Читать книгу - "История Австралии - Ким Владимирович Малаховский"

что Мюнхенское соглашение... откроет новую эру в международных отношениях, когда противоречия, неизбежно возникающие время от времени между нациями, будут разрешаться путем мирных переговоров на основе разума и справедливости».

Вступив на пост премьер-министра, Р. Мензис в первом обращении к австралийскому народу 26 апреля 1939 г. поспешил подчеркнуть, что в своей внешней политике возглавляемое им правительство будет по-прежнему целиком ориентироваться на Великобританию. При этом он отметил «особую роль» Австралии на Тихом океане (что несколько лет спустя, после второй мировой войны, стало одним из главных принципов австралийской внешней политики). «Это правда, что мы немногочисленны, — говорил Мензис, — но у нас есть энергия, знания и ресурсы, и я не вижу причины, по которой мы не могли бы играть не только самостоятельную, но и эффективную роль в делах на Тихом океане». Мензис вновь повторил уже известные положения о том, что Австралия не будет нейтральной в войне, в которой примет участие Великобритания: «Ее мир — наш мир; если она воюет, то воюем и мы...»

Однако несмотря на то, что австралийское правительство занимало верноподданническую позицию в отношении Англии, оно предпринимало некоторые шаги, имевшие целью приобрести в лице Соединенных Штатов дополнительного гаранта безопасности Австралии. Но, делая их, австралийское правительство все время оглядывалось на своего британского патрона и потому часто сбивалось с пути и возвращалось на исходную позицию.

В начале 30-х годов австралийско-американские отношения приобрели даже довольно натянутый характер. Оснований к тому было несколько. В июле 1931 г. американская пароходная «Мэтсон навигейшн компани», обслуживавшая линию Сан-Франциско — Сидней, продолжила ее до Окленда. Британской компании «Юнион ронял мейл», которая и раньше сильно страдала от конкуренции американцев, был нанесен дополнительный удар. Британскую компанию поддержали профсоюзы моряков и докеров Австралии и Новой Зеландии, потребовавшие, чтобы правительства этих стран запретили американской компании осуществлять морские перевозки между двумя доминионами. Австралийское общественное мнение было отражено в статье, опубликованной в мельбурнской газете «Эйдж». В ней, в частности, говорилось: «Тщательно организованное американское вмешательство в морские перевозки между доминионами вызывает необходимость немедленных совместных оборонительных действий Австралии и Новой Зеландии... Поскольку американцев бесполезно уговаривать, главной обязанностью страны является защита своего собственного благополучия. Благосостояние Австралии и Новой Зеландии, конечно, не будет поднято смиренной передачей американцам монополии на осуществление пароходного движения в Тихом океане».

Под нажимом Великобритании австралийское правительство несколько лет откладывало принятие решения по этому делу. Не возымел действия даже вызов торгового консула британского посольства в Вашингтоне Г. Чокли в государственный департамент, где ему было заявлено, что действия Англии и ее доминионов против «Мэтсон навигейшн компани» могут заставить американское правительство внести на рассмотрение конгресса ограничительный закон в отношении британских пароходных компаний.

Более того, в июне 1937 г. в государственный департамент США был передан меморандум австралийского правительства, подтвердивший его отрицательную позицию в отношении деятельности «Мэтсон навигейшн компани». Но теперь реакция американского правительства была вялой, ибо, как сообщил Хеллу председатель морской комиссии конгресса Д. Кеннеди, по новому закону о торговом мореходстве 1936 г. субсидирование «Мэтсон навигейшн компани» прекратилось 30 июня 1937 г. и не будет возобновлено. Спор, длившийся 7 лет, сам по себе угас.

Другим фактором, омрачавшим австралийско-американские отношения, был постоянный дефицит в торговле Австралии с США. Так, за 1921/22 — 1929/30 гг. Австралия экспортировала в США товаров на сумму 85 756 тыс. ф. ст., а импортировала — на 296 215тыс. ф. ст.

Торговые связи Австралии с США затрудняло отсутствие торгового договора. Дело в том, что торговые отношения Британской империи с США основывались на торговом соглашении 1815 г., где говорилось о том, что его действие распространяется лишь на территорию Британских островов. Из-за отсутствия австралийско-американского торгового договора австралийские дельцы не имели права находиться на территории Соединенных Штатов и вести там коммерческие операции. Когда в 1924 г. США ввели у себя законодательство, ограничившее иммиграцию, австралийские бизнесмены могли въезжать в страну только в пределах квоты, установленной для всех австралийских иммигрантов (121 человек в год), или как временные посетители. Использование последней возможности, понятно, крайне затрудняло деятельность австралийских деловых людей в США.

Время от времени между Австралией и США начинались переговоры о заключении торгового договора, но всякий раз заканчивались неудачей. Это объяснялось тем, что американцы требовали от австралийского правительства отмены высоких тарифных барьеров для американских товаров в обмен на улучшение условий деятельности австралийских бизнесменов в США. Так, например, помощник государственного секретаря США Дж. Коттон в меморандуме от 12 января 1930 г. указывал на то, что статус австралийских бизнесменов в Соединенных Штатах «не так неудовлетворителен, как нынешний статус американских бизнесменов в Австралии, чьи торговые операции являются предметом едва ли не самой жесткой тарифной дискриминации».

Третьим обстоятельством, ухудшавшим австралийско-американские отношения, было принятие в США в 1932 г. закона о предоставлении Филиппинам независимости в течение десяти лет, вызвавшее в Австралии сильное раздражение. Австралийское правительство усмотрело в этом желание Соединенных Штатов вообще уйти из западной части Тихого океана и тем значительно усложнить военно-стратегическое положение Австралии в этом районе. В одном из сообщений государственному секретарю Хеллу, относящемуся к февралю 1936 г., американский генеральный консул в Сиднее Д. Моффет писал о «растущем возмущении нашей политикой ухода с Филиппин».

Решение США было тем более неприятно австралийцам, что за два года до этого, в 1930 г., на Лондонской конференции, посвященной программам военно-морского строительства, Соединенные Штаты отказались дать согласие на значительное увеличение численности легких крейсеров британского флота. Австралийское правительство считало, что эти действия США наносят серьезный ущерб интересам обороны пятого континента.

Во второй половине 30-х годов австралийско-американские торгово-экономические отношения продолжали ухудшаться. Правда, в феврале 1938 г. была сделана попытка их улучшить — начались прямые австралийско-американские переговоры о заключении торгового договора между двумя странами. Но после весьма длительного и часто открыто неприязненного обмена мнениями они были практически прерваны в июне 1939 г. В сентябре началась вторая мировая война, а государственный департамент США. все еще ожидал ответа из Канберры на свое июньское послание австралийскому правительству по поводу дальнейшего хода переговоров.

В годы, предшествовавшие второй мировой войне, еще более вяло развивались австралийско-американские политические отношения. Несмотря на весьма недвусмысленные намеки американского правительства еще в 1938 г. о готовности установить прямые дипломатические отношения с Австралией, австралийское правительство направило в Вашингтон своего посланника лишь спустя полгода после начала второй мировой войны. Хотя правительство Австралии испытывало некоторые сомнения относительно мощи Великобритании и ее готовности оказать Австралии эффективную военную помощь, оно все-таки связывало судьбу страны с судьбой Альбиона. Поэтому, когда Великобритания объявила войну