Читать книгу - "Журналист - Игорь Валериев"

Чтоб любить, чтоб любить так любить моряков!

И уметь надо ждать, ждать опять и опять,

Чтоб любить, чтоб любить так любить моряков!

Третий куплет, также под интересные кадры спела третья солистка по имени Лилия, а четвертый куплет трио исполнило вместе, и когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами. Великолепное исполнение песни девушками и замечательный общий сюжет на экране буквально захватил зрителей, заставив их переживать за всех моряков во все времена.

Следующую песню «Экипаж — одна семья» пел Алексей, так же под замечательные кадры на экране. После второго куплета зал начал подпевать припев. Потом «И всё-таки море» спел Олег Касьянов, вновь покорив всех своим замечательным голосом. Захаров слышал его несколько раз и постоянно удивлялся столь мощному голосу, который принадлежал двенадцатилетнему мальчишке. Лишь бы он у него сохранился и не пропал, как это часто бывает, когда мальчишки взрослеют. Тогда Советский Союз получит второго Муслима Магомаева.

Дальше Лешка спел «Уходит бригантина от причала», потом песней «Моряк вразвалочку сошел на берег» девичье трио вновь сорвали у зрителей громовые аплодисменты. И вот наступил момент, которого так долго ждал Борис Васильевич.

Алексей объявил в микрофон:

— Следующая песня «Там за туманами», слова и музыка Михаила Рудакова. Песня посвящается всем морякам военно-морского флота СССР, которые в годы войны встали на защиту морских рубежей нашей Родины.

Захаров увидел, как адмирал Рудаков наклонился вперед и посмотрел на него. В ответ Борис Васильевич кивнул головой.

«Давай, Лешка, покажи всем, как надо петь эту песню», — подумал про себя Захаров — старший, сжав кулаки.

И сын начал очень душевно:

Синее море, только море за кормой,

Синее море, и далёк он, путь домой.

Там за туманами, синими далями,

Там за туманами берег наш родной.

А на экране, как по заказу пошли кадры военной хроники с подводной лодкой типа «Щука», уходящей под воду, потом пошли сюжеты о боевой работе подводников во время Великой Отечественной войны, их атака торпедами по кораблям противника. Промелькнули кадры и из фильма «Добровольцы», где Акишин, которого играет Леонид Быков, пишет прощальное письмо.

Ждёт Севастополь, ждёт Камчатка, ждёт Кронштадт,

Верит и ждёт земля родных своих ребят.

Там, за туманами, синими далями,

Там, за туманами, жены их не спят.

Там, за туманами, синими далями…

Во время этого куплета на экране буквально пролетели и залпы орудий главного калибра линкора, и атака торпедных катеров, и вновь атака подводников, а затем кадры из фильма «Командир счастливой „Щуки“», где встречают подводную лодку из похода.

Последний куплет, последние, душещипательные кадры на экране встречи моряков на берегу с любимыми и близкими, и тишина в зале. Захаров даже хотел обернуться назад, чтобы посмотреть на реакцию зрителей, почему молчат. Но тут встал адмирал Рудаков и энергично захлопал в ладоши, а за ним в едином порыве встали и остальные, взрывая зал аплодисментами.

«Кажется, я выиграл спор, и Михаилу будет сюрприз, — подумал Захаров, также отбивая ладони из-за всех сил. — Одно дело просто слушать песню, и слушать, когда её сопровождают такие замечательные кадры на большом экране. Молодцы, ребята, просто отлично придумали».

Когда зал успокоился, Алексей объявил в микрофон следующую песню:

— Следующая песня называется «Вера», слова и музыка Михаила Рудакова. Вот уже несколько лет наши советские воины исполняют интернациональный долг в Афганистане. Особая роль в этом отводится тем бойцам, которые на машинах везут для братского народа через перевал Саланг: продукты, горючее, кирпич, цемент или сантехнические трубы. Везут под обстрелами душманов, везут по минам, везут, не имея возможности повернуть ни вправо, ни влево, где с одной стороны скала, с другой обрыв в пропасть. За каждые десять рейсов через Саланг водители автобатов рисуют звёздочку на кабине своих машин, как лётчики во время Великой Отечественной войны за сбитые самолёты фашистов. Этим героическим ребятам и их девушкам, с любовью ждущих их дома, посвящается эта песня.

А дальше последовал замечательный проигрыш с художественным свистом Лешки, а потом он запел с какой-то хрипотцой в голосе:

Хочешь, клин журавлей в небе русских полей,

Или солнце аллей подарю тебе, Верка, на память.

Или хочешь, закат, а нет, лучше зарю

Просто так, наугад, подарю тебе, Верка, на память.

А на экране высокие горы и колона наших военных машин «Урал», везущих различные грузы.

* * *

Вице-адмирал Рудаков всё никак не мог успокоиться в душе после песни «Там за туманами». Для себя он уже решил, что объявит Борьке Захарову о своём проигрыше в споре. Да эта песня стоила того, чтобы её исполнил Центральный оркестр ВМФ СССР, надо будет только солиста подобрать. А также организовать такое же киносопровождение во время её исполнения. Особенно кадры, связанные с подводными лодками.

Была бы его воля, Рудаков назвал бы эту песню гимном подводников, и вообще все кадры посвятил бы только подводным лодкам. В принципе это в его силах, почему бы так и не сделать. Подводный флот сейчас развивается огромными темпами, почему бы у этого флота не быть неофициальному гимну.

Честно говоря самому себе, Владимир Андреевич был сегодня буквально шокирован такой организацией концерта. Первые же две песни, исполняемые детским хором, в сопровождении специально подобранных кадров военной хроники, заставили замереть сердце моряка. И, судя по всему, не только у него замерло сердце, а и у большинства зрителей, которые хоть как-то были связаны с морем. Ветераны — юнги, те вообще не стыдились своих слёз. Да и сам адмирал смахнул парочку, которые навернулись на глазах.

Сын друга закончил песню, посвященную воинам-интернационалистам, и вместе с мальчиком, который пел с хором «Вечер на рейде» и «Прощайте скалистые горы» начали петь, чередуясь и дуэтом очень душевную песню «Березы», также написанную Рудаковым Михаилом.

Кадры на экране заставили Владимира Андреевича вспомнить родную деревню, в которой они родились и выросли вместе с Борькой Захаровым в соседних домах. В их деревне Кошкино и в её округе было множество берёз. И береза была любимым деревом адмирала.

А на сердце опять горячо, горячо,

И опять и опять без ответа.

А листочек с берёзки упал на плечо,

Он, как я, оторвался от веток.

Закончили душевно ребята вместе, и вновь зал заполнился громкими аплодисментами. Рудаков искренне хлопал вместе со всеми. Его друг был прав, эти песни написал, если и не гений, то очень талантливый человек. И Владимир Андреевич до сих пор не верил, что эти три песни, которые он услышал, и слова, и музыку