Читать книгу - "Проблемная идентичность. Взгляд психотерапевта - Геннадий Иванович Малейчук"

В этом мире слова «мешают понимать друг друга…»

В этом мире любовь и привязанность «…давно забытые понятия…»

В этом мире люди садятся в поезда и не знают, куда едут и чего ищут, «даже сам машинист этого не знает…» «Одни только дети знают, чего ищут. Они отдают всю душу тряпочной кукле, и она становится им очень-очень дорога…»

В этом мире изобретают «пилюли, которые утоляют жажду», для того чтобы сэкономить время, вместо того чтобы просто сходить к роднику…

В этом мире для людей «звезды немые»…

Немые звезды

Немые звезды – это метафора невозможности услышать, понять другой мир – мир детей. В силу этого непонимания взрослые и дети живут на разных планетах. В реальной жизни встречи между взрослыми и детьми происходят крайне редко. Одной из таких возможностей является ситуация экзистенциального кризиса.

Маленький принц говорит взрослому – потерпевшему крушение Антуану де Сент-Экзюпери: «У каждого человека свои звезды. Одним – тем, кто странствует, – они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для ученых они – как задача, которую надо решить. Для моего дельца они – золото, но для всех этих людей звезды – немые. А у тебя будут совсем особенные звезды… У тебя будут звезды, которые умеют смеяться… И ты полюбишь смотреть на звезды».

Немые звезды – это утрата контакта со своим внутренним ребенком. Вырастая, взрослые забывают о том, что когда-то были детьми, и теряют все то, что связано с детством: способность к любви и привязанности; понимание того, чего ты хочешь; возможность просто сходить к роднику. Взрослые не помнят о том, что можно разговаривать с цветами и животными и слышать звезды. Взрослея, каждый несет потери, которые зачастую связаны с утратой важных вещей: чувствительности, самопонимания, внимательности к себе и другим, все дальше удаляясь от внутреннего Ребенка. «Маленький принц» – это метафора контакта с глубинной, детской частью Я взрослого человека.

Маленький принц

Ситуация встречи, описанная в повести, невозможна с точки зрения формальной логики. Сент-Экзюпери оказывается в пустыне, где он встречает ребенка, якобы прилетевшего с другой планеты. Если подойти к этому феномену с позиций психиатрии, то мы имеем дело с галлюцинаторно-бредовым синдромом. Однако любой факт можно проанализировать двояко: как психопатологический синдром и как психологический феномен. Мы не ставим своей задачей определять диагнозы: нам как психологам гораздо интереснее феноменология переживаний человека. Если придерживаться этой позиции, все происходящее может рассматриваться в качестве внутренних феноменов автора – Антуана де Сент-Экзюпери.

Символично имя, выбранное им для названия повести и для героя, – Маленький принц. Почему он – принц? Все очень просто: ведь каждый маленький ребенок – принц в своем мире. Детство обычно описывается как идеальное состояние благополучия. В колыбельных песнях, народном фольклоре прослеживается «родство детской колыбели и царского трона». Ребенок подобен маленькому божеству, и если в мире, где он появился, ему обеспечены принятие, забота и безопасность, он чувствует себя настоящим принцем. Находясь в центре внимания, получая поддержку и любовь, ребенок переживает ощущение собственной уникальности и избранности. Это – его мир, его планета, планета Детства. Успешное прохождение этого самого раннего этапа развития, где все принадлежит ребенку, где возможно исполнение его желаний, – необходимое условие для дальнейшей взрослой жизни. Поэтому так важно, уже будучи взрослым, не утратить контакт со своим внутренним ребенком.

Однако зачастую этот контакт теряется очень рано по вине ближайшего окружения. В детстве Сент-Экзюпери мечтал стать художником. Нарисовав удава, проглотившего слона, он показал свое творение взрослым и спросил, не страшно ли им.

Однако взрослые, глядя на рисунок, спрашивали: «Разве шляпа страшная?» Так как это была не шляпа, а удав, проглотивший слона, шестилетний художник предпринял еще одну попытку, нарисовав удава изнутри, чтобы взрослым было понятнее.

Однако взрослые посоветовали юному художнику «не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри, а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием». Это послужило основанием для отказа ребенком от «блестящей карьеры художника». Так, очень ярко и наглядно продемонстрирован механизм, при помощи которого взрослые, негативно оценив ребенка, останавливают его творческое развитие. Наставления, указания, поучения, оценки, внушения типа «это плохо», «это неправильно», «лучше бы тебе за это не браться», «займись делом» и т. п. замораживают живые чувства ребенка, его креативность, потребность в самовыражении. Во взрослом возрасте это приводит к репродукции в прямом и переносном смысле. Апатия, скука, серость, обыденность, отсутствие близости, хроническое недовольство собой и другими – типичные жалобы «героя нашего времени», обратившегося за психологической помощью.

Люди «без психики»

Лучше всего таких людей характеризует введенный психологами-гуманистами термин «люди без психики», о котором писали Э. Фромм, Н. В. Цзен, Ю. В. Пахомов. Такой человек превращается в объект манипуляции, «становится как бы машиной, для управления которой нужно находить все новые рычаги».

Почему так происходит? Потому что в процессе адаптации к социуму ребенок зачастую вынужден отказаться от свободы, от возможности быть самим собой, от аутентичности, а в итоге – и от своего Я. Выдвигаемые обществом эталоны, нормы, неосознанно усваиваемые в детстве, ведут во взрослом возрасте к шаблонности, стереотипизации, усредненности, а в итоге и к психической смерти. Э. Шостром в своей книге «Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор» дает описание «болезни» современного человека: «Наш человек мертв, и его поведение действительно очень похоже на поведение трупа, который “позволяет окружающим делать с собой все, что угодно”»[79].

Неудивительно, что в психотерапии, независимо от направления, незыблемым принципом является установка на безоценочное принятие клиента. Задача терапии – возвращение утерянного творческого компонента, восстановление витальности, чувствительности к себе и своим желаниям. За счет внешнего принятия значимым человеком – терапевтом – восстанавливаются самопринятие, вера в себя и свои силы, способность экспериментировать, становиться «автором своего жизненного замысла» (Ж.-П. Сартр).

Встреча с Маленьким принцем

Нашему герою удается без помощи психотерапевта встретиться со своей творческой частью – внутренним ребенком. Маленький принц появляется тогда, когда Антуан де Сент-Экзюпери находится в отчаянии, когда он пытается «починить» себя и свою сломанную жизнь.

– Вообразите же мое удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то тоненький голосок. Он сказал: «Пожалуйста… Нарисуй мне барашка».

С точки зрения психотерапии неудивительно, что именно в этой точке произошла встреча. В точке, где когда-то произошла утрата контакта со своими желаниями, с творческим Я, с верой в свои возможности. Но точка «поломки» может стать точкой «сборки», восстановления, роста. Неслучайно Маленький принц просит нарисовать для него барашка. Во взрослом мире никто не признал