Читать книгу - "История Австралии - Ким Владимирович Малаховский"

к Папуа ошибочно. Комиссия также отметила: «Повсеместно наблюдается сильное негодование по поводу действий австралийского правительства... направленных на то, чтобы положить деньги в карманы сиднейских судовладельцев и торговцев». В 1925 г. действие Навигационного акта в отношении Папуа было прекращено.

Но вскоре на колонию надвинулось новое бедствие: мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 г., сильно ударил и по ее экономике. Если в 1927/28 г. колония экспортировала каучука на 102 158 ф. ст., то в 1928/29 г. — только на 46 816 ф. ст. Подобное положение сохранялось до середины 30-х годов. Лишь в 1936 г. стоимость экспорта каучука достигла 124 174 ф. ст. В 1930 г. копры было вывезено на 176 485 ф. ст., в 1931 г. — на 93 710 ф. ст. Положение с экспортом копры не улучшилось и во второй половине 30-х годов.

Большие надежды, которые колониальная администрация связывала с развитием добывающей промышленности, в общем-то не оправдались. Не удалось организовать не только промышленной добычи, но даже серьезного геологического изучения запасов нефти, открытых еще в 1911 г. Некоторое развитие получила добыча меди. В 1924 г. недалеко от Порт-Морсби началась довольно интенсивная разработка медных месторождений. Через два года на добыче меди было занято около 1 тыс. коренных жителей и 100 европейцев. Экспорт меди в то время составлял треть общего вывоза колонии. В 30-х годах ведущее место в экспорте Папуа вновь заняло золото.

Развитие плантационного хозяйства и добывающей промышленности в колонии значительно обострило проблему рабочей силы, потребовало пересмотра существовавшего трудового законодательства. Еще в 1907 г. был принят Закон № 1, вводивший новые положения о труде в Папуа. В этом законе, действовавшем до 1942 г., сохранялись многие черты старого законодательства, в частности лицензионная форма найма рабочих, которые привлекались к работе лишь с разрешения колониальных властей, выдававших в этих случаях специальные лицензии работодателям. Последним позволялось самостоятельно нанимать только слуг. Работодатели могли нанять рабочих и до получения лицензии, но власти имели право аннулировать заключенные контракты.

Контракты должны были составляться только в письменной форме; в них содержалось обязательство работодателя после истечения срока контракта бесплатно доставлять нанятых им рабочих домой. Коренные жители колонии могли привлекаться на работы на срок до трех месяцев. Исключения из этого положения оговаривались в контракте.

Закон 1907 г., направленный на защиту интересов европейских колонистов, давал работодателям возможность заключать долгосрочные контракты, а также усиливал санкции, применявшиеся в отношении рабочих из коренного населения колонии. За невыход на работу нанятого рабочего подвергали тюремному заключению на срок до 14 дней или штрафу в размере двухнедельного заработка, за бегство заключали в тюрьму на срок до трех месяцев или направляли на принудительные работы на такой же срок. В 1910 г. по найму работало 5585 коренных жителей колонии — вдвое больше, чем в 1905 г., в 1919 г. — 8610 человек. В дальнейшем эта цифра снизилась вследствие экономической депрессии.

Несмотря на то что было принято трудовое законодательство, а также учреждены департамент по делам туземного населения и организация по наблюдению за выполнением этого законодательства, на плантациях царил произвол. Единственное положение из трудового законодательства, к которому охотно прибегали плантаторы, — это санкции в отношении рабочих. Труд рабочих на плантациях напоминал рабский. Интересно в этой связи привести рассуждения губернатора Папуа Д. Муррея. «Конечно, рабство есть явление, относящееся к прошлому, — заявил он, выступая в 1921 г. на заседании Австралийской ассоциации содействия развитию науки. — Но оно во многом остается в системе трудовых контрактов. И я не думаю, что будет преувеличением сказать, что в запрете этой системы больше лицемерия, чем в ее поддержке. К несчастью, система трудовых контрактов является необходимостью в ряде мест, в том числе на Новой Гвинее, но этот институт не следует считать постоянным».

В 1926 г. была принята поправка к трудовому законодательству, предоставлявшая возможность нанимать рабочих из коренного населения без контрактов и на неопределенный срок. Но плантаторы предпочитали пользоваться системой контрактов для найма рабочей силы.

Тяжелые условия труда пугали коренных жителей колонии, и они неохотно шли на заключение контрактов. Поэтому плантаторы испытывали постоянный недостаток в рабочей силе. Чтобы вынудить коренных жителей Папуа пойти на плантации, колониальная власть приняла в 1918 г. Закон о подушном налоге, согласно которому все мужчины из местного населения в возрасте от 16 до 36 лет должны были ежегодно уплачивать налог в размере 1 ф. ст. Колониальная администрация полагала, что, поскольку денег у коренных жителей нет, они будут наниматься к европейским плантаторам. Действительно, введение закона привело к некоторому увеличению рабочих на плантациях: если в 1917 г. их насчитывалось 7059 человек, то в 1918 г. — 8610. Но и этого было недостаточно. В начале второй мировой войны, в 1940 г., общая численность рабочих в плантационных хозяйствах фактически не превышала 10 тыс. человек (общее население колонии в то время составляло 200 тыс. человек).

Не полагаясь на введение подушного налога, колониальная администрация приняла в 1918 г. закон о туземных плантациях, который обязывал жителей деревень отводить часть земельной площади (из расчета один акр на одного жителя) для создания плантационных хозяйств, производящих сельскохозяйственные культуры на экспорт. Колониальные власти предписывали, какие именно культуры должны выращиваться в той или иной деревне, в том или ином районе. Устанавливались санкции за отказ выполнять такие предписания. Часть урожая, размер которой определялся властями, являлась собственностью соответствующей деревни, остальное принадлежало колониальной администрации. Последняя реализовала весь урожай. Деньги, полученные от продажи доли урожая, принадлежавшей жителям деревни, после вычета подушного налога шли в деревенскую казну. Таким образом администрация рассчитывала расширить плантационное хозяйство для увеличения экспортных возможностей колонии и одновременно получить реальную основу для взимания подушного налога.

В течение всего периода между мировыми войнами колониальные власти настойчиво стремились провести в жизнь закон о туземных плантациях. Но результаты были плачевны. О производстве копры и каучука говорилось выше. Что касается кофе, то его в 1939 г. было продано всего 70 т, что дало коренным жителям выручку 1,9 тыс. ф. ст. Незначительным было и производство риса, несмотря на то что власти пытались создавать рисовые плантации в различных частях колонии.

Плантации продолжали существовать только вследствие того, что колониальные власти принуждали коренных жителей работать в этих хозяйствах. Это признавали и представители администрации. «Плантации выжили, — говорил один из чиновников. — только, как мне кажется, из-за страха туземцев перед тюремным заключением, которое грозило им в случае неповиновения».

Таким образом, почти за 4 десятилетия австралийского управления экономическая жизнь Папуа не