Читать книгу - "Хороший день, чтобы умереть - Олег Викторович Таран"

– Не волнуйся, – довольно разглядывая волнительные изгибы тела танцовщицы, произнес Массинисса. – Я сам обыщу эту девушку. И обижать ее не собираюсь.

– А как же Софониба? Ты ведь теперь снова ее жених. Не боишься, что до нее дойдут слухи о твоем… обучении?

Массинисса на минуту задумался, но испанка, словно почувствовав его сомнения, приблизилась к нему вплотную и сделала вид, что хочет поцеловать. Царевич потянулся губами, но танцовщица с лукавой улыбкой увернулась и, довольная проделкой, принялась выделывать все более откровенные движения. Глаза у Массиниссы загорелись страстью, и телохранитель понял, что другу сейчас уже не до невесты.

Оксинта полночи не спал, сидя под дверью гостевой комнаты, где царевич уединился с испанкой. Стоило телохранителю начать проваливаться в дрему, как из-за двери слышался страстный резкий вопль девушки, как будто ее убивают. Тогда он чуть приоткрывал дверь, видел сплетенные в страсти тела царевича и танцовщицы и тихонько закрывал до очередного вскрика.

Под утро, когда затихли и звуки страсти, и разговоры, Оксинта стал засыпать. Тут дверь распахнулась, и испанка, закутанная в покрывало, выскочила из комнаты и бросилась к выходу из дворца. Телохранитель на миг растерялся – бежать ли за нею или проверить царевича? Видя, что девушка уже далеко, он решил заглянуть в комнату.

Массинисса недвижимо лежал на ложе. Все его тело, простыня и подушки были в крови…

* * *

Лузитанский вождь укоризненно смотрел на Сифакса:

– Подумай еще раз, царь!

Они стояли на побережье, где выстроились войска массесилов. В море стояли корабли мавретанского царя Эльсида – тестя Сифакса. Он прислал их по просьбе зятя, чтобы вывезти массесильское войско на родину, в Западную Нумидию. Сильное Мавретанское царство не вступало в противостояние Карфагена и Рима, и эти враждующие республики старались не задевать нейтральное африканское государство, надеясь в будущем привлечь его на свою сторону. Зная это, хитрый Сифакс и попросил тестя прислать флот, опасаясь, что на массесильские корабли могли напасть пунийцы, а на мавретанских судах его воины будут в безопасности.

Теперь следовало отделаться от лузитанского вождя, который ждал от массесилов гораздо более активных действий и готов был их поддержать.

– Я оставлю тебе в благодарность половину добычи моего войска, – пообещал Сифакс. – Этого должно хватить для возмещения твоих расходов на наше содержание.

– Речь не о деньгах, царь! Если ты решишься, то мы объединим наших воинов в единую армию, пригласим помочь мавретанский флот и вместе захватим Гадес! Там столько добычи, что хватит и твоим, и моим людям, и морякам Мавретании! Почему ты бежишь?

Сифакса передернуло от слова «бежишь», но ругаться с союзником напоследок он не стал.

– Пойми, вождь, если бы мы воевали только с пунийцами и иберийцами, я бы не сомневался. Однако сейчас с ними нумидийцы, пусть они и массилы.

– Но я знаю, что у них меньше людей, чем у тебя. Почему ты их боишься?

Царь массилов с раздражением произнес:

– Да потому что у них более обученные воины! У массилов есть металлические доспехи и шлемы, а у меня большинство всадников только с маленькими кожаными щитами! А еще массилами командует человек, который разбил наше войско в Африке и одержал победу над нами уже здесь, в Испании. Это царевич Массинисса. Мои люди боятся вступать в бой с войском, которое он возглавляет. К тому же командующий мавретанским флотом имеет только один приказ от своего царя – вывезти нас отсюда в Африку. Он не будет рисковать и участвовать в нападении на Гадес ни за какие деньги.

Лузитанский вождь неодобрительно хмыкнул:

– Зачем тогда ты затеял все это – поход в Испанию, нападение на иберийских союзников пунийцев, попытку осады Гадеса, – если теперь удираешь? К чему ты вообще изменил Карфагену?

– Этот вопрос я теперь задаю себе все чаще и чаще… Слишком рано я выступил на стороне Рима. Сила Карфагена еще не подорвана, и теперь мне приходится расплачиваться за свою торопливость поражением и позорным бегством. Но когда-нибудь я посчитаюсь со всеми своими врагами! – зло проговорил Сифакс.

– Возможно! Только лузитан рядом с тобой уже не будет! – предупредил вождь и отдал своим войскам приказ уходить.

Один из массильских разведчиков, следивших за лагерем массесилов, велел своему помощнику:

– Скачи как можно быстрее в Гадес! Передай царевичу Массиниссе: лузитаны ушли с побережья и больше не прикрывают массесилов. Теперь их можно атаковать, но надо торопиться, потому что здесь флот мавретанцев, и непонятно: то ли он привез Сифаксу подкрепление, но почему-то не высаживает его, то ли эти корабли пришли забрать армию массесилов и увезти отсюда.

Воин кивнул, вскочил на коня и помчался в Гадес.

* * *

– Царевич! – с криком бросился к Массиниссе Оксинта, ругая себя последними словами за невнимательность. Он схватил царевича за плечи, встряхнул.

Массинисса открыл глаза.

– Не тряси ты меня так, все тело болит! Исцарапала всего, как дикая кошка.

Друг быстро оглядел измазанное кровью тело царевича и увидел, что ран на нем никаких нет, только множество царапин – коротких и длинных, глубоких и не очень.

– Она что, так убить тебя пыталась? – недоуменно спросил Оксинта.

– Нет, это у нее от страсти, – с довольной улыбкой произнес Массинисса. – Ух какая горячая и ненасытная! Еле успокоилась, а потом с утра пораньше убежала, чтобы никто ее не видел выходящей от меня. Порядки у них такие, странные.

– Действительно, странные, – произнес телохранитель. – У нас женщины стараются ласкать мужчин, чтобы им было хорошо, а здесь калечат. Разве это правильно? Я побежал за лекарем, а ты лежи, не вставай!

– Да я и не собирался, – вдруг поморщился Массинисса. – Слушай, Оксинта, и правда все тело болит. Пока я с нею был, как-то не замечалось.

– Понятное дело, – хмыкнул Оксинта. – Жди!

В дверях он столкнулся с Залельсаном, который, вбежав в комнату Массиниссы, крикнул:

– Царевич! Лузитане оставили Сифакса, но он может погрузить войско на корабли и уплыть в неизвестном направлении!

– Атакуем! – вскочил с ложа Массинисса, но, сморщившись от боли, уселся обратно.

– Что это с тобой? Почему ты весь в крови? – встревожился Залельсан.

– Учил испанский язык, – буркнул царевич. – Веди войско сам, не хочу позориться перед парнями, кряхтя от боли.

Залельсан вышел из комнаты, и почти сразу прибежали Оксинта и один из лекарей войска.

– Ого! Кто это тебя так, царевич? – изумился лекарь и полез в свою сумку за мазями.

– Одна знакомая, – раздраженно ответил Массинисса. – Лечи давай! Да поскорее!

– Тебе нужно хотя бы день отлежаться, царапины должны затянуться.

– Ладно.

Когда лекарь ушел, Массинисса немного смущенно проговорил:

– Оксинта!