Читать книгу - "Принц и квакерша - Виктория Холт"

— Да, да… но я не мог потерять Ганновер, Каролина, верно? Ты бы это поняла. Ты ведь всегда всё понимала.

Он взглянул на часы. Ему пора было идти играть в карты с принцессой Амелией, своей дочерью, как он делал всегда. Если он не поторопится — опоздает. Немыслимо. Он никогда не опаздывал.

Амелия… Эмили, как её звали в семье… она уже старела и становилась желчной. Ей хотелось Графтона. В свое время то, как Эмили бегала за Графтоном, доставило её матери немало хлопот. Пожалуй, стоило подыскать ей мужа. С принцессами всегда непросто… за границей осталось не так много королевской крови, да еще непременно протестантской, что сужало выбор донельзя. Либо искать кого-то дома. Стоило выдать девчонок за англичан. Почему нет? Это было бы лучше, чем оставить их в старых девах и дать им прокиснуть, как Эмили.

Когда он вошел в её покои, она встретила его с напускной нежностью. Карты были уже на столе.

— Ну, — сказал он, — давай играть.

— Мы готовы, отец, — ответила Эмили.

Он негромко произнес:

— Твой брат здесь, во дворце.

— Я знаю, отец.

— Он придет сегодня к игре. Не оставляй меня с ним наедине.

— Хорошо, отец.

— Это приказ.

— Да, Ваше Величество.

Игра началась, и когда герцог Камберленд вошел в комнату, король даже не поднял головы, но присутствие сына почувствовал, ибо проворчал:

— А вот и мой сын, который разорил меня и опозорил себя.

Герцог Камберленд густо покраснел от унижения, но он не смел подойти к отцу без позволения, а после этого замечания король более не подавал виду, что замечает его, и стоически продолжал игру. Герцог также не мог покинуть собрание до тех пор, пока король не встанет и не распустит общество своим уходом.

Пробило одиннадцать часов. Едва король покинул игорную залу, герцог немедленно отправился в покои королевской любовницы, графини Ярмут.

Графиня была женщиной безобидной; вся её жизнь была посвящена тому, чтобы угождать королю и сохранять свое положение. Она почти ничего от него не требовала, и именно поэтому оставалась при нем. Она была немного корыстолюбива, но, если не считать попыток заработать на продаже титулов, пороков за ней почти не водилось. Поэтому она приняла герцога ласково, искренне желая помочь ему, ибо знала, что обвинения против него несправедливы.

— Сударыня, — произнес герцог, — я пришел просить вас о милости.

— Мой дорогой герцог, — ответила она, — вы же знаете, я сделаю всё, что в моих силах, дабы помочь вам.

— Отец прислушается к вам. Я хочу, чтобы вы как можно деликатнее сообщили ему новость: я слагаю с себя полномочия генерал-капитана и командира своего полка.

— О нет, это невозможно. Вы не должны так поступать.

— В нынешних обстоятельствах, сударыня, иного пути у меня нет.

— Умоляю вас, не принимайте столь поспешного решения. Дайте себе время подумать.

— Прошу прощения, сударыня, — ответил он, — но я пришел сюда не за советом, хотя и благодарен вам за участие. Я лишь желаю, чтобы вы передали это известие королю — как можно деликатнее, дабы не слишком его расстроить.

— Я хочу помочь… и раз уж вы просите об этом… я исполню вашу волю. Но всё же, мне кажется, вы излишне горячитесь.

— На меня возвели ложное обвинение, сударыня. У меня нет иного выбора, кроме как уйти в отставку.

— В таком случае мне остается лишь подчиниться вашему желанию.

***

Король прибыл в покои своей любовницы в назначенный час.

Он сразу заметил, что она чем-то расстроена, и это ему не понравилось. Он шел к ней за утешением, а не за новыми заботами. Георг нахмурился, но она поспешила сказать:

— Я должна немедленно сообщить Вашему Величеству, что у меня только что был герцог Камберленд.

— Этот щенок!

— Сир, он твердо намерен подать в отставку. Он просил меня передать это вам.

Лицо короля побагровело.

— Красивый получится скандал. Его нужно остановить.

— Он выглядел непреклонным, — произнесла графиня, и лицо её исказилось от тревоги. — Но у Вашего Величества был тяжелый день. Не стоит ли отложить это дело, пока вы не… отдохнете?

Король взглянул на часы. Он не собирался портить свидание с любовницей.

— Щенка придется приструнить, — буркнул он.

— Уверена, Ваше Величество вскоре добьетесь от него того, чего пожелаете.

В этом и заключалось её главное очарование: она всегда давала ему почувствовать себя великим и мудрым мужем. По правде говоря, с ней он чувствовал себя уютнее, чем с Каролиной, хотя ни за что бы в этом не признался.

— Я разберусь с ним, — сказал он и, как она и надеялась, отложил неприятный разговор.

Какое успокоительное, нежное создание! Ему истинно повезло, что он нашел её.

***

Король не хотел лишних хлопот. Он велел принести ему «секретные бумаги» и сделал вид, что углублен в их изучение. Затем он объявил, что теперь думает о герцоге Камберленде лучше, чем прежде, и полагает, что нет нужды продолжать этот фарс с отставкой.

Но герцог был тверд. Он по-прежнему выказывал отцу почтение, подобающее монарху, ибо по натуре был роялистом; зная, как пагубно сказываются семейные раздоры на престиже династии, он не желал усугублять положение.

Тем не менее он твердо решил, что больше не может командовать армией, где обязан подчиняться приказам Совета и отца, а затем принимать на себя вину за их неудачи.

Обида была слишком глубока; он видел лишь один достойный выход — отставку, и ничто не могло его удержать.

***

Герцог Камберленд ушел со службы. Герой и злодей Каллодена больше не возглавлял армию.

Военное дело было его единственной страстью, и теперь он был от него отлучен. Поступок отца сделал невозможным сохранение должности. Но это не стало очередной семейной склокой. Герцог, лишенный призвания и карьеры по воле родителя, продолжал публично выказывать ему величайшее почтение.

В поисках душевного тепла он обратился к племяннику. Он надеялся, что принц Уэльский позволит ему проявить ту привязанность, к которой так стремилось его сердце.

Принцесса и лорд Бьют решили, что за герцогом Камберлендом нужен глаз да глаз.

ВИЗИТ ДЖОШУА РЕЙНОЛЬДСА

Принц Уэльский чрезвычайно гордился тем, что у него родилась дочь, и не мог удержаться от разговоров о ней с теми, кто был посвящен в тайну.

— Как бы я