Читать книгу - "Очень важные люди. Статус и красота в мире элитных вечеринок - Эшли Мирс"

как минимум четыре раза в неделю ходить с промоутерами и их помощниками тусоваться по клубам. Это накладывало определенные сложности на их ежедневные планы и отношения, но как только наступала суббота, они вновь становились одной любящей друг друга компанией в ночном клубе.

– Для нас это самая сумасшедшая ночь. Мы просто забиваем на все проблемы, отдыхаем и веселимся. Мы так сильно веселимся, что, когда мы начинаем кричать, все в клубе поворачиваются на нас и думают: «Какого черта!..» А мы реально просто сходим с ума. Нам так весело! – рассказывает Катерина.

– Эта компания для нас как семья, – вторит ей Рене.

Энергия веселья и сумасшествия привлекает внимание менеджеров в клубах, поэтому они часто подсаживаются за их столик, чтобы тоже хорошенько провести время.

– Менеджеры нас обожают, – говорит Рене. А Катерина подтверждает:

– Потому что мы приносим в клуб бешеную энергетику.

Коллективное возбуждение, которое возникает между Катериной, Рене и их друзьями-промоутерами, является кооперативным социальным продуктом: девушки объединяются с промоутерами, чтобы создавать атмосферу, а управляют этой атмосферой менеджеры клуба{69}.

Необузданность, которая возникает, когда вместе сходятся толпа, музыка и вайб, иногда граничит с опасностью, потому что «схождение с ума» иногда действительно может быть деструктивным и привести к страшным последствиям. Страсти, которые аккумулируются в толпе, могут нарушать стандартные правила и запреты, например, широко известны случаи вандализма на спортивных мероприятиях или обнажение на фестивале Марди Гра[59]. Богатые мужчины в VIP-клубах покупают дюжины бутылок, поливают из них друг друга шампанским и разбрасываются деньгами, по факту нарушая общепринятые культурные нормы, которые считают такое поведение вульгарным.

Сумасшедшие деньги. Богатые люди смешны

Такую оценку дал Сэм действиям богачей, покупающих бесчисленное количество бутылок шампанского, которые он наблюдал в клубах. Для парней вроде Сэма поезда бутылок олицетворяли все то, что он ненавидел в богачах: слишком очевидные попытки выпендриться, возможность купить все, что они хотят, окружение случайных моделей за их столиками. Сэму было тридцать три года, он работал в хедж-фонде и специализировался на энергетике, так что он привык находиться в окружении больших денег. Большинство из его клиентов были богаты, и, хотя он и говорил, что его семья эмигрантов из Азии была среднего класса, вырос он среди обеспеченных друзей в Южной Калифорнии, где посещал элитную частную школу. Между тем, попадая в окружение богатых клиентов VIP-тусовок, он ощущал себя аутсайдером.

После того как он выпустился из MIT, он провел несколько лет в Нью-Йорке, строя свою карьеру и параллельно тусуясь. В начале 2000-х годов он заметил, что почти половина столиков в элитных клубах района Метпекинг была занята ребятами из финансовой сферы, а счета за их вечер закрывались корпоративными кредитками.

Он легко мог представить, насколько эта картина была привлекательна для парней.

– Для кого-то, как я, но не лично для меня, а для кого-то, кто учился в MIT, – добавляет он. – Ты видела, какие там девушки в кампусе? Ну тогда ты понимаешь, о чем я. Ребята из мира финансов приезжают в Нью-Йорк после четырех лет учебы, устраиваются на работу в Goldman Sachs, начинают зарабатывать кучу денег. Так что теперь они могут ходить в клубы, заказывать бутылки и тусоваться с моделями. Получается, клубный мир дает им то, чего у них в жизни не должно было быть.

Сэму нравился Клуб Х, потому что там выступали лучшие в мире диджеи электронной музыки, и он признавал, что там тусовались классные девчонки.

– Любой парень, который скажет, что ему не нравится, когда вокруг красивые девушки, просто соврет, – говорит Сэм.

Но иногда клубный образ жизни был нелепым. Я часто слышала это слово в своих интервью. Сэм объяснил, что когда он отдыхал в Сен-Тропе со своей девушкой в 2011 году, то поначалу он был совершенно очарован атмосферой Французской Ривьеры. Летом туда стекались люди со всего света, международная элита, а иногда и богачи из развивающихся стран. Но ночная жизнь там тупо крутилась вокруг денег: постоянные соревнования и грандиозные шоу под девизом «кто больше потратит». Шоу, кстати, были настолько фееричными, что и два года спустя Сэм все еще хранил эти фотографии на своем айфоне. То, что Сэм делал эти снимки, означает, что он принимал участие в этих тусовках, о которых он отзывается одновременно с отвращением и восхищением. Просто он был зрителем, а не участником.

Он помнит, как однажды вечером в одном клубе диджей резко остановил музыку, чтобы объявить, что «Шамир из Дубая только что заказал редчайшую бутылку шампанского, которую в этом сезоне заказывают всего лишь третий раз». По этому случаю флаг Объединенных Арабских Эмиратов был театрально спущен с потолка, а диджей поставил гимн ОАЭ и только потом продолжил играть свой сет. В другой вечер диджей объявил: «У нас тут Олимпийские игры по бутылкам; идет сражение между индийским столиком и пакистанским!»

– Я уверен, ты знаешь, что отношения между этими странами довольно напряженные, – сказал Сэм, улыбнувшись и покачав головой, листая передо мной фотографии.

Он показал мне гостей из Индии и Пакистана, чьи столики были расположены напротив друг друга. Бутылки после каждого крупного заказа спускали в центр клуба на особых тросах, откуда девушки в блестящих костюмах доставляли их за соперничающие столики.

– Как в цирке! – вспоминает Сэм. По его предположительной оценке, этот спектакль стоил где-то триста тысяч евро. – Настоящее проявление богатства – это заказать шампанское для всего клуба, – продолжил свой рассказ Сэм, листая фотографии из Сен-Тропе. Он показал мне снимок, где один из клиентов клуба тянется к коробке с шампанским Dom Pérignon, на фотке легко угадываются их знаменитые зеленые бутылки, которые светятся в темноте. В тот вечер один кит подарил кучу бутылок посетителям клуба. – Один парень прошел мимо, а в каждой руке у него было по бутылке.

Это было не просто демонстрацией его щедрости, скорее это было похоже на благотворительность, а это один из самых действенных способов конвертации богатства в статусность. Потому что тот, кто не может компенсировать подарок аналогичной бутылкой шампанского, может подарить только свое уважение, так даритель зарабатывает авторитет среди гостей, которые становятся от него зависимы{70}.

– Я никогда не видел ничего подобного, – смеясь, продолжил свой рассказ Сэм. Потом он снова стал серьезным. – Ведь в какой-то степени это отвратительно. Я много думал об этом: верно ли так поступать, разве это правильное применение деньгам? Я пришел к выводу, что подобные траты создают много хорошего. Не так-то просто хорошо потратить деньги. Ну вот как это сделать? Отдать все на