Читать книгу - "Сообщница Злодея - Ханна Николь Мерер"

перевернуться на живот и вздремнуть. В последнее время он много спал – проклятие начинало сказываться на нём физически, помимо превращения в животное.

Клэр, кажется, не разделяла его ощущений по поводу жары, она откидывала короткие пряди назад, пытаясь заколоть их, и с раздражением фыркала, когда они выскальзывали.

Глаза Татьянны заблестели, она протянула руку за заколками.

– Дай мне.

Клэр моргнула, но медленно повернулась, позволяя Татьянне заколоть ей волосы, и Александр почувствовал, как его мысли уплывают в те времена, когда он был человеком. Когда он мог заставить друзей смеяться одним высказыванием, когда мог покорить женщину цветистым комплиментом и кивком головы. Теперь всё по-другому.

Как же он устал.

«Не вздремнуть ли?» – подумал он. Закрыть глаза и…

Мысли Александра были прерваны – пушечным ядром.

Буквально пушечным ядром.

От грохота зазвенело в его крошечных ушках, когда снаряд пробил палубу, расколов дерево пополам, и провалился во внутренние помещения.

– Сэйдж! – крикнул Тристан издалека, бросаясь вперёд и опускаясь на колени прямо у образовавшейся дыры.

Клэр и Татьянна последовали за ним под отчаянные крики матросов, а Джонс отдавал быстрые приказы.

Прежде чем Клэр и Татьянна добрались до Тристана, его плечи поникли, и он с облегчением выдохнул.

– Слава богам, – пробормотал Тристан, потирая переносицу.

– Эви, ты в порядке? – крикнула Татьянна, когда все они заглянули в огромную дыру от ядра, где стояла Эви, скрестив руки и притоптывая ногой. Она рассмотрела дыру, а затем подняла на Тристана строгий, укоризненный взгляд.

Указав на большое чёрное пушечное ядро рядом с собой, Эви раздражённо крикнула наверх:

– Это отвратительный подарок на день рождения!

Тристан проигнорировал комментарий, лихорадочно крича вниз:

– Тебя не задело?

– Немного. Можно было хоть бантик повязать, – бросила Эви.

Александр квакнул.

Тристан откинулся назад, потирая глаза и бормоча себе под нос:

– Иронично, но меня начинает уже пугать её бесстрашие.

Кингсли поднял табличку: «СМЕШНО».

– Вовсе нет! – проворчал Тристан.

Но шутки кончились, когда матрос на марсе закричал остальной команде:

– ПИРАТЫ!

На лице Тристана отразилось раздражение, словно ему на плечо села муха, Татьянна вздрогнула, лицо Клэр побелело, а Эви Сэйдж…

Реакция Эви Сэйдж была такой:

– Думаешь, у них есть бантик?

Александр квакнул.

Как раз в тот момент, когда пролетело очередное ядро.

Глава 64. Бекки

Тем временем в замке…

Блэйд был жив. Но ранен. И без сознания.

Он лежал в покоях целительницы. Нура Сэйдж предложила присмотреть за ним, пока Бекки собиралась с духом, чтобы сделать то, что необходимо. Магия звёздного света не убила его, но что бы они ни делали, он не приходил в себя. Татьянны не было, как и Клэр, и помочь им мог тот единственный человек, которого Бекки не горела желанием видеть.

Но Бекки не была трусихой и пошла бы на всё ради близких.

Даже на это.

Именно поэтому она теперь стояла в подземелье, глядя на брата, который смотрел на неё с обидой и недоумением.

– Бекс! – Роланд вскочил на ноги и бросился к решётке. – Слава богам. Мне нужно объяснить тебе про цветок памяти. Пожалуйста.

– Блэйд ранен. Цветком, который ты и принёс, – ощерилась Бекки. – Давай объясняй поскорее.

Роланд похолодел, и Ребекка почувствовала удовлетворение, зная, что актёр из брата никудышный, а значит, его смятение было искренним.

