Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен. Если хочешь, то я прямо сейчас разгоню всех жриц… Нет! Я всех их уничтожу! Так ты окажешь мне честь? — выдохнул он с волнением.

Делия слегка улыбнулась и поднесла к губам его ладонь, такую же шестипалую, как у неё. Разгорающаяся страсть привела к тому, что тёмные локоны, обрамляющие их лица, начали извиваться как змеи на голове Медузы Горгоны.

Возобновлению прежнего романа помешал всепроникающий вой сирены и резкие голоса встревоженной стражи.

Во всеоружии демонской власти Владычица ночи методично долбила защитный купол и наконец сумела его пробить. Силовое поле полыхнуло радужным сиянием и погасло. Время было дорого, и она немедля проникла внутрь резиденции хранителей. Зачем это нужно, она не знала, но так хотела демоница, которая снова дала о себе знать и как коршун наблюдала за каждым её шагом.

***

Перехватив управление общим с симбионтом сознанием, ИЭФ медленно спланировала вниз, к невидимому мостику, висящему над звёздной бездной, и её душа наполнилась печалью. В той невообразимой толще времени, что разделяла её с прошлым, она когда-то тоже была молода и норовиста, как та девчонка, что теперь примеряла её личину, и величайший из мастеров, чтобы успокоить боль в её сердце, вызванную потерей их общего ребёнка, создал аттракцион под названием «Звёздный мост», который, по своей сути, был рукотворной вселенной. Ведь её муж был гений среди гениев. Она и подумать не могла, что «Звёздный мост» сохранился до настоящего времени, но вот он перед ней и, судя по высветившемуся приветствию, по-прежнему ждёт её прихода.

«Что ж, теперь я знаю, что Создатель любит подшутить над своими марионетками. Впрочем, возвращение в мир юности не столь уж плохая идея. Жаль, что там нельзя остаться навсегда», — с горечью подумала она и ступила на хрупкую силовую дорожку, которая, насколько она помнила, вела к Сокровищнице мира «Звёздного моста».

***

Пока Владычица ночи не на жизнь, а на смерть билась с демоном-лисом, отстаивая свою свободу и рассудок, Клермон тем временем разбирался с непокорными североводскими вассалами, не желающими признавать его власть. Кто-то из них пронюхал, что совсем недавно он был трактирщиком и теперь именем старшего сына князя Локса усиленно мутил воду, желая во что бы то ни стало свергнуть его с княжеского престола. Так что ему пришлось в срочном порядке вспоминать отцовские уроки и выстраивать линию обороны, заводя полезные знакомства.

Свою кампанию он начал с командного состава в североводском войске. Зная о его сложном положении, Мирелла предложила ему свою помощь, но он отказался. Впрочем, она не приняла его отказа, понимая, что тот продиктован самолюбием. Действуя где-то словом, где-то делом, она вербовала ему сторонников с такой скоростью, что Клермон не выдержал и сдался. Перестав делать вид, что ничего не замечает, он захватил с собой букет роз и бутылку лучшего вина, а после постучал в двери покоев, отведённых мнимой родственнице, во всяком случае, он так думал, не подозревая, что их на самом деле связывают узы общей крови.

— Наконец-то! — усмехнулась Мирелла и, взяв цветы, указала ему на стул. — Садитесь, князь. Думаю, у вас ко мне разговор. Да и мне есть что вам поведать.

Клермон поёрзал на стуле. Отчего-то он робел перед златовласой красавицей-ведьмой, в которую она превратилась.

— Да нет, я всего лишь хотел поблагодарить вас за помощь. Я же не слепой и вижу, что своими успехами во многом обязан вашему содействию.

— Рада, что вы это признаёте.

Прежде чем сесть, Мирелла взяла у служанки вазу и опустила розы в воду, а затем провела над ними ладонью, после чего бутоны будто по волшебству (а может, так оно и было) раскрыли лепестки.

— Чудеснейший аромат! А вы знаете, что лишь розовые розы так сильно и нежно пахнут? — усевшись напротив, она протянула Клермону свой бокал. — Что там у вас? Наливайте. Не сказать, что я люблю состояние опьянения, но от хорошего вина не откажусь.

— К сожалению, я не знаю ваших предпочтений, но надеюсь, что вам понравится.

Клермон разлил вино по бокалам, и они чокнулись.

— Ну как? — спросил он, с любопытством глядя на ведьму. В его голове до сих пор не укладывалось, что это та же самая старуха, что впервые он увидел в своём трактире у Северного тракта.

Мирелла покатала вино на языке и прислушалась к вкусовым ощущениям.

— Мне нравится, — заключила она и с сарказмом добавила: — Что, никак не можете привыкнуть к мысли, что я и она одно и то же?

— Да, — признался Клермон. — К тому же вы теперь иначе выглядите.

— Верно, — погрустнела Мирелла. — Может, в своём истинном облике я была не слишком красива, но мне нравилось то, что я видела в зеркале.

Клермон удивлённо глянул на неё.

— Перед тем, как Кат Ворон отрубил вам голову, вы же были в истинном облике? — спросил он. Когда ведьма согласно кивнула, он добавил: — Тогда должен сказать, что вы были очень красивы. Во всяком случае, с моей точки зрения.

Мирелла с недоверчивой улыбкой покачала головой.

— До сих пор не понимаю, в чём здесь дело. С юности почему-то все мужчины твердили, что я красавица, а вот женщины считали дурнушкой, даже родная мать. Она всё переживала, что на мне никто не женится, и говорила, что вся надежда на мою фигуру и волосы.

— Думаю, это зависть.

— Ну, нет! Ладно, чужие, но родная мать?

— Да, что-то не сходится, — признал Клермон. — Думаю, дело в другом. Одна знакомая как-то сказала, что красота женщины — это как фасон платья. Сегодня барышни считают его красивым, а назавтра с презрением отвернутся.

Блестя глазами, Мирелла хихикнула.

— Это называется модой, — весело сообщила она.

— Точно! — Клермон с торжеством хлопнул себя по колену. — Она употребила именно это слово.

— Это была Владычица ночи?

— Да, — односложно ответил он.

Вопрос ведьмы напомнил ему, с кем он имеет дело.

— Всё забываю спросить, зачем вы убили детей Таденов?

Мирелла поморщилась.

— Мать-земля! Нашли, что вспомнить! Испортили всё удовольствие. Впрочем, налейте мне ещё вина, и, возможно, я отвечу.

Клермон выполнил её пожелание, и она, выпив, снова протянула бокал.

— Лейте, не жалейте. Для откровений ещё слишком мало. Дайте сюда! — и она забрала у него бутылку. Когда та опустела, она посмотрела на него