисшем в пыльном воздухе: как далеко эти люди готовы зайти в своей игре, и как быстро прольется кровь?

Сделав глубокий вдох, Лириен резко обернулась к ним.

— Я так думаю, вы из Костяных шакалов?

Тот, что шел впереди, оскалился, блеснув желтыми в полутьме зубами.

— Думай что угодно. Я слышал, ты неплохо управляешься с землей, теперь мне интересно: а на спине ты так же хороша?

По стае прокатился тихий смешок. Приблизился второй, копье в его руках было сделано из изогнутого когтя стракси.

— Хорошенькая, а? Не стоит растрачивать себя на драки. Есть способы служить и получше.

Его палец в перчатке скользнул по ее кожаному рукаву, словно прикидывая, сколько усилий потребуется, чтобы раздеть ее догола.

Крэкджо грубо оттолкнул его всем телом.

— Проваливайте.

— Поосторожней, — подал голос третий, заходя слева. — Может, ей понравится пожестче. Может, расколет камень, пока мы будем раскалывать