Читать книгу - "Очень важные люди. Статус и красота в мире элитных вечеринок - Эшли Мирс"

благотворительность? Я же говорил, что обожаю Чарльза Мюррея? (Социолог, который прославился своей критикой системы благотворительности; его активно использовали консерваторы.) Но серьезно, эти деньги возвращаются в экономику… И я сомневаюсь, что лучше было бы просто раздать их бедным{71}. Так что, когда я говорю, что это отвратительно, я не подхожу к вопросу сквозь призму «давайте накормим голодающих детей». Но все это ведь делается просто напоказ. Поэтому для меня отвратительным является аспект статусности. Они делают это только для того, чтобы их заметили. Им нужно внимание и фанфары, и именно поэтому все фотографируют их и выкладывают посты в соцсетях. И вот именно эту часть я и не выношу.

По сути, Сэм не особо возражал против того, чтобы тратить крупные суммы денег на статусные вещи, но постоянное выпячивание этого статуса напоказ раздражало его. Показное богатство для обеспеченных парней вроде Сэма было как будто нарушением правил воспитания.

Большинство людей считают, что показное потребление – это последствие того, что ты богат, так же полагал и Торстейн Веблен. Но едва ли. На деле показушность нарушает современные западные нормы морали, где в почете аскетизм, трудоголизм, идеал равенства людей и дискомфорт, вызываемый иерархичностью и эксклюзивностью[60]. В этом и заключается основная организационная проблема, которую приходится преодолевать клубам. Чтобы подтолкнуть людей к нарушению общепринятых норм, к потреблению напоказ и к тому, чтобы создать такую атмосферу, где подобное поведение вызывает восхищение, VIP-клубам приходится пройти длинный путь.

К тому же репутация – это очень деликатная тема{72}. Репутация существует только тогда, когда ее признает публика, и ее нельзя немедленно приобрести, зато можно быстро потерять. VIP-клубам приходится выстраивать потлач так, чтобы приобрести репутацию можно было весело и как будто бы спонтанно, а не благодаря продуманным действиям. Клубы – это пространства, которые стараются сублимировать человеческую критику показного потребления, придав ей форму шоу. Но вне крутой вечеринки, за стенами идеальной VIP-постановки богатые клиенты обсуждают подобные мероприятия с небольшой критикой и рефлексией. Они признают, что подобные траты могут показаться глупыми, неуместными и иногда даже оскорбительными тем людям, на которых они пытаются произвести впечатление.

В ходе своих интервью я поняла, что девушки, владельцы клубов, промоутеры и клиенты много критиковали чрезмерные траты в ночных клубах и, в частности, тех клиентов, которые тратили деньги исключительно с целью получения репутации. Словами, которыми они чаще всего описывали процесс покупки бутылок, были: «нелепый», «смешной», «излишние траты» и «сумасшедшие». Джейн, двадцативосьмилетняя актриса и студентка философского факультета, сказала, что ей было абсолютно все равно на счет в одиннадцать тысяч долларов за столик, где они тусовались с промоутером:

– Меня такое не впечатляет. Наоборот, я начинаю думать, что этот парень безответственный, раз он покупает столько бутылок шампанского. Это имеет свой эффект только на других мужчин. Пока они там, они все соревнуются, а мы просто счастливые свидетели этого.

В интервью, которые я брала за пределами клубов, например, в корпоративных конференц-залах или в тихих кафе, клиенты вспоминали о нормах приличия и негативно отзывались о вульгарном, показном потреблении. Они с сожалением вспоминали свои опрометчивые растраты. Например, тридцативосьмилетний Эйджей, предприниматель из Латинской Америки, получивший свое богатство в наследство, объяснял это так:

– Я был молодым и глупым и просто разбрасывался деньгами. Сейчас, когда я об этом вспоминаю, я думаю, как же это было тупо. Тусоваться, заказывать эти бутылки. Это отсталое поведение… я имею в виду, вот ты представляешь, скольких людей можно было бы накормить или напоить в Африке на эти деньги?

Особенной критике одни клиенты подвергали других, которые, по их мнению, тратили деньги исключительно с целью приобрести репутацию, просто попонтоваться. У таких людей всегда есть неугомонное желание в признании. Для них это выставление напоказ было признаком принадлежности к нуворишам. Что одновременно показывало отсутствие у других гостей клуба принадлежности к миру элиты. Просто тот факт, что кто-то пытается выставить напоказ свои экономические возможности, сразу же указывал, что перед вами ненастоящий представитель элиты. Рюс, француз тридцати пяти лет, финансовый консультант и потомок французских аристократов, описывал китов следующими словами:

– Мне кажется, они гонятся за социальным статусом. За статусом и за чем-то вроде определенной тусовочной репутации… Я думаю, что это глупо. Это нормальный и даже хороший бизнес для ребят, которые владеют клубами, но лично мне до всего этого нет никакого дела. Ведь я даже не знаю, откуда родом эти парни, а они такие: «Смотри, я сделал вот так, и теперь я успешный».

Поразительно, что почти каждый клиент, у которого я брала интервью, занял критикующую позицию по отношению к этим демонстративным тратам. И при этом не важно, сами они были богатыми или нет. Они описывали китов как людей, которые тратят деньги по неправильным причинам. Желание выделяться, по их мнению, было навязанным и неестественным стремлением. Все эти мужчины, которых можно объединить в категорию «работающие богачи», даже будучи выходцами из по-настоящему состоятельных семей, придумывали забавные оправдания своим собственным счетам в клубах. Они минимизировали свои расходы, проводя четкие границы между собой и другими клиентами. На VIP-арене, где финансовые возможности играют решающую роль, даже самые обеспеченные клиенты могут почувствовать себя и свои траты откровенно скромными. Всегда найдется кто-то, кто тратит больше. Особенно это верно, когда мы принимаем во внимание то, что основное мировое богатство сосредоточено в руках китов. Некоторые клиенты объясняли, что это просто природа богатства в городах типа Нью-Йорка. Это мир, где их состояние по сравнению с состоянием мужчины за соседним столиком может показаться незначительным. Социолог Рейчел Ширман отмечала похожий момент. Она говорила, что это распространенная продуманная стратегия, благодаря которой обеспеченные жители Нью-Йорка минимизируют свои материальные привилегии специально, чтобы при этом ощущать более комфортно свое экономическое преимущество{73}.

Вечеринки в Сен-Тропе – любимая тема у всех, кто описывает ритуалы демонстративного поведения мира VIP-тусовок. Любимой темой, конечно же, было экстравагантное поведение одного из самых знаменитых китов – Джо Лоу. Люк, французский ресторатор и продавец вин сорока восьми лет, родившийся в богатой и титулованной семье, описывал Сен-Тропе как «воплощение культуры бутылок». А о Лоу он отзывался как о мировом стандарте для сравнения:

– Сен-Тропе. Миллиарды долларов. Этот парень, Джо Лоу, ты же знаешь Джо Лоу? В общем, он тратит миллионы долларов. Но между ним и пакистанцами идет соревнование. И если он закажет бутылку за двадцать тысяч долларов, то и они закажут такую же. А еще они будут закрывать счета других столиков. Часто можно услышать: «Отправь эту бутылку вон за тот стол!» Именно поэтому