Читать книгу - "Закон великих снегов - Джеймс Оливер Кервуд"

Как я уже писал выше, она просила меня рассказать Вам обо всем, поэтому, когда, несколько позднее, я сообщил ей, что не смог Вас найти, Изабель очень расстроилась. Всю ночь она проплакала, и я ничем не мог ее утешить. Я пишу Вам об этом только потому, что дочь для меня — один из двух самых дорогих мне людей. Изабель — мое главное сокровище, она самая нежная и чистая девушка из всех, какие только осеняли мир своим присутствием. Не могу описать Вам, как глубоко и сильно подействовали на нее Ваша посылка и Ваше письмо. Простите нас, Филип. Простите меня. Надеюсь, настанет день, когда мы снова встретимся и это недоразумение окончательно разрешится.

Искренне Ваш,

полковник Сильвестр Беккер

Словно во сне, Филип снова взял в руки разорванный конверт. Какой-то небольшой предмет выпал оттуда на стол, и молодой человек поспешно схватил его. Это был крошечный букет синих фиалок, высушенных, по всей видимости, между страницами книги. Когда Филип поднес его к глазам, он ощутил аромат, совсем слабый, но все же достаточно отчетливый, и увидел, что сухие стебли связаны тонким золотым волоском.

ГЛАВА IX

Филип идет по следу

Письмо, цветы, отливающий золотом волос, которым были перевиты сухие стебли... На несколько мгновений Филипу даже показалось, будто он воспарил над землей и оказался в каком-то другом мире, который осознавал лишь отчасти, ибо его разум был потрясен полученным известием, которое обрушилось на него с внезапностью и мощью снежной лавины, в одно мгновение переменив не только его мысли, но и самое течение жизни. Не сразу молодой человек понял все значение письма, фиалок, золотого волоса. Только одна мысль, огромная, всеохватная истина, затмевавшая все остальное, владела им, а заключалась она в том, что женщина, которую он любил, не была женой полковника. Она была свободна. А значит, у него, Филипа Стила, появилась надежда. Надежда!..

Потом он задумался, что́ могут означать эти цветы. Письмо было написано полковником, но сухие фиалки вложила в конверт Изабель, перевязав цветы собственным волосом. Это было ее послание ему, послание без слов, полное, однако, куда большего смысла, большего значения, чем могли выразить любые слова. В одно мгновение нахлынули все памятные картины, которые он с таким упорством гнал от себя, и Филип снова увидел Изабель в свете костра на привале, узрел ее совершенную красоту, которая воплощала для него истинный идеал женщины и возлюбленной.

Рывком поднявшись на ноги, Филип запер дверь комнаты, боясь, что кто-то может войти и помещать его грезам. Он хотел остаться один, чтобы полностью осознать, осмыслить все, что случилось, и попытаться совладать с обуревавшими его чувствами. Если бы Изабель Беккер написала ему несколько слов, пытаясь оправдаться и по-своему объяснить изложенное полковником, Филип, вероятно, по-прежнему считал бы, что их разделяет пропасть. Но вместо этого она прислала ему поблекшие синие фиалки, перевязанные собственным волоском, и это было совсем другое дело!

Довольно долго Филип расхаживал из стороны в сторону по тесной комнатке. Пожалуй, еще никогда она не казалась ему настолько похожей на тюремную камеру. Сейчас им владело только одно пламенное желание — как можно скорее вернуться на озеро Бейн, припасть к ногам любимой и умолять о прощении за то, что посмел усомниться в ее чистоте. Он хотел бы поведать ей, как заставил Бака Нома дезертировать, как боролся за нее и как потом сам обратился в бегство, потому что любил... Это и многое другое мог бы обдумать Филип в уединении своей казарменной комнатушки, но раздавшийся в коридоре, дерущий слух, как напильник, голос сержанта Моди вернул его к действительности. Торопливо сунув письмо и цветы во внутренний карман мундира, Филип отпер дверь.

Моди решительно вошел в комнату.

— Какого черта ты вздумал запираться? — проворчал он, внимательно разглядывая лихорадочно пылающее лицо Филипа. — Боишься, что тебя украдут?

— Головная боль замучила, — соврал Филип и в подтверждение своих слов потер лоб и виски. — Порой мне кажется, что мозги перекатываются у меня в голове чугунным ядром.

Сержант покровительственно похлопал его по плечу.

— Так пойди проветрись на свежем воздухе, Стил, — сказал он почти сочувственно. — Все как рукой снимет. Я только хотел сказать тебе, что мы, похоже, снова напали на след де Бара. Он сейчас где-то в районе озера Ла-Биш, но... об этом поговорим позже. А сейчас тебе лучше пойти прогуляться.

— Спасибо, сержант, — ответил Филип. — Я так и сделаю.

Он действительно вышел на улицу и, обогнув казармы, зашагал по наезженной санной тропе. Он шел все быстрее и быстрее, размышляя на ходу. Надо как можно скорее вернуться на озеро Бейн — это решение Филип принял мгновенно и без колебаний. Ничто не могло удержать его от этого шага теперь, когда он получил письмо с его драгоценным вложением. И даже если бы послание пришло к нему с другого края земли, это ничего бы не изменило — его решимость нимало не ослабла бы. Да, он вернется на озеро Бейн, но как это сделать? Филип поневоле задумался. До истечения срока его служебного контракта оставалось тринадцать месяцев. В списках очередников на отпуск он не состоял. Досрочный уход в отставку, да еще по собственному желанию, обычно сопровождался длительной бюрократической процедурой, которая могла занять около трех месяцев, а для него это была почти вечность. Столько препятствий и отсрочек... Что же ему делать? В какой-то момент Филипу пришло в голову, что ему стоило бы поговорить с Макгрегором: инспектор мог найти подходящий предлог и отправить его на север без промедления. Это было в его власти, и Филип не сомневался, что Макгрегор пойдет ему навстречу, однако почему-то не хотел прибегать к этому последнему средству.

И тут Филип вспомнил слова сержанта Моди. «Похоже, мы снова напали на след де Бара, он сейчас где-то в районе озера Ла-Биш», — сказал тот, и молодой человек едва не споткнулся: такой неожиданной была сверкнувшая в его мозгу идея. Повернувшись, он быстрым шагом двинулся обратно к казармам. Филипу уже приходилось слышать о де Баре, который слыл самым изворотливым и хитрым преступником на всех северных территориях. Этого молодчика до сих пор не удалось изловить ни одному полицейскому — даже целому отряду полицейских. И вот теперь следы его найдены вблизи озера Ла-Биш, сравнительно недалеко от Черчилла и озера Бейн. Если Макгрегор согласится послать Филипа на поиски де Бара, проблема разрешится самым простым и естественным образом. Подобное задание означало длительное, не ограниченное по времени путешествие на север — путешествие, которое позволит ему снова увидеть