Читать книгу - "Капля крови на бусине дзи - Элла Чак"

Мой взгляд опустился на черную бусину дзи на шнурке вокруг запястья Гуань Юя, которую он берег как зеницу ока все эти двадцать лет. Гуань Юй поймал направление моего взгляда. Он заметил белую бусину на бечевке вокруг моего запястья.

– Ты была на том озере, упражняясь с гуань дао. Это была ты, я не спутал бы тебя ни с кем! Пусть прошло двадцать лет и пройдет еще две тысячи. Я узнаю тебя всегда, и везде найду!

– Восторг! – захлопал в ладоши Гуй. – Красота, так что глаз не отвести! Конечно, ты найдешь ее, а она найдет тебя. Ваши души встретятся, несмотря ни на что. Иначе я не раскидывался бы тут лю-бо направо и налево. Вы нужны мне оба! О-о-о-оба!

Он с театральным вздохом окинул взглядом Му Синь:

– Нам такие чувства и не снились, прекрасная императрица и наиумнейшая из живущих жрица.

– Она тупица, – не выдержала я, – такой парень любил ее! Столько лет страдал, убивал и сражался, чтобы вернуться! А она сожрала гадов, отдала душу демону. Чуть не убила младенца. Скормила теневым сколопендрам мужа! И брата, – я подняла глаза на Му Синь, – тоже она приказала убить. И за это будет проклята.

Одним рывком Му Синь приблизилась к генералу, притащив меня за волосы и бросив ему под ноги. Я даже вскрикнуть не успела или попытаться отбиться. Слишком быстрой она оказалась. Слишком хорошо обученной, а значит, не просто щеголяла своей военной золотой амуницией, ведь бренчать доспехами и носить их – не одно и то же.

Гуань Юй бросился на колени и подал мне обе руки, помогая встать.

– Ты цела? – шептал он. – Как мне тебя называть?

– Меня зовут Шэнь, – я посмотрела на него, – но здесь ты зовешь меня Жуаньюй, а я тебя, – мои пальцы коснулись бусины, – в будущем я ласково назову тебя Маофэн.

В его глазах задрожала влага, и столь давно испытывающие жажду его покрытые красной коркой щеки очистились новой слезой.

Он помнил.

Помнил меня.

И помнил Маофэна.

– Боги, – прошептала я, – кто ты? Кто ты в моем будущем?

Я смотрела на Гуань Юя, но думала о Лян Фане… я видела Лян Фана в глазах генерала.

Как это возможно, как?!

Он ответил сам:

– Уверен, я полный болван. Если потерял тебя на две тысячи лет.

Губы мои расплылись в улыбке, и его ответили тем же.

– Перестаньте, а то меня вырвет медом! – Му Синь метнула окровавленный клинок в наши сцепленные руки.

Кажется, имея дело с демонами и лишенными души императрицами две тысячи лет назад, надо иметь в виду, что каждое неаккуратное слово или жест рубят пальцы, а то и головы.

– Довольно! – