Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

струйки, текущие с его кожи. Подхватил и стал уносить куда-то за холмы. Держи свежего воздуха, тварь поганая, всё для тебя!

Дракон тут же почуял опасность и, пригнувшись, выдал новый залп. Я задержал дыхание и закрыл глаза, окутав себя простейшим щитом — нельзя было тратить силы на защиту от вони, надо было поддерживать магию ветра.

Глаза заслезились от смрада, с уголков губ потекли слюни, и я едва не упал в обморок. Меня грозило снова вывернуть, но я стоял и держался, пытаясь сохранить концентрацию на ветре, который подхватывал за моей спиной свежие воздушные массы и нёс к чудовищу.

И снова дракон стал вдыхать… Я усилил ветер, в особенности над полем из трупов, не давая монстру пополнить запасы вони в своих лёгких. Я стал буквально впихивать чистый воздух ему в глотку, заставляя монстра крутить головой и искать более вонючую область для вдоха.

Мучительный рёв дракона заполнил всю округу. Меня едва не свалило от его визга, и я, обернувшись, заметил, как звуковую стену, оставленную Тёмным Жрецом, расколола прозрачная трещина.

Не я, так дракон мне помог…

Дракон всё пытался вдохнуть, но уже хрипел от удушья — чистый воздух для существа, выросшего в глубинах зловонного ущелья, оказался практически ядом.

Скрючившись над трупами, монстр, казалось бы, замер… А потом, взревев раненым зверем, хапнул огромной пастью кучу гниющих тел и свалившихся с него насекомых. Затем, прижимаясь брюхом к земле, он вдруг пополз в холмы, где шатался, заваливаясь то на один бок, то на другой… Иногда пытался взлететь, взмахивая дырявыми крыльями.

Так он и исчез вдали за холмами, где валил деревья, до которых не достал огонь моего взрыва. Направлялся он примерно туда, где должно было располагаться ущелье Нужник Моркаты. Дракон просто пытался доползти до родного вонючего дома.

Выдохнув, я опустился на землю и просто уселся. Вокруг так и парил смрад, от которого хотелось блевать, но если сравнивать с дыханием дракона, то это был свежайший ветер.

Чёртов вонючий север! Что-то мне родина Агаты и Креоны совсем уже разонравилась. Жить я здесь точно не буду…

Впереди так и лежали остатки хладоградского войска. Глупый царь Стоян просто так угробил столько своих людей, отдав земли под ересь Тёмного Жреца. Надо как-то донести до людей правду, им это точно не понравится.

Отдышавшись, я оглянулся… Над сгоревшей деревней всё ещё поднимался дым. Где-то там хитрый Тёмный Жрец гнался за Кутенем, облёкшим себя в светлую форму и изображающим Луку.

Я гулко постучал ладонью по земле.

— Выходите!

Дорога подо мной пришла в движение, от неожиданности я едва не свалился в образовавшуюся огромную яму, но меня поддержали высунувшиеся корни. А потом из ямы показалась троица — Креона, Виол и улыбающийся Лука.

— Господин Малуш, а вы прямо как Бам-бам стучали! — мальчишка вздохнул, — Я уж подумал, и вправду медоёж появился.

— Увидишь ещё своего Бам-бама, — усмехнулся я.

— Громада, — Виол оглядывался, что-то разглядывая в воздухе, — Это очень сильный бард. Я даже не знал, что такие бывают… Такое чувство, что сам Маюн спустился на землю. Но это, конечно же, был не Маюн…

— Надо спешить к Храму, — я усмехнулся, — Насколько понял, он теперь беззащитен?

— Настоятельница одна стоит десять таких войск, — сказала Креона, — Но ты прав. Надо спешить.

— Можно подумать, — буркнул бард, — мы когда-то не спешили…

* * *

«Ты просишь лайки, но делаешь это без уважения» — говорили они, нависая пальцем над беззащитным авторским сердечком…

Глава 2

Храм Холода впечатлял…

Огромная крепость с высокими белёсыми стенами, вросшая в склон горы, возвышалась над долиной. Башни крепости, прячась за стенами, тоже будто карабкались по склону, поднимаясь всё выше и выше к снежной вершине горы, исчезающей в облаках. Отсюда было плохо видно, но в снегах на вершине виднелась какая-то лестница, ведущая вверх.

За вершиной, к которой прилепился Храм Холода, высились самые настоящие горы, мерцающие льдами и снегом, и казалось, что крепость является вратами. Креона, кстати, обмолвилась, что в горах за Храмом и вправду очень много магических зон.

Когда мы приблизились к долине, снег разошёлся вовсю, наполовину скрывая крепость, чем придавала ей ещё больше величия. Заодно метель помогла понять, что Храм окружает какое-то магическое поле — над стенами и башнями вихри смазывались, будто натыкаясь на незримое препятствие, а иногда по магической пелене пробегала дымка.

Нам ещё предстояло спуститься и пройтись по лесной долине. Природа тут ничем особо не отличалась от всей Северной Троецарии — дорога петляла по оврагам и пригоркам, по обочинам густо росли сосны и ели. Где-то в лесу виднелось огромное заснеженное поле, кое-где темнеющее проплешинами, и я понял, что там скрывается полностью замёрзшее озеро.

Креону природная красота никак не трогала, она была погружена в свои тяжёлые думы. Ещё когда мы прошли через останки войска, чьи воины просто стали жертвами для тёмного портала, чародейка вдруг остро осознала, что беззаботные времена на севере закончились… И теперь всю дорогу молчала.

Сейчас мы стояли на пригорке, готовясь к последнему рывку. Спуститься в заснеженную долину, пройти её, а потом снова подняться, но уже к Храму Холода. Навскидку займёт часа четыре.

Креона вздохнула, по её щеке потекла слеза, которая сразу упала бисеринкой льда.

— Теперь я иду сюда, как враг…

Я пожал плечами. Мои бросские мозги путались, пытаясь подобрать слова, которые могли бы помочь чародейке и успокоить её. Вот какую-нибудь интригу или хитрость придумать — это я могу. А вот успокоить… Успокаиваться каждый взрослый человек должен сам.

Не умеешь успокаиваться? Нечего начинать волноваться.

Как по мне, Креона себя слишком накручивает — о последствиях должны были думать те, кто эту кашу заварил, а не те, кто расхлёбывает.

— Но нас же там друг ждёт, — вставил Лука, — Ведь так, господин Малуш?

Я кивнул, а чародейка с улыбкой потрепала мальчишку.

— Умеешь ты, Лука, подобрать слова.

— Видит Маюн, я знаю, о чём ты думаешь, северные твои ляжки.

— Не сейчас, гусляр, нет настроения для шуток, — буркнула Креона, но бард лишь отмахнулся.

— Хорошо читать о древних войнах в книгах, — сказал он, — Легенды всегда веют романтикой… Как у вас тут, на севере, поют?

Так достойный Велеми-и-и-ир спас однажды этот ми-и-и-ир,

Злого духа он прогна-а-ал, в сердце меч ему вогна-а-ал!

В бою брата потеря-я-я-ял, горько слёзы пролива-а-а-ал…