Читать книгу - "Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова"

какая-то будет тянуться до тех пор, пока не заполнится веретено. Если ты пришла ко мне, потому что беспокоишься о длине своей нити, то зря потратила время, – цокнула языком Макошь.

– Я не о своей нити жизни беспокоюсь, а о родительской…

– Вот как? И что же в ней тебя тревожит?

– Я встретила их на левом берегу Сир-Ю. Прошу, богиня, подскажи, как мне восстановить их нити? Я готова сделать всё, чтоб они только жили! Даже отдать свою нить жизни взамен их! – пылко ответила Злата, делая шаг к женщине.

Макошь пристально вгляделась в лицо девушки. Щёки Златы раскраснелись, глаза лихорадочно блестели. Несколько минут богиня молчала, затем легко отодвинула прядение, ниточка при этом продолжила виться.

– Присядь ко мне, дитя, – похлопала ладонью по лавочке Макошь. – Смелей.

Злата робко приблизилась и аккуратно опустилась на краешек лавки.

– Понимаю, как тяжело тебе сейчас, милая, – богиня провела рукой по голове Златы, от чего девушка дёрнулась. – Узнать, что любимые люди покинули подлунный мир…

– Но ведь вы можете помочь? – с надеждой спросила девушка, подняв на богиню наполненные слезами глаза.

– Когда жизнь встречается со смертью, даже боги бессильны, – Злата всхлипнула.

– Ты ведь умеешь прясть? – немного помолчав, спросила Макошь приобняв Злату за плечи. Девушка кивнула.

– Когда ниточка обрывается, что ты делаешь?

– Вытягиваю новую и прилаживаю её к порванной.

– Когда ты их соединишь, нить у тебя какой будет: новой или старой?

Злата задумалась, перестав всхлипывать.

– Новая, – наконец сказала она.

– А теперь представь, что мы возьмём чью-то нить жизни, – богиня подняла веточку и разломила её пополам, затем сорвала травинку. – И когда она оборвётся, накрутим на неё новую, мы получим нового человека или того же самого?

Злата смотрела на надломанную палочку к которой богиня привязала травинку. Слёзы высохли. Девушка размышляла над словами богини. Наконец она закрыла лицо руками.

– Это я виновата… – прошептала Злата. – Забыла о наказе батюшки, и не поглядела в печь перед уходом из дому, я на них беду накликала…

– Ну, будет. – Макошь погладила девушку по голове. – Нет здесь твоей вины. Не в печи дело, так спрялась их судьба.

Какое-то время сидели молча. Злата машинально перебирала рукав рубахи, её дыхание постепенно становилось ровнее. Пришло полное осознание потери и горечь утраты соком полыни чувствовалась на языке.

– Ты случайно не голодна? – богиня первой нарушила тишину, мягко улыбнувшись и погладив Злату по макушке. – Предлагаю отведать здешних блюд.

И женщина звонко хлопнула в ладоши, отвлекшись от прядения всего на пару секунд. На звонкий хлопок выбежала стайка девчушек в длинных сверкающих одеждах. Каждая из них что-то несла. Самая первая расстелила огромное покрывало, на которое остальные ловко расставили серебряные блюда, вазы и кувшины. Тут же положили несколько подушек, украшенных кисточками, и, поклонившись, скрылись среди цветущих кустов.

– Угощайся, звёздочки расстарались, не часто у нас гости бывают, – Макошь махнула рукой в сторону яств и сама, легко опустившись на покрывало, ухватила ягодку из ближайшей вазочки. Нити вокруг неё продолжали крутиться и прястись, но уже самостоятельно. Богиня похлопала ладонью по покрывалу. – Ну же, смелей.

Злата нерешительно опустилась рядом. Девушка с удивлением рассматривала, блюда на которых лежали сочные ягоды, ломтики неизвестных фруктов, лепёшки с орехами и мёдом, источающие чарующие ароматы. Макошь подхватила прозрачный сосуд и разлила по чаркам золотистую жидкость. Аккуратно приняв чарку, Злата принюхалась – жидкость пахла мятой, земляникой и чем-то неуловимо родным.

Макошь пододвинула ей блюда с лепёшками.

– Попробуй, они дивно хороши сегодня.

Девушка благодарно кивнула и подхватила лакомство, испачкав пальцы мёдом. Слизнув капельки мёда с рук, Злата зажмурилась. Вкус был ярким. Кажется, такого вкусного мёда она не пробовала ещё ни разу в жизни. Макошь лишь улыбалась, наблюдая за девушкой из-под полуопущенных ресниц.

Лёгкий ветерок ласково трепал волосы, принося ароматы цветов. Среди приятных запахов просачивался тот, который девушка меньше всего ожидала здесь встретить. Пахло гарью. Злата, вдохнув слишком сильно, закашлялась. Макошь сморщила носик, и огляделась в поисках источника запаха. Тишину сада разрушили крики, и на полянку выбежали испуганные девчушки.

– Горит!

– Пожар!

– Беда!

Наперебой запричитали они. Макошь поднялась, жестом руки заставив всех замолчать. Выбрав одну из девчушек, богиня подозвала её к себе.

– Что случилось, звёздочка?

– Пожар в священной роще! Древо горит!

– Что? Как!? – Макошь подхватила юбки и бросилась туда, где на горизонте начал подниматься столб чёрного дыма. Девчушки-звёздочки зашептались между собой, приобнимая тех, кто всхлипывал.

Растерявшись вначале, Злата всё же решила нагнать богиню и бросилась вдогонку.

Когда ей удалось нагнать Макошь, та стояла на коленях перед обуглившимся Древом, от которого шёл чёрный густой дым, и плакала, спрятав лицо в ладони.

Древо. Последнее Древо Жизни в Трёх мирах уничтожено. Ноги девушки подкосились, и она упала рядом с богиней. Рядом с ней опустился обожжённый лист, девушка бережно подхватила его и прижала к груди. Она опять не смогла прийти на его зов.

Макошь отняла руки от заплаканного лица.

– Это Древо – сердце миров. Без него миры начнут разрушаться, и даже нам, богам, неизвестно к чему это приведёт.

– Что же делать? – Злата продолжала прижимать обугленный листок к груди.

– Мы уже ничего не сможем сделать, – Макошь повернулась к Злате. – Чтобы возродить Древо, нужен саженец, у нас, увы, его нет. Тебе лучше вернутся домой и надеяться на то, что Явь дела навьи коснутся в последнюю очередь.

Богиня поднялась.

– Пойдём, я провожу тебя.

Девушка поднялась следом, продолжая сжимать листик. Это конец. Конец всего.

Сноски:

Кичка (кика) — древнерусский головной убор замужних женщин, символизировал замужество и плодородие.

Глава 28

Макошь потянула одной ей видимую ниточку, и перед Златой тихо скрипнув открылась калитка. Эту калитку она узнала бы из тысячи! Когда-то её сколотил отец, и с тех пор утекло много воды. Теперь же девушка вновь стояла около неё, а за ней виднелся их дом: потрёпанный временем и непогодой, такой родной и такой… пустой.

Злата всхлипнула.

– Не время для слёз. Ступай. Время миров на исходе, насладись тем, что есть, – и, подтолкнув Злату в спину, закрыла за ней калитку.

Девушка осталась одна посреди их двора. Богиня и проход в Правь исчезли. Смеркалось.

Злата нерешительно