Читать книгу - "Сообщница Злодея - Ханна Николь Мерер"

не сильно поможет девочке, сломав ногу, но если упасть как надо, то, может, получится ограничиться рукой. Девочка была худенькая на вид; наверняка хватит и одной руки, чтобы унести её из опасного места.

Но не успела Эви прыгнуть, как девочку кто-то подхватил. Нет, не кто-то, а что-то. Нечто… тёмно-серое.

– Сэр? – позвала Эви, узнав магию Злодея.

Вскоре появился и он, на чёрном жеребце, само воплощение ужаса, каким его и видело всё королевство.

Но Эви-то знала, каков он.

Он спрыгнул с коня, взял на руки плачущую малышку, шепча ей что-то, чего Эви со своего места не могла расслышать, но поняла: это что-то успокаивающее, ведь девочка тут же затихла и робко заулыбалась, и сердце Эви начало делать неловкие замечания остальному её телу.

Тристан поскакал в другом направлении, к собравшейся толпе, передал ребёнка рыдающей матери, которая схватила Тристана за плечи и обняла.

«Славно. Ему правда не помешает».

Остальные селяне наблюдали за сценой, потрясённо переглядываясь.

– Эм… Ну, ну. – Тристан неловко похлопал женщину по спине и отстранился, чтобы сесть на коня.

– Спасибо, мистер Злодей! – закричала малышка, и этот крик донёсся до Эви, которая увидела, как босс расправил плечи в ответ.

– Я злой, малышка, я сделал это… для злых целей, которые ты ещё не знаешь, – отбрил он.

– Это для каких? – громко спросил какой-то старик, не скрывая сомнений.

– Какой же из меня злодей, если я выложу все планы? – зловещим тоном ответил Тристан и развернул коня туда, где приземлился феникс-угроза.

– Мужики говорят так, когда сами не знают, что творят, – прошептала одной из девушек почтенная дама.

– Неправда! – откликнулся Тристан, но плечи его слегка поникли, когда он направился к дому, на крыше которого сидела Эви.

Эви рассмеялась, хотя от потери крови у неё уже кружилась голова.

– Ну как тебе – когда тебя насквозь видят какие-то ребята, с которыми ты встретился две с половиной минуты назад?

– А тебе как оказаться без работы? – пробурчал он.

– А тебе как получить камнем по башке?

– Что? – Тристан поднял глаза, и Эви швырнула ему в черепушку маленький, почти невесомый камешек. – Ай!

– Что, не очень? – Эви кивнула, делая вид, что записывает данные для научного открытия.

Её рука была покрыта алым, и она быстро опустила её обратно на ногу, отметив, что кровотечение, по крайней мере, наконец замедлилось до степени, не так угрожающей жизни.

– Какого пустыря, Сэйдж! Ты там что, истекаешь кровью? – закричал Тристан.

– Очевидно же, нет – я тут рисованием занимаюсь, – съязвила она.

– Спускайся сюда!

Эви заглянула за край крыши и кивнула.

– Ты здесь главный.

Она перекатилась через край и на секунду повисла в воздухе, прежде чем под ней возникло крупное тело, смягчая её падение.

– Я не предлагал тебе прыгать! – прохрипел он под ней.

– Вы не уточнили, сэр. – Она щёлкнула его по носу.

Он сверкнул глазами.

– Смерти моей хочешь?

– Не раньше следующей недели.

Он встал сам и вздёрнул на ноги её, как вещмешок. Ей это понравилось куда больше, чем следовало бы человеку с хотя бы каплей самоуважения.

И тут она вспомнила, как он прижимал к груди ту маленькую девочку, и на мгновение представила, как он держит другую девочку – с тёмными бешеными глазами и чёрными кудряшками…

«Ладно, тут и капли не наберётся».

– Святые боги, – выдохнул Тристан, пытаясь остановить кровь, но при этом он лихорадочно выискивал кого-то в толпе. – Татьянна!

– Всё в порядке. – Эви оттолкнула его.

– В тебе дыра! – взбешённо прошипел он.

Ещё один визг птицы заставил Эви прикусить губу, чтобы не рассмеяться. Тристану потребовалось примерно три секунды, прежде чем он догнал ход её мыслей.

– Как у тебя получается даже сейчас находить в разговоре что-то непристойное?

Эви скривилась:

– Особый талант?

Тристан подхватил её за талию и отшвырнул в сторону, а ещё один огненный шар пришёлся точно на то место, где она стояла.

– Сэйдж, мы ничем не можем помочь этим людям. Магия птицы вышла из-под контроля. Или ты готова убить её? В таком случае тебе следует знать, что она возродится через несколько минут. И, надо думать, будет ещё злее.

Она ухватилась за его плечо, чтобы удержать равновесие, и твёрдо встала на ноги.

– Я не оставлю этих людей.

– Почему? – заорал на неё Тристан. – Ты их не знаешь, и они не сделали бы того же для тебя!

Эви поймала его взгляд, не отпуская.

– Я делаю это, не исходя из того, что они сделали бы для меня. Я делаю это, исходя из того, что так поступаю я.

В глазах Тристана встала глухая стена, пока он обдумывал её решение. Когда её слова дошли до него, он коротко кивнул и осторожно помог взобраться на своего коня. Её кобыла давно уже умчалась в противоположном направлении.

– Хорошо, Сэйдж, – произнёс Злодей, вскакивая в седло позади неё. – Если уж мы собрались творить добрые дела, то у нас есть козырь, которого нет у Славных гвардейцев.

Она с любопытством улыбнулась ему.

– И что же это?

Он улыбнулся в ответ, и ямочка на щеке проявилась во всей красе. Или потеря крови просто вызывала у неё приятные галлюцинации? Но Эви знала, что всё происходит на самом деле, ведь только Тристан Маверин мог получать такое удовольствие от того, что сказал дальше:

– Мы не играем по правилам.

Они понеслись галопом навстречу существу, и чёрная дымка следовала за ними.

– Сэр. Ваша магия. Может, мне отодвинуться?

– Нет, – твёрдо ответил он. – С тобой она непредсказуема, но сильна. Это единственное, что может помочь нам в этой ситуации.

Кинжал засветился, и шрам тоже, когда они приблизились к фениксу. Эви почти уже не чувствовала боли в ноге, что означало одно из двух: или рана куда менее опасна, чем предполагалось, или всё гораздо хуже.

Оптимистка, она выбрала верить в первый вариант.

– Каков план? – нервно спросила Эви, когда их лошадь резко остановилась – огромная птица внезапно приземлилась прямо перед ними. От неё исходили угрожающие волны гнева и пламени. Но Эви она показалась, скорее… грустной.

– Не умереть, – сухо произнёс Тристан. – Это всё, что у меня есть на данный момент, ибо это событие стало неожиданным дополнением к нашему путешествию.

– А разве всё наше путешествие не состоит из неожиданностей? – проворчала Эви, вцепившись в его руку, пока он помогал ей слезть.

Она подняла кинжал, но держала его крепко. Фениксы считались мирными птицами; они не славились разрушениями или диким нравом. И хотя фиолетовая разновидность встречалась реже, чем прочие, их также называли самыми добрыми.

– Они такие нежные создания. Это разбивает сердце, –