Читать книгу - "Журналист - Игорь Валериев"

разработку новой, бесшумной, подводной лодки типа «Кондор», вооруженную крылатыми ракетами С-10 «Гранат» с ядерными боеголовками до двухсот килотонн.

Данные проекты были на контроле не только Министерства обороны, но и ЦК КПСС. Поэтому неожиданный приезд Рудакова, который недавно стал вице-адмиралом и занимал должность, соответствующую замминистра СССР в промышленности, заставил Христораднова позвонить Захарову домой, чтобы уточнить, что планирует гость на свой приезд.

Каково же было удивление Юрия Николаевича, когда Захаров сообщил ему, что Рудаков по его приглашению приехал просто на концерт для ветеранов — юнг во Дворце пионеров. Первый секретарь обкома прекрасно знал, что Борис Васильевич опекает Дворец пионеров, в хоре которого поёт его младший сын. Знал он и о создании во дворце ансамбля, солистом которого стал Алексей.

А после вчерашнего разговора с Захаровым — старшим, который, судя по голосу, уже успел принять на грудь не одну рюмку со своим старым другом, Юрию Николаевичу самому захотелось посмотреть на этот концерт, на котором должны прозвучать песни юного гения. Так охарактеризовал Захаров автора и текста, и музыки новых песен, приглашая его вместе с женой в гости. Но, Христораднов отказался, давая друзьям спокойно посидеть одним.

С утра Христораднов, сообщив Захарову, что он присоединится с супругой к ним для посещения концерта и, уточнив, сколько ожидается ветеранов — юнг, дал команду помощнику собрать для них подарки в виде продовольственных наборов.

Их общий приезд во дворец чуть не довёл его директора до сердечного приступа. Очень та разволновалась, когда во дворец приехали оба секретаря обкома с женами, вице-адмирал с женой, а среди сопровождающих, кроме служащих обкома, ещё и горкомовские присоединились. Большая группа ответственных товарищей прибыла.

Поприветствовав ветеранов и вернувшись на место, Христораднов приготовился скучать. Все такие мероприятия были похожи, как под копирку, так как проходили утверждение сначала в горкомах ВЛКСМ и КПСС, а потом уже в обкоме. Захаров вчера сказал, что концерт сегодня будет с изюминкой, но идеологически верный. Он сам просмотрел весь репертуар и пообещал, что будет много интересного и в новом формате. Именно поэтому и телевидение приехало.

Между тем директор дворца объявила выступление хора Дворца пионеров. На сцену вышли мальчишки и девчонки, выстроились в два ряда, вперед вышел совсем уж молодой паренек, лет двенадцати — тринадцати одетый в военно-морскую форму, которая сидела на нём мешковато, а бескозырка была явно великовата. За стеной хора расположились музыканты, судя по всему, вокально-инструментального ансамбля, которые также были одеты в морскую форму и бескозырки.

Больше всего руководителю области понравилось, что ребята были коротко пострижены, словно настоящие военные моряки или юнги. А то сейчас вся поголовно молодежь носит длинные волосы, перенимая моду Запада.

Когда маленький морячок запел песню «Вечер на рейде», а на экране пошли кадры военно-морской хроники, Христораднов почувствовал, как его позвоночник покрывается мурашками, настолько мощный голос оказался у мальчишки, плюс завораживающие кадры на экране.

«Второй Муслим Магомаев, — подумал Юрий Николаевич, не отрывая взгляда от экрана. — Прав был Борис Васильевич, сказав, что концерт будет с изюминкой. Ох, прав! Очень оригинальное решение. Что-то похожее есть в фильме „Офицеры“, где в конце исполняется песня под нарезки различных эпизодов. Здорово!».

Христораднов посмотрел направо и увидел, что у многих ветеранов подозрительно блестят глаза. Когда песня закончилась, Юрий Николаевич искренне захлопал в ладоши от всей души, отметив про себя, что некоторые ветераны украдкой вытирают слезы на глазах.

Следующей была песня «Прощайте скалистые горы», и тут один из ветеранов вскочил, указывая на экран.

— Это же Рыбачий, ребята, а это мой эсминец «Куйбышев», — прокричал он.

В этот момент на экране показали сурового капитана третьего ранга с двумя орденами Красного Знамени на груди.

— А это наш командир корабля кап-три Кошеваров. Живой ещё.

Ветеран плюхнулся на свое место и начал вытирать слезы, которые буквально потекли у него по щекам, при этом, не отрывая взгляда от экрана, словно надеялся, что сейчас покажут ещё кого-нибудь из членов экипажа его корабля.

Выступление оркестра народных инструментов и оркестра баянистов с аккордеонистами прошел уже спокойнее. Ребятам похлопали, но как-то вежливо, без эмоций. После них на сцену вернулся ансамбль в форме, плюс к ним присоединились три девушке в белых форменках, тельняшках и гюйсах. Выглядели они настолько обворожительно, что зал разразился аплодисментами, приветствуя их. Христораднов присоединился к залу, изредка, поглядывая на Захарова, а тот не сводил своего взгляда с сына, который вышел вперед на сцену к микрофонам.

* * *

Лёха, выглядевший в форме, словно настоящий матрос срочной службы, вышел к микрофону и произнёс:

— Музыка Дмитриева, слова Беликова «Над Кронштадтом туман». Исполняют солистки ансамбля «Браво» Мартынова Екатерина, Васильева Вера и Кленова Лилия.

Захаров — старший смотрел на сына и радовался в душе тому, как ему идет военно-морская форма. Такую он мечтал носить в юности, но не удалось поступить в военное училище, в отличие от друга. Борис Васильевич скосил взгляд на адмирала Рудакова, который даже поддался вперед, внимательно наблюдая за тем, что происходит на сцене.

Не сказать, что Захарову удалось быстро уговорить, приехать друга вместе с женой из Москвы в Горький всего на один выходной день в гости. Володя был сильно занят и собирался работать даже в такой день, как День Победы. Только спор на ящик коньяка, что Рудаков сам захочет, чтобы песню, которую написал тоже Рудаков, исполнял Центральный оркестр Военно-морского флота СССР, заставил того согласиться на приезд. Шутка, не шутка, но такой спор по телефону произошёл. И Борису Васильевичу не хотелось его проиграть, потому что в случае выигрыша состоится сюрприз для Михаила, который Захаров ему обещал.

Солистки подошли к микрофонам, зазвучала музыка, на экране пошли кадры с видом Кронштадтского рейда с военными кораблями, словно в дымке, и, вторя этому, зазвучали слова первого куплета, который каким-то грудным голосом исполняла Катерина.

Над Кронштадтом туман, в синей дымке дома.

А кругом тишина, тишина да огни маяков!

И сама не пойму, не пойму почему?

Так близка, так близка мне судьба моряков!

И сама не пойму, не пойму почему?

Так близка, так близка мне судьба моряков!

Следующий куплет ещё более душевно запела, насколько знал Захаров, Вера Васильева, а на экране в этот момент пошёл сюжет, где современный, военный корабль, пробивается сквозь огромные волны. Зрелище просто завораживало.

«Интересно, где такие кадры наши», — подумал Захаров, чувствуя мурашки по всему телу.

А песня продолжалась.

Где-то в море они, дни и ночи одни,

Далеко, далеко, далеко от родных берегов.

И