– Матушка считала, что цветок должен достаться Эви. Раз уж это последняя частица Нуры… Она до сих пор думает, что Нура мертва, помнишь?

Ребекка промолчала, а Роланд поправил очки – нервный жест, свойственный ему. От этого у неё перехватило дыхание.

– И растение всё не замолкало. Каждый час, время сверять можно, оно начинало кричать. Мама подумала, что если я принесу его Эви, то беспокойная часть Нуры, живущая в цветке, успокоится в присутствии детей. Это единственная причина, по которой оно у меня, – честное слово. Когда я узнал, что Нура жива, я придержал его, не желая сеять раздор. Я собирался отдать его тебе. Правда.

Ребекка вздохнула, достала ключи из кармана и отперла дверь, кивая Роланду, чтобы выходил.

– Я знаю. Гвардейцы нашли в твоих покоях переписку с мамой.

Роланд размял шею, выходя из камеры, и нахмурился.

– Ну, конечно, поверить мне на слово было нельзя.

Ребекка ответила холодно:

– Либо я веду себя с тобой осторожно, либо вовсе не имею дела.

Роланд выглядел должным образом пристыжённым.

– Что ж, справедливо. Приношу свои извинения. Как Блэйд?

Ребекка продолжила:

– Его опалила магия звёздного света. Я знаю, что при правильном использовании она должна исцелять людей, так?

Роланд кивнул.

– Так гласит легенда.

– Тогда мне нужно, чтобы ты разобрался, как мы можем использовать растение, чтобы исцелить его рану и пробудить.

Роланд широко раскрыл глаза.

– Я… я попытаюсь.

Ребекка ткнула пальцем ему в грудь.

– Ты преуспеешь.

Роланд кивнул и резко обернулся на шаги, отдающиеся эхом на лестнице. Тусклый свет факела выхватил запыхавшегося Марва, упёршегося руками в колени, с растрёпанными волосами, торчащими в разные стороны.

– Миз Эрринг! Миз Эрринг, я должен сказать… Вы что, освобождаете заключённого? – Марв замер, беспокойно теребя пальцы.

Роланд взял Марва за локоть и отвесил ему поклон, отчего привратник слегка напрягся под напором полуулыбки Роланда.

– Роланд Фортис, заключённый, к вашим услугам.

Марв нервно рассмеялся и попятился, пока не наткнулся на пустое ведро на шатком столе, отчего оно с грохотом полетело на пол.

– Марвин Краш, привратник.

Ребекка раздражённо поправила его:

– Граш, Марв. Твоя фамилия – Граш.

Роланд, неизменный обаяшка, облокотился о каменную стену, возвышаясь над Марвом всего на несколько дюймов.

– «Краш» тоже отлично подойдёт. – Он широко ухмыльнулся, и у Марва едва не подкосились ноги.

– Роланд! Хватит отвлекать персонал от работы.

Роланд отдал честь.

– Прости, Бекс. Когда ты сменяешься, Марв?

– Ради всего святого… Марш в покои целительницы, пока я не усыпила тебя на месте!

Брат наклонился и прошептал ей на ухо:

– У него?..

– Личные связи на работе строго запрещены, – прошипела она в ответ.

Роланд посмотрел по сторонам.

– Но я тут не работаю.

– Ты в офисе. Никакого конфликта интересов.

«Закатить истерику – непрофессионально. Закатить истерику – непрофессионально. Закатить истерику – непрофессионально».

– Роланд, или иди, или возвращайся в камеру.

Тот беззвучно сказал Марву «потом», и гвардеец побагровел, а Роланд сунул руки в карманы и с важным видом направился наверх.

«Братья – это наказание богов, испытывающее твоё терпение».

– Марв, – резко сказала Ребекка. – Когда закончишь пялиться на моего брата, не расскажешь, что там у тебя было такого срочного?

Марв подпрыгнул и, заикаясь, обратился к ней:

– Пушок, миз Эрринг.

Он покачал головой.

У неё душа ушла в