Читать книгу - "Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин"

— Белов, прекрати заниматься ерундой! — прикрикнул на него Владимир Кондрашин. — Это не твоя дистанция и не твоя работа.

В этот момент Гена Капустин сделал ещё одну передачу в моём направлении, и я снова поразил баскетбольное кольцо. Если сказать честно и откровенно, то к этому финалу я подошёл в превосходной форме. Возможно в самой лучшей, чем когда либо вообще. Ведь у себя в будущем, в 2018-ом году, мне никогда не доводилось играть бок о бок с прекрасными мастерами против настоящих олимпийских чемпионов: Сергея Белова, Алжана Жармухамедова и Ивана Едешко. И если бы не травма на ровном месте нашего центрового Миши Силантьева, то я бы сегодня не дал ни единого шанса на победу ЦСКА. А так у хозяев площадки кое-какие варианты оставались. Например: посадить на фолы наших больших, Белостенного и Белова, и активнее давить из трехсекундной зоны.

Тем временем на баскетбольную площадку выбежали игроки армейской баскетбольной дружины. Эти парни в красных майках и белых трусах выглядели какими-то зажатыми и напряжёнными. Даже неунывающий друг Толя Мышкин лишь коротким кивком головы поприветствовал меня. Скорее всего, армейский дружный коллектив их высокое начальство поставило в известность, что если финал будет проигран, то последуют санкции в виде отправки в действующую военную часть. Я как-то читал, что футболистов ЦСКА один раз вывезли на полигон и заставили по очереди ложиться под танк. В итоге армейцы действительно выдали несколько матчей без поражений и даже обыграли киевское «Динамо» — 4:1. Но потом из-за нехватки мастерства всё равно скатились вниз турнирной таблицы. А ещё через год вообще вылетели из Высшей лиги. Другими словами — не сработал танковый полигон. Наоборот, кто помастеровитей постарался сбежать от таких диких порядков.

— Юрьев, есть какие-то идеи по поводу сегодняшней игры? — вдруг спросил меня Владимир Кондрашин. — Кем заменим Мишу Силантьева?

— Я думаю, что на позицию центрового надо перевести Юру Павлова, — пожал я плечами. — У него рост два метра. Плюс хороший прыжок. Он, конечно, Мишу на сто процентов не заменит, но он сделает главное — даст отдохнуть Сашке Белостенному, — я кивнул в сторону нашего баскетбольного кольца, где Белостенный в эту секунду радостно, словно ребёнок добравшийся до игрушек, вколотил красивый аллей-уп.

— Сегодня играешь без замен, — проворчал Владимир Петрович и пошагал советоваться со вторым тренером Евгением Кожевниковым.

— Майк, хорош спать! — рявкнул Гена Капустин и сделал мне ещё одну передачу под бросок.

* * *

Для главного тренера московского ЦСКА Александра Яковлевича Гомельского матч против ленинградской баскетбольной дружины начался более-менее хорошо. На точные дальние попадания их главного снайпера, Михаила Юрьева, достойно отвечал со средней дистанции Сергей Белов. Кроме того под кольцом гостей уверенно действовал 215-сантиметровый центровой Сергей Коваленко. Гомельский сам попросил побольше загружать Сергея, чтобы побыстрее нахватал персональных замечаний молоденький центр «Спартака» Александр Белостенный. Однако к 10-ой минуте матча у Белостенного было всего два фола. Ну а счёт был всё ещё равный — 25:25.

И всё равно Гомельский невероятно нервничал. Ибо накануне на тренировку команды приехал маршал Андрей Антонович Гречко и пообещал, что те, кто будет плохо играть, поедут служить на Камчатку. Там в посёлке Радыгина не хватает бойцов высокого роста для службы в специальном радиоотряде. И судя по тону и общему настрою, маршал совсем не шутил. А самому Гомельскому тет-а-тет он сказал следующее, что если ЦСКА в этом сезоне снова останется без золота, то ты поедешь тренировать рижский СКА, или ещё дальше — в киевский СКА. Конечно, ни в киевский, ни в рижский СКА Александру Яковлевичу совсем не хотелось. Рижские армейцы, бывший лидер советского баскетбола, медленно шли ко дну, и тащить рижан со дна турнирной таблицы было просто не кем.

Тем временем его ленинградский визави, Владимир Кондрашин, сделал первые замены. С площадки ушли: центровой Белостенный и разыгрывающий Капустин. А взамен появились: двухметровый форвард Юрий Павлов и 188-сантиметровый ветеран Юрий Штукин.

— Коля, Дьяченко, разминайся! Сейчас пойдёшь на паркет вместо Сергея Коваленко! — скомандовал, вскочив со своего места, Александр Гомельский. — Ваня Едешко, тоже приготовься. Заменишь Ерёмина.

«Ох, как хорошо-то, что сегодня Силантьева нет, — обрадовался Александр Яковлевич. — Сейчас их центровые подсядут, и мы под кольцом этот хвалёный „Спартак“ просто раздавим. У меня Жар ростом — 207 сантиметров, Мышкин — 205, Дьяк — 212, а у них выше двух метров только молоденький Тараканов — 201 сантиметр». Но тут Гомельский покосился на ложу для почётных гостей и, увидев недовольное лицо маршала Гречко, тяжело вздохнул. «Ничего-ничего, я ещё поборюсь», — пробубнил он про себя.

* * *

На 12-ой минуте превосходство в росте у ЦСКА стало подавляющем. К этому моменту у них на площадке находились: Дьяченко, Жармухамедов, Мышкин, Едешко и Сергей Белов. У нас же играли: Александр Белов, Тараканов, Павлов, Штукин и я. Поэтому прямо на площадке, посоветовавшись с парнями, я предложил устроить тотальный командный прессинг, дабы использовать наше преимущество в скорости. Причём у меня появилась идея бросить без опеки центрового москвичей — Николя Дьяченко, и заставить армейцев играть именно через него. Я полагал, что Дьяченко силён в борьбе под щитом, но слаб в те моменты, когда мяч требуется вести самому или разыгрывать его вдали от кольца.

— Разобрали своих! — рявкнул я, когда с мячом за лицевую линию вышел армеец Анатолий Мышкин.

Перед ним в мгновении ока вырос Сергей Тараканов. Я прихватил Ивана Едешко. Штукин пристроился к Сергею Белову. А Саша Белов и Юрий Павлов как бы ненароком обступили с двух сторон Алжана Жармухамедова. Жар от удивления даже выпучил глаза, дескать — с чего это вдруг к моей персоне такое повышенное внимание? И тут судья дунул в свисток. А на табло, где горел текущий счёт матча — 29:29, включился секундомер. 14-тысячные трибуны Дворца спорта разом загудели. И первым открылся на свободное место, конечно же, Николай Дьяченко.

— Я открыт! Я один! — заблажил он, подняв руки для передачи.

И Толя Мышкин без всякой задней мысли отдал пас на Дьяченко. Как вдруг Юра Павлов и Саша Белов бросили Жармухамедова и вдвоём ринулись на армейского центрового. И Николай, не будь дураком, быстро сделал передачу на