Читать книгу - "Демократия в Америке - Алексис де Токвиль"

и сердца. Его воображение, сосредоточенное на мелких частностях жизни, угасает, идеи не столь многочисленны и общи, но они становятся более практичными, ясными и определенными. Поскольку все усилия ума он обращает на одно изучение способов достичь благосостояния, то скоро доходит в нем до совершенства. Он удивительно умеет пользоваться природой и людьми для произведения богатства, превосходно понимает искусство заставить общество содействовать благосостоянию каждого из своих членов и умеет через посредство личного эгоизма добыть общее счастье.

Северянин обладает не только опытом, но и знанием, однако он не высоко ставит науку в смысле наслаждения ею, но ценит ее как средство и с жадностью схватывает лишь полезные ее применения.

Южный американец непосредствен, остроумен, откровенен, великодушен и отличается более духовными и блестящими качествами.

Северный американец деятельнее, рассудительнее, просвещеннее и искуснее.

Один имеет вкусы, предрассудки, слабости и величие всех аристократий.

У другого есть хорошие качества и недостатки, характеризующие средний класс.

Соедините двух людей в общество, дайте обоим одинаковые интересы и отчасти одинаковые мнения; если их характер, образование и цивилизация различны, то существует большая вероятность, что они окажутся не согласны. То же замечание применимо и к обществу, состоящему из наций.

Значит, невольничество наносит вред американскому Союзу не прямо, влияя на его интересы, но косвенно, влияя на нравы.

Штаты, присоединившиеся к союзному договору в 1790 году, были в числе тринадцати. Теперь их в Союзе насчитывается двадцать четыре. Население, доходившее в 1790 году почти до четырех миллионов, за сорок лет возросло вчетверо, в 1830 году оно равнялось почти тринадцати миллионам[268].

Подобные перемены не могут совершаться безопасно.

Для общества, состоящего из наций, как и для состоящего из отдельных лиц, существуют три главные вероятности продолжительного существования: благоразумие его членов, слабость каждого из них в отдельности и их небольшое число.

Американцы, удаляющиеся от берегов Атлантического океана и проникающие на запад,– искатели приключений, нетерпеливо выносящие всякого рода гнет, жадные к богатству, часто отвергнутые теми штатами, где они родились. Они являются в пустыню, не зная друг друга. Там они не встречают ничего, что могло бы их сдерживать, ни традиций, ни семейного духа, ни примеров. Значение закона в их среде слабо, а значение нравов еще слабее. Следовательно, люди, ежедневно прибывающие в долины Миссисипи, во всех отношениях ниже американцев, живущих в старинных пределах Союза. Однако они оказывают уже большое влияние на его направление и достигают заведывания общими делами раньше, чем научатся управлять самими собой[269].

Чем слабее каждый из членов общества в отдельности, тем вероятнее продолжительное существование общества, потому что в таком случае отдельные члены безопасны только тогда, когда остаются соединенными. В 1790 году самая населенная из американских республик не имела 500000 жителей[270]; поэтому каждая из них сознавала свою незначительность в качестве независимого народа и это делало для нее легче повиновение союзной власти. Но когда один из соединенных штатов, как штат Нью-Йорк, насчитывает у себя 2000000 жителей и занимает территорию, поверхность которой равняется четверти Франции[271], то он чувствует, что силен сам по себе, и если он все-таки находит пребывание в Союзе полезным для собственного благосостояния, то уже не смотрит на него как на необходимое условие своего существования. Он может обойтись и без Союза, а соглашаясь оставаться в нем, скоро начинает стремиться к преобладанию.

Уже одно увеличение числа членов Союза значительно усилило бы тенденцию к разрыву союзных связей. Не все люди, имеющие одну точку зрения, смотрят на одни и те же предметы одинаково. Тем более это бывает, когда точки зрения различны. Поэтому, когда число американских республик увеличивается, уменьшается вероятность получить ото всех их согласие на одни и те же законы.

В настоящее время интересы различных частей Союза не находятся в противоречии друг с другом, но кто сумеет предвидеть изменения, которые в ближайшем будущем могут возникнуть в стране, где каждый день создаются новые города и каждое пятилетие – новые нации?

С тех пор как основаны английские колонии, число жителей в них удваивается приблизительно каждые двадцать два года; я не вижу причин, которые бы в течение столетия от настоящего времени могли бы остановить это прогрессивное движение англо-американского населения. Я думаю, что не пройдет ста лет, как территория, занятая Соединенными Штатами или на которую они предъявляют права, будет иметь более ста миллионов жителей и станет разделена на сорок штатов[272].

Допускаю, что эти сто миллионов человек не имеют различных интересов, напротив, я признаю, что все они видят одинаковую выгоду в том, чтобы оставаться соединенными, и все же я полагаю, что именно потому, что их сто миллионов, составляющих сорок отдельных и неравносильных наций, сохранение союзной формы правления будет только счастливой случайностью.

Я ценю человеческую способность к совершенствованию, но пока люди не изменили своей природы и не преобразились, отказываюсь доверять прочности правительства, задача которого состоит в том, чтобы держать вместе сорок различных народов, расселенных на поверхности равной половине Европы[273], предупреждать их соперничество, самолюбие и борьбу и соединять независимые воли для осуществления одних и тех же намерений.

Но наибольшая опасность, какой подвергается Союз вследствие своего укрупнения, происходит от постоянного перемещения сил, совершающегося внутри его.

От берегов Верхнего озера до Мексиканского залива считается по прямому направлению около четырехсот французских льё (около 1600 верст). Вдоль этой огромной линии извивается граница Соединенных Штатов, иногда она входит внутрь этих пределов, но чаще всего проникает далеко за них в пустыню. Вычислено, что вдоль всего этого обширного фронта белые продвигаются ежегодно в среднем выводе на семь льё (28 верст)[274]. Порой встречается препятствие: бесплодный округ, озеро, индейское племя, неожиданно попадающееся на пути; колонна останавливается тогда, концы ее загибаются внутрь, а когда они сошлись, то движение вперед возобновляется. Есть нечто провиденциальное в этом постепенном и безостановочном движении европейской расы по направлению к Скалистым горам: это какой-то человеческий поток, постоянно возрастающий и ежедневно воздвигаемый рукой Бога.

Внутри этой первой линии завоевателей строятся города и основываются обширные государства. В 1790 году в долинах Миссисипи находилось лишь несколько тысяч пионеров; в настоящее время эти долины заключают в себе столько людей, сколько их было во всем Союзе в 1790 году. Население в них достигает приблизительно четырех миллионов жителей[275]. Город Вашингтон был основан в 1800 году в самом центре американского Союза, теперь он находится на одном из его концов[276]. Депутаты из последних западных штатов, желая занять свои места в конгрессе, вынуждены уже совершать