Читать книгу - "Город, которого не было - Сергей Ершов"

— И остановим подрыв. Ни одна сторона не получит права выбрать мёртвых.

Орс протянул ей руку.

— Это не союз.

— Знаю.

— И не прощение.

— Тем более.

Они пожали руки.

Орс подозвал четыре расчёта. При всех велел вынуть детонаторы из перемычек и разложить на камне. Люди подчинились не одновременно: один мужчина держал цилиндр так долго, что Нела сама протянула ладонь.

— Я не отдаю оружие Палате, — сказал он.

— Здесь нет Палаты.

— Тогда кому?

Сава поднял обрывок архивной ленты с числом потерь.

— Тем, кто попал в эту цифру.

Мужчина положил детонатор. Маэна проверила каждый контакт и пометила мелом разрыв. Лада назвала вслух состояние контура; Нела и Илар подтвердили. Это ещё не было новым правилом, только маленькой репетицией: оружие существовало, но ни один владелец не мог запустить его молча.

• • •

Из водовода их вызвала Лира Восс. Сообщение пришло по трубе тремя ударами стражи и одним неправильным — условным знаком Дорна.

СОРН ЗАДЕРЖАНА. ВЕРХНИЕ ВОРОТА. ТОЛПА.

Они поднялись по западной лестнице. У ворот стояли сотни людей с обеих сторон решётки. Одни требовали открыть проход к семьям, другие — выдать префекта. Стражники третьего отделения образовали круг вокруг закрытой караульной.

Лира встретила Илара у цепей.

— Канцелярия получила приказ отстранить Сорн и передать управление автоматическому контуру. Её собственная охрана попыталась вывести префекта через верхний тоннель. Мы перехватили.

— На каком основании вы её удерживаете? — спросил Илар.

— Она призналась в убийстве.

— Задержание оформлено?

Лира показала пустую служебную линзу.

— После передачи Дорна половине отделения отозвали допуск. Мы не можем оформить даже собственное неповиновение.

Толпа у решётки скандировала имя Керна. Кто-то принёс верёвку.

Орс посмотрел на неё, потом на окна караульной.

— Если отдадим Сорн людям, до башни она не дойдёт.

— Мы не отдаём, — сказала Лада.

— Она приказала очистить Нижний.

— Поэтому будет суд.

— Тот, который не знает дату?

Илар открыл дверь караульной.

Сорн сидела за столом, без цепи префекта и без белых перчаток. Руки лежали на виду. На правой ладони краснел ожог, полученный у разошедшегося дома.

— Тесс, — сказала она. — Вы пришли предъявить полномочия?

— Не за этим.

— Тогда у нас обоих неудачный день.

Илар осмотрел замок изнутри. Лира поставила физический засов, не печать.

— Вы задержаны людьми без действующего допуска и без оформленного основания.

Сорн усмехнулась.

— Хотите защитить процедуру от моих жертв?

— Хочу защитить ваших жертв от убийства, которое завтра назовут народным правосудием.

Он поднял засов.

Лира схватила дверь.

— Ты её выпускаешь?

— Освобождаю из незаконного удержания.

За решёткой толпа увидела движение. Крик стал громче.

— Она уйдёт в башню и запустит чистку, — сказала Лира.

— Не уйдёт.

Илар распахнул дверь и встал перед Сорн.

— Эда Сорн, вы свободны покинуть эту караульную.

Сорн поднялась.

— Благодарю.

Она сделала один шаг.

— Эда Сорн, — продолжил Илар, — вы арестованы по свидетельству в убийстве Керна, подделке времени смерти, незаконном извлечении памяти и подготовке удаления жителей Нижнего Рубежа.

Тишина внутри караульной резко отличалась от крика снаружи.

Сорн посмотрела на его пустой карман.

— Вы не следователь.

— Больше нет.

— У вас нет знака, суда и места заключения.

— Есть живой свидетель, признание, физическое доказательство и люди, готовые обеспечить вашу безопасность до открытого разбирательства.

— Это не арест.

— Тогда назовите иначе. Но вы пойдёте с нами, и вам не причинят вреда.

Орс встал у двери. Сорн встретила его взгляд.

— Вы согласны охранять моего убийцу? — спросила Лада.

— Я согласен не делать из неё мученицу Палаты.

— И не убить?

— Не убить.

Сорн посмотрела на каждого: Лиру без белой ленты, Орса, Ладу, Илара. Остановилась на Саве.

— А Неназванные?

— За всех не скажу, — ответил он. — Лично я хочу, чтобы ты дожила до вопросов.

Сорн протянула руки.

— Наручники?

— Нет, — сказал Илар. — Вы дали слово на переговорах и не отозвали признание. Достаточно, если сейчас обещаете не бежать и не отдавать новых приказов.

— Вы всё ещё верите слову после того, как увидели ПР-0?

— Верю только с правом проверить.

Сорн медленно кивнула.

— Обещаю до входа в башню.

— Почему до входа?

— Потому что после него у вас не будет власти решать, кто кого удерживает.

Снаружи загудел маяк.

Все световые линии Рубежа одновременно стали красными. На белых решётках возникли цифры:

03:59:59

Следующая цифра сменилась.

03:59:58

Маэна побелела.

— Это не таймер чистки.

— Что тогда? — спросила Лада.

— Обратный отсчёт до передачи управления автоматическому контуру. Система увидела арест Сорн как отсутствие хранителя.

Сорн закрыла глаза.

— Я предупреждала.

— Четыре часа, — сказал Илар. — Достаточно, чтобы войти.

— Если Нижний вход ещё существует.

На площади цифры продолжали убывать. Толпа перестала кричать и смотрела вверх.

Лада взяла Сорн за незакованное запястье.

— Веди к входу.

— Я не знаю нижнего пути.

Маэна надела слуховой аппарат.

— Зато я знаю.

Глава 44. Нижний вход

Вода встретила их на потолке.

Она лежала над насосной галереей ровным чёрным слоем, удерживая в себе перевёрнутые лампы и обломки лодок. Под ногами камень был сухим. Каждый шаг отзывался плеском сверху.

— Не смотреть долго, — предупредила Маэна. — Вода помнит прежний уровень и пытается вернуть всё, что отражает.

Сава поднял голову.

— Там рыбы.

— Тем более не смотреть.

К нижнему входу шли шестеро: Лада, Маэна, Илар, Сава, Орс и Сорн. Дорн с Лирой остались у ворот удерживать открытый коридор для жителей. Сорн не была связана; Илар шёл рядом, хотя из-за раны в плече едва поспевал.

Орс нёс три разомкнутые перемычки. Ключ Нелы остался у неё в водоводе. У самого Орса был второй, третий — у Маэны.

— Четыре часа, — сказал он, глядя на красные цифры, проступавшие даже на мокром камне. — Долго для взрыва. Мало для реформы.

— Поэтому не трать на афоризмы, — ответила Маэна.

Она вела их по техническим меткам, видимым только слуховому аппарату. Поворот к первому насосу был заложен кирпичом в действующей версии. Маэна ударила по трубе трижды. Кирпич вспомнил, что раньше здесь стояла дверь, и разошёлся.

За ним работало огромное колесо. Лопасти вращались