Читать книгу - "Былички и бывальщины. Истории о встречах с нечистой силой - Светлана Владимировна Буслаева"

Никого все равно не боюся в своей-то бане». И дальше продолжаю. Вот опять, говорит, стук. Кто-то по полке-то. Ну чё делать-то. А в углу-то поличка была, где одежа была свернута, чистато. А вон где баня-то, под горой. Я, говорит, нацелилась прямо в дверь. Как с полка-то прыгнула, рукой-то сцапала, а кто-то успел меня за ноги схватить, да так, по всей ноге, ну, ногтями, говорит, прощоборил. И босяком, и лапотки под пазухой, босяком летела домой.

Пролетела сразу к тете Пане. Она говорит: «Чё, мол, черти-то за тобой гнались?» Само понятно, голая дак. Вот, говорит, с той поры никогда не надо так говорить, с молитвой все, да и уж без свету-то не надо оставаться. Ну и чё, дак так-де у меня ноги всю ночь горели, а ссадины-те на снегу померзли. На следующий день пошли с теткой Паней-то в баню вместе проверять. Зашли: и каменка на месте, и все тазы на месте, и никто не гремел, и ничё не падало, все на месте…

Бывальщина о том, как баннику место не понравилось

Построили одни баню, и в это время заболела у них дочка. А под подушкой каждое утро мать находила кусочки сахара, словно невидимая сила оставляла сладкий след. Уже и покупать стали сахар-песок, да все напрасно – каждое утро мать вновь находила сахар. А девочка все хуже и хуже себя чувствует, словно кто-то забирал ее здоровье.

В их доме остановился старик проезжий – мудрый, будто из незримого мира. У него-то и спросил отец, отчего дочь болеет. Тот посмотрел и сказал: идешь в двенадцать часов ночи на кладбище, накрываешь стол белой, словно первый снег, скатертью и ставишь на него две рюмки и бутылку водки. Причем рюмки должны быть не граненые, не с узорами, а простые, светлые, как прозрачные росы.

Отец все так и сделал. Стоит, ждет в тишине ночной. Вдруг услышал, как наливалась водка. Повернулся, а никого не видно. Глядит – рюмка уже пустая, и вдруг слышит таинственный голос:

– Баня у тебя не на месте…

Послушался отец голоса невидимого и стал разбирать баню. А девочка помаленьку стала выздоравливать, словно возвращалось к ней дыхание жизни. И уже когда оклад разбирал, вышла девочка на крыльцо, и ясно стало: правду говорил старик, что баннику место не понравилось.

Бывальщина о том, как банник девку загубил

Вот мне рассказывали: жила тут девка одна – вон, где угор [возвышенность, холм] сейчас. Ну и пошла она однажды баню топить. Только-от топить-то начала, слышит. Голос какой-то ей говорит: «Топи баню жарче, чтобы кожу снимать ловчее!» А она, глупая, баню дальше топит. Вот вытопила баню-то, пошла та девка с матерью. Ну, вымылись оне, вышли уже.

Девка-то и говорит:

– Обожди, я поводник [род многолетних травянистых растений] там оставила. Пойду, заберу!

Мать ей отвечает:

– Да брось ты его. Завтра возьмешь.

Та не послушалась, все одно в баню вернулась. Вот мать-то подождала ее и кричит:

– Где ты долго?

А та отвечает:

– Сейчас, сейчас!

Сама из бани не выходит. Мать опять ей кричит: «Где ты долго там?» Девка-то опять ей: «Сейчас, сейчас!» Три раза ее мать звала, а потом видит: плохо дело. Она мужиков-то в баню и послала. Они пошли туда и видят: девка уже наполовину ободрана. Черти-то ее предупреждали же, не послушала…

Бывальщина о баннике и баннихе

Было у нас. Пошли как-то две девки в баню, попозже всех. Разделись в предбаннике. Открывают дверь, а в бане пару полно: будто поддал кто. С улицы и не разберешь ничего, темень. Только они через порог шагнули – глядь: а в бане мужик с бабой голые сидят. И такие они заросшие да лохматые – прям страх! А сами-то маленькие, как детишки навроде. И весело так, с ухмылочкой, на девок поглядывают.

Те тогда вусмерть перепугались и припустились в чем были. Влетели в дом, а сами слова вымолвить не могут, трясутся. Потом уж рассказали. Наши-то говорили, что это банник с баннихой попариться решили. Мешать им в таком разе нельзя. Это еще девкам повезло, а то ведь и до беды недолго – сомлели бы аль угорели.

Бывальщина о свадьбе с баннихой

Пошел парень в баню ворожить. И вот кто-то в него вцепился и не отпускает. Он смотрит: вот девка перед ним. Она и говорит:

– Замуж меня возьмешь, тогда и опушу.

Парню нечего делать, согласился. Она ему тогда наказывает:

– Приходи в двенадцать часов ночи в баню со сватами. Выйдет нас двенадцать девок, а чтобы ты меня отметил из всех нас одинаковых, я ленточку на плечо себе пришью. И с каждой стороны будет стоять по три мешка. Так ты возьми те, что справа.

А может, слева она ему сказала, я уж не помню. А в мешках-то деньги были, приданое ее. Он так и сделал. Вот свадьбу сыграли и сколько-то прожили, она и говорит-де:

– Поехали к моим родителям.

Парень с родителями подивились: «Да куда ехать-то?»

А она все пристает. Ну, те согласились. Ехали, ехали, остановились у одного дома, вошли. Глядят: женщина сидит, зыбку качает. Девка к зыбке подошла да как швырнет ребенка к порогу.

– Кого растите?!

А ребенок упал и вдруг поленом стал. Подмененный, видимо, ребенок-то был. А настоящая девка у банницы все это время росла.

Бывальщина о подменыше

В бане живет банница. Она злая. Однажды она подменила ребенка. Женщина в бане рожала, а банница его украла. А той положила ненастоящего ребенка. Он ест и спит, только не растет, не движется. Так прошло семнадцать лет.

Однажды один парень пошел в баню. Его поймали черти и захотели убить. Пришла банница и отобрала его у их. Повела его к себе и говорит:

– Выбери себе невесту, а то убью!

Перед ним на лавке сидят девки, все улыбаются. У них зубы желтые, только у одной белые. Он взял эту, с белыми зубами. Вот они повенчались и стали жить.

А девка-то пришла к той женщине, у которой ребенок не растет, схватила его и бросила через себя, а он покатился и стал чуркой. А девка и говорит:

– Это меня подменили, ведь я твоя дочь.

Что о кикиморе говорят былички

«Про нее мало что известно. Говорят, что она жена домового и живет в подвале. Отличается она противным нравом».

«В селе Крыжино (Брянская область) была болотная кикимора. Называли ее