Читать книгу - "Дневник 1939–1945 - Пьер Дриё ла Рошель"

«Труазьем форс», «Травай и Насьон», был вместе с Бержери, был недалек от Дорио, когда тот только начинал.

Рассказывает о заседании тайного Комитета. Блюм, Бержери, Фроссар[122], Фланден атаковали, Тиксье[123] тоже. Удивление вызвал окончательный результат — 300 голосов против. Говорит мне, что не знает, какому «командиру» подчинить себя. Кандидатов мало, и ни один, похоже, не подходит. За стенами парламента хоть шаром покати; ни среди военных, ни среди гражданских. Все опять думают о Рейно, который вроде бы стал антикоммунистом. Я объясняю: «Рейно не остановится ни перед каким сумасбродством, чтобы доказать всем свою энергичность». Изар поддакивает. Хотя, возможно, никакого сумасбродства и не будет, вообще ничего не будет. Он постарел, все же шестьдесят три. Да и что он может сделать, если не уберут Чемберлена.

Изар признает, что дипломатическая и военная обстановка беспросветна. Скандинавские и балканские страны в сговоре с Гитлером против России, как и Италия. Турция поостыла. Мы не в состоянии ничего предпринять, чтобы помочь Румынии или какой-то другой балканской стране, все во власти итальянского и немецкого протекторов.

Он не верит в немецкое наступление. Я верю в него и чувством, и головой. Уже больше месяца. Гитлер знает, что Румыния не подведет, к чему ее завоевывать, провоцировать наступление русских и расширять фронт? Чтобы заполучить чуть больше нефти?

Разве что Россия захочет утвердиться с той стороны и закрыть для него Черное море? В этом случае Венгрия, лишившись Трансильвании, открыто перейдет на сторону Гитлера. Болгария, заполучив Добруджу, станет союзницей России, с которой она сомкнётся у устья Дуная. Будет ли у Гитлера протекторат над Молдавией и Валахией, которого он мог бы добиться, использовав узкий коридор, который подготовили бы ему словаки и венгры?

С другой стороны, всколыхнулась бы Италия, захватив Салоники, что по большей части свело бы на нет турецкое влияние. Смогли бы затем русские послать экспедицию в Персию?

Югославию бы тоже разделили. Коротко говоря, ликвидировав почти всю Европу, Гитлер снова обратился бы к нам и, вооруженный огромными моральными и материальными ресурсами, поставил бы нам ультиматум.

Возможно, он его и так поставит. Он должен понимать, что мы разобщены и морально сломлены. Кроме того, у него громадное превосходство в авиации. Он может надеяться завоевать по меньшей мере Голландию и тогда уже держать в руках Англию.

Изар мне говорит, что социалисты воинственны. Круг Эспинаса[124] и Поля Фора[125] будто бы полностью распался. Лаваль и Фланден полагают, что они за войну до победного конца.

Бержери, как обычно, произнес дьявольски умеренную речь с задней мыслью о мирном соглашении.

Нам, конечно, не видать настоящего кабинета министров с настоящим премьером и хорошо подобранными сотрудниками.

Даладье, герой-радикал, тихо ушел со сцены. Еще два месяца назад он казался незыблемым, заручившись поддержкой армии и тыла. Это трус, подлец и немыслимый жулик. Вот все, что смогла дать Франции со времен войны радикальная партия, наследница якобинцев: уклончивый болтун Эррио[126] и отъявленный подлец Даладье, не считая Шотама[127] в деле Стависки и неподражаемого Сарро в момент захвата Рейна. Дальше ехать некуда, да никто и не поедет.

Псевдолюбовница Даладье (псевдо, так как я подозреваю, что он тайный педераст) — дура по имени маркиза де Крюссоль. Дочь торговца рыбными консервами по имени Безье. Возможно, в ее жилах течет еврейская кровь. Она держала салон, где я был два-три раза. Там ошивался высший свет, высокопоставленные прислужники режима и литераторы. Там отчаянно спекулировали вокруг ценностей, которые были в ходу, а те все время менялись и оставались все теми же. Там не было хорошеньких женщин, но по углам потихоньку случались. В политике эта маркиза крайне невежественна, она не в состоянии выделить из тумана, в котором она витает, ни людей, ни события. В ней ни капли очарования, выглядит неопрятной, немного помятой, никакой шаловливости.

Подле нее отирался толстяк Араго, дегенерат, старый маразматик и зануда, в свое время с головой ушел в Народный фронт и вроде был советником Даладье, такого же доходяги, как и он сам.

Мадам де Фельс, любовница Леже, просто кладезь премудрости и настоящая шалунья в сравнении с этой старой вешалкой Крюссоль — белобрысой, невзрачной, с потухшим взором, которая только и делает, что вымаливает советы для своего любовника, незадавшегося гения.

А чем лучше Рейно? После бездействия будет одна мышиная возня, абы что, лишь бы сдвинуть все с мертвой точки. Этот человек начнет изобретать бедствия вдобавок к тем, которые нам и так причитаются.

Я видел, как у мадам Бриссак (урожденной Шнайдер) он подозрительно шушукался в уголке с этим старым маразматиком Палеологом[128] (потомком византийских императоров!), набираясь сведений о России. Что показательно.

Похоже, он отправил в отставку Палевского[129], главу своей канцелярии, беззаветно преданного ему человека, польского еврея (вроде недавно получившего гражданство). Говорят, что он теперь против большевиков. Посмотрим. Будучи в согласии с англичанами, он, возможно, сделает все, чтобы вновь быть с ними — увеличив, к примеру, коммунистическую партию, которая и сейчас не так уж мала.

Людям, подозреваемым в симпатиях к немцам, придется несладко…

У Рейно ясные, четкие, но довольно жесткие взгляды. Он думает, что понимает современный мир в отличие от остальных, которые точно знают, что они его не понимают. Но это все салонное просвещение. Весьма вероятно, что он развяжет войну. Чего, наверное, хотят Лаваль и Фланден, поджидающие его на перепутье. А в тени остается Мандель.

Неужели я по-прежнему верю в немецкое наступление в апреле или мае? Да, я верю, что Гитлер еще больше утвердился в нашем политическом разложении после этих заседаний Палаты, как раз в этой своей твердости он и предпримет наступление.

Иные пророчат: «Он будет наблюдать, как разложение сделает свое дело за линией Мажино». Я же утверждаю: он сочтет, что оно зашло уже так далеко, что можно атаковать.

Он утвердится в доброжелательном нейтралитете Муссолини и достаточно продолжительном нейтралитете Сталина. А если Сталин предпримет контратаку, у него в запасе Муссолини.

Не захватил ли Муссолини Грецию, чтобы вывести из игры турков и воспрепятствовать вмешательству союзников на Балканах? Дело его. Но тогда он закрыл бы русским выход к Проливам на тот случай, если Гитлер отдал бы им Бессарабию и связал бы их с болгарами. Но он скорей бы выступил в пользу Румынии и Венгрии в ущерб Гитлеру, пожелай тот обеспечить целостность блока против коммунизма.

Не предпримут ли Рейно и Фроссар новую попытку вернуть русских в наш стан? А потом отдать Францию