Читать книгу - "Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова"

class="p1">– Почему ты не можешь летать? – Злата приблизилась к кустам.

– Чтоб взлететь, необходимо оттолкнуться от земли, – молвила птица. – Я же не могу этого сделать.

– Могу я тебе как-то помочь?

– Если ты сможешь меня подкинуть, то я воспарю, но вряд ли ты сможешь меня поднять.

Злата внимательно осмотрела деву-птицу, затем вновь взглянула на лестницу.

– Поднять не смогу, но могу дотащить до лестницы, а затем ты сама оттуда вспорхнёшь.

Яркая птица задумалась, а затем согласно кивнула.

– Меня зовут Гамаюн, я вещая птица.

– Ты из-за этого чуть не погибла? – вежливо спросила Злата, расстилая свой платок на земле.

– Да, – грустно подтвердила Гамаюн. – И поэтому мне запрещают петь. Мои песни имеют свойства сбываться.

Злата попыталась вспомнить слова, которые звучали в тягучей песне, но в голове стоял туман, стоило об этом задуматься.

Аккуратно разместив Гамаюн на платке, девушка потащила птицу к лестнице. Та молчала, Злата в ответ не спешила с расспросами.

Достигнув подножия лестницы, девушка отбросила мокрые волосы со лба.

– Сейчас я буду тебя приподнимать на каждую ступеньку, скажи, как хватит для полёта, – отдуваясь, сказала Злата птице.

– Подожди, – Гамаюн посмотрела на лестницу, затем на Злату. – Если ты сейчас взойдёшь на эту лестницу, у тебя не будет обратного пути.

– Получается, я не смогу спуститься, пока не дойду до верха?

– Нет, сможешь, – тихонько рассмеялась Гамаюн. – Я про жизненный путь. Сейчас ты на перепутье. Подумай хорошенько, стоит ли идти туда, куда ты собралась. Это решение может полностью изменить твою судьбу.

– Случится что-то плохое? – Злата внимательно смотрела на птицу.

– Кто ж знает? Что для одного плохо, для другого хорошо, – ушла от прямого ответа Гамаюн.

– Раз так, то я уверена в своём решении, – и Злата принялась приподнимать птицу по лестнице вверх.

Сноски:

Косоплётки плести – сплетничать.

Глава 27

Пришлось хорошенько попотеть, прежде чем Злате удалось затащить птицу на подходящую для полёта высоту. Гамаюн, почувствовав долгожданную свободу, радостно воспарила и скрылась среди облаков. Какое-то время ещё был слышен её радостный смех и напевы каких-то мелодий, но вскоре и они стихли.

С такой высоты Карагай и сад с девами-птицами были неразличимы, всего лишь одно тёмное пятно. Куда уж людей или животных рассмотреть: они неразличимы, даже если всматриваешься до рези в глазах.

«Неудивительно, что богам, живущим в Прави, совсем не интересны дела людей, – размышляла Злата сидя на ступеньках. – С такой высоты всё, что внизу, кажется неважным, каким-то суетным».

Подъём был тяжёлым, голова кружилась, она отдыхала всё чаще и чаще, задыхаясь то ли от усталости, то ли от волнения.

Злата уже давно выбилась из сил. Земля потерялась среди облаков, и даже тёмные пятна были не видны, белёсая завеса впереди создавала впечатление, что девушка застряла в середине тучи. Одежда и волосы давно отсырели, а конца всё не было видно.

И когда отчаяние уже накрыло с головой, впереди показался просвет. Небо окрасилось цветами, словно Злата шла через радугу. Остаток пути девушка пробиралась ползком, даже не смотря по сторонам. Как только радуга закончилась, девушка увидела конец лестницы и, коснувшись мягкой травы, упала ничком.

Злата лежала на спине и смотрела в ясное небо – здесь не было ни облачка. Небо казалось таким близким, что вот руку протяни и заденешь гладкий небосклон, зазвенят звёзды, как колокольчики и солнечные лучики согреют заледеневшие руки. Но проверить это было не под силу: ноги гудели, мир шатался, стоило приподнять голову, а руки были тяжёлыми. Усталость взяла своё, и девушка сомкнула отяжелевшие веки.

Сколько Злата пролежала так, она не знала. Проснулась резко – распахнула глаза и попыталась сесть. Тело затекло и хрустело при каждым движении. Крехтя, как древняя старушка, Злата поднялась и принялась осматривать место, в которое попала. Вокруг росли невиданные растения: деревья с огромными резными листьями, кусты, покрытые чудесными цветами самых разных оттенков. Всё благоухало незнакомыми ароматами и манило спелыми плодами.

Злата сглотнула наполняющую рот слюну и огляделась в поисках родника. Все запасы воды и еды закончились во время подъёма по лестнице, и теперь очень хотелось есть и пить. Продвигаясь по дивному саду, девушка рассматривала плоды, но не решалась ничего пробовать, её с детства учили не есть плоды незнакомых растений.

– Вот это, вроде, на яблоко похоже… – вслух сказала Злата, протянув руку к яркому круглому плоду. А потом резко отдернула руку, спросив у самой себя: – А вдруг ядовито?

Злата с сожалением отвела взор от плодов. На глаза тут же попалась еле заметная тропинка, и девушка поспешила по ней. Раздвинув куст преграждающий дорогу, девушка замерла. Глядит, а под деревом на резной лавке сидит женщина и прядет что-то. Косы кичка[1] скрывает, рясы позвякивают в такт движениям, а сама она напевает чего-то тихонько так. Только вот сколько не приглядывалась Злата, так и не увидела кудели, словно женщина сам воздух прядёт. Ниточка тянется куда-то вдаль и пропадает в траве, и куда только девается?

Заглядевшись на дивное прядение, Злата не сразу заметила, что женщина замолчала и с интересом разглядывает её.

– Неужто одна из моих ниточек решила ко мне вернуться? – вскинула брови она, глядя на Злату. – Как же добралась ты сюда, дитя? Что увело тебя так далеко от родного дома?

«Ниточка? – подумала Злата, полностью выбравшись из-за кустов и оглянувшись, но кроме той, что исчезала в траве, больше никаких нитей не было. Тут-то девушка и вспомнила сотни ниточек, круживших вокруг Доли и Недоли. Злату озарило: – Получается, это я ниточка? Значит это сама Макошь!».

– Доброго дня, матушка. Не так уж и далёк путь, ежели сердце тебя ведёт, – поклонилась Злата.

– И зачем же, сердешная, пришла ко мне? – Макошь продолжала прясть, не глядя на получившуюся нить.

– Только одна ты ведаешь о нити человеческой жизни, – начала Злата. – Только тебе решать насколько она будет крепка и как длинна…

– Не так это, – Макошь повела плечом.

– Но… – растерянно начала Злата, но богиня её перебила.

– Милая, я пряду нить, но очень много зависит и от самой ниточки. Все они выходят разными, помощницы мои направляют их, но даже они не скажут, какой длины какая ниточка будет. Какая-то истончится почти сразу, а