Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

этого дело? Хочешь остаться хозяйкой в княжеском поместье? Поэтому крутишься около Клермона? — спросил он, решив, что уже достаточно миндальничал с той, что больше его не любит. Знакомый не понаслышке с господином, начавшим своё шествие по Москве с Патриарших прудов, он придерживался мнения, что не только осетрина, но и любовь не бывает второй свежести.

От неприязненного тона демона-лиса Мирелле стало не по себе, но она решила идти до конца, невзирая на последствия.

— Вас это не касается, — ответила она ровным тоном и, помолчав, добавила: — Одно могу сказать, Клермон пришёл мне на помощь в такой момент, что я буду благодарна ему всю оставшуюся жизнь.

— Вряд ли он так долго проживёт, — язвительно проговорил Даджи, и она собралась с духом.

— Поскольку я решила жить как обычный человек, вряд ли мой век будет долог.

— Неужели? — усмехнулся Даджи. — Свежо предание, да верится с трудом… Мирелла, ты серьёзно? — он тряхнул девушку за плечи, причём с такой силой, что у неё клацнули зубы. — Ну-ка, посмотри мне в глаза! Чёрт возьми! Совсем мозги отшибло?.. Нет, ты лжёшь! Я не верю! Лучше сразу скажи, что тебе нужно и я, даю слово, не накажу тебя за дерзость.

— Мой господин, я ещё не сошла с ума, чтобы обманывать вас.

— Да? А я вот думаю, что ты не в своём уме, если говоришь такие вещи, — Даджи подозрительно сузил глаза.

— Ну-ка, прочитай что-нибудь из моих любимых стихотворений, — потребовал он в качестве удостоверения личности, и Мирелла, настраиваясь на нужный лад, прикрыла глаза.

В восточном предместье —

цветущий персик и слива,

К прекрасным деревьям

протоптано множество троп.

Но вот уже ветер

уносит пожухлые листья,

И время упадка

своё здесь начало берёт.

В цветении пышном

таится уже увяданье,

В роскошных палатах

терновник взрастёт и бурьян,

Скакун быстроногий

далёко отсюда умчался,

Туда, где остались

следы на горе Шоуян.

Когда было трудно

спастись от угрозы нависшей,

То мог ли я думать

о детях своих и жене?

Серебряный иней

на дикие травы ложится,

И сумерки года

закат предвещают и мне.[2]

Закончив декламировать стихи, она открыла глаза и пристально посмотрела на Даджи.

— Итак, каково ваше мнение, мой господин? Это я или та портовая дурёха, что когда-то пришлась вам по вкусу?

Стрела, влетевшая в окно и зависшая в миллиметре от правого глаза, заставила её окаменеть.

— Что ты молчишь? Скажи что-нибудь. Например, что ты вернёшься к прежним ведьмовским привычкам и, главное, больше не будешь мне противоречить, — донёсся до неё голос Даджи.

Мирелла понимала, что последует за её ответом, но не дрогнула.

— Простите, мой господин, но моё решение неизменно. Отныне я обычный человек, — сказала она, с трудом удерживаясь от того, чтобы закрыть глаза. Демон-лис, которому пришлись не по вкусу её слова, издал яростный рык, и она задохнулась от невыносимой боли.

Подавив демоническую часть, вырвавшуюся на волю, Даджи подхватил её на руки и прислушался. Сердце преображённой Миреллы продолжало биться и это его успокоило. Он знал, что мозг повреждён и сильно, но ведьмы отличались необычайной живучестью.

Памятуя о неприятном инциденте с Владычицей ночи, он вынул стрелу и с некоторой опаской взялся за лечение. К его успокоению, демонская жизненная сила подействовала как обычно, и он перенёс Миреллу в своё поместье. Давая ей прийти в себя, он оставил её под сонными чарами, а сам отправился