Читать книгу - "Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин"

кафе напротив главного входа в данное заведение и вытащил из-за пазухи советскую газету.

— Сдаётся мне, что таким образом за нами и в Олимпийской деревне будут присматривать, — буркнул Саша.

— Что я могу сказать? Привыкай, — пожал я плечами.

И тут к нам подошла продавщица, полная, но довольно-таки симпатичная 30-летняя женщина, которая спросила: «что нас интересует?». А интересовали нас женские брючные костюмы, платья и качественное нижнее бельё, что было огромным дефицитом в СССР. И следующие полчаса мы, пользуясь сантиметром, мерили и выбирали, на что потратить последние деньги, которые беречь не было никакого смысла. Всё равно завтра сразу после матча мы улетали в Югославию на ещё один предолимпийский турнир. И там, в хорватском Загребе, нашу сборную поджидали сборные Чехословакии, Кубы и, конечно же, хозяева — югославы.

Как вдруг ко мне обратился незнакомый гражданин в очках и на плохом русском языке предложил заключить контракт с командой «Филадельфия-76».

— Все проблем по контракт и переход мы брать на себя.

— Проси подписной бонус в миллион баксов, — пошутил Белов.

— Миллион? — заулыбался очкарик. — Е миллион! Е! — закивал он головой. — Окей. Ноу проблем.

— Вы знаете, что мистер, подойдите вон к тому человеку и поговорите о контракте именно с ним, — хитро улыбнулся я и, подведя незнакомца к окну, указал на сотрудника КГБ, который всё так же читал газету в кафе напротив женского этого магазина.

— Это есть ваш менеджер?

— Е. Это старшой, — уверенно кивнул я.

— Окей, — пробурчал представитель «Филадельфии-76» и без всякой задней мысли пошагал к товарищу старшему лейтенанту из КГБ.

— Ну, у тебя и шуточки, — хмыкнул Саша Белов.

— Зато в КГБ теперь будут полностью нам доверять, — прокашлялся я. — Или почти полностью.

В эту секунду КГБэшник услышал финансовое предложение от ещё одной команды НБА и, показав свои красные корочки, напугал незнакомца до такой степени, что тот бросился улепётывать, словно за ним гналась шайка уличных бандитов. Я и Белов немного похохотали и вернулись к своим покупкам.

— Слушай, а может нам и от Билла Бертка потребовать подписной бонус в миллион долларов? — предложил мой друг.

— Можно, — уверенно кивнул я. — Тем более у его команды шикарная арена. И с нашим появлением, деньги к Биллу Бертка потекут рекой.

* * *

Смех смехом, но с подобными финансовыми предложениями и в этот субботний день, и в следующее воскресенье подошли не только ко мне, но и к Толе Мышкину, к Сергею Тараканову, к Саше Белостенному и к Владимиру Жигилию. Старички, услышав об этих контрактных предложениях, ворчали, что всё равно никто никуда не уедет, поэтому про эти мифические миллионы можете смело забыть. А Толя Мышкин перед началом второго поединка против «джазменов» из Нового Орлеана оттащил меня в сторону и с жаром прошептал:

— Слушай, дружище, а что если после Олимпиады рвануть в эту самую НБА? Миллион ведь на дороге не валяется. Отыграю в Штатах несколько лет и вернусь домой богатым человеком. А ещё лучше, давай рванём вместе. И Сашку Белова прихватим.

Я же от такой наивности буквально онемел. Хотя Толя и озвучил мои собственные мысли и идеи. Однако между нами имелась существенная разница. Я принадлежал спортобществу «Спартак», где числился скромным инструктором по спорту. Саша Белов был обычным студентом заочником корабельного института. А Мышкин официально являлся офицером советской армии со всеми вытекающими отсюда обязательствами.

— Тебе как военнослужащему, товарищ Князь, за побег светит уголовная ответственность, — хмыкнул я. — И давай эти разговоры про рывки за океан закроем вплоть до Олимпиады.

— В Канаде уже поздно будет о чём-то договариваться, — обиделся Мышкин. — Кстати, о чём вы с Беловым каждый день шепчитесь?

— Думаем, как лучше обустроиться в Тбилиси, — улыбнулся я. — Тысяча рублей в месяц, Толя, на дороге тоже не валяются.

А потом начался матч, и стало не до посторонних задушевных разговоров. Главный тренер хозяев «Супердома», Бутч ванн Бреда Колфф, немного изменил свою стартовую пятёрку. К уже знакомым баскетболистам: Питу Маравичу, Рону Бехагену, Аарону Джеймсу и Нейту Уильямсу добавился белокожий 213-сантиметровый центровой Мэл Каунтс.

Владимир Кондрашин так же внёс одно изменение в стартовое сочетание игроков. У нас вместо Владимира Жигилия на паркет вышел 214-сантиметровый Александр Белостенный. Кстати, на Белостенного положила глаз команда НБА «Сиэтл Суперсоникс». И он в эти первые минуты просто рвал и метал.

Сначала Саша выиграл стартовый спорный мяч у бледнолицего собрата Мэла Каунтса. А потом вколотил свой фирменный аллей-упп, приведя в восторг всю собравшуюся публику. А пришло её на матч не меньше, чем два дня назад. И, конечно же, американские любители баскетбола требовали от своей команды реванша за то пятничное поражение.

— Темп, мужики, держим! Темп! — прикрикнул Саша Белов, когда на 7-ой минуте при счёте — 15:15 мы перешли в нападение.

Сегодня «джазмены» играли намного внимательней и собранней, чем в пятницу. И по этой причине мы никак не могли оторваться в счёте. Тем временем я привычным движением отдал передачу на Тараканова. Белостенный и Белов заняли свои позиции в усах, на границе трёхсекундной зоны. А Толя Мышкин открылся в правом углу площадки.

— Тарик, дай! — рявкнул он, пока его не перекрыл игрок «Джаз» 203-сантиметровый Аарон Джеймс.

И Серёжа Тараканов выполнил рискованную передачу со своей левой бровки в правый угол на Толю Мышкина. Однако Джеймс уже приклеился к нашему советскому Князю и не позволил ему ни двинуться в проход, ни сделать бросок по кольцу.

— Дай-дай-дай! — теперь заголосил Саша Белов, затолкав спиной здоровенного 206-сантиметровго Рона Бехагена.

И Мышкин после секундной заминки с отскоком от пола отдал мяч Белову. Александр ударил два раза мячом в пол, резко развернулся на одной ноге, оставив за спиной афроамериканца, и завалил очень сложный мяч в сетку новоорлеанской команды.

— Дааа! — азартно прорычал он, когда счёт стал — 15:17 в нашу пользу.

«Тяжёлая сегодня предстоит игра», — подумалось мне. Но в защиту на сей раз вместе со всеми я не рванул. Я приклеился к разыгрывающему хозяев Нейту Уильямсу, чёрные усы которого мне снились всю сегодняшнюю ночь. Уильямс прикрыл мяч корпусом, прошёл, таким образом, три метра и начал искать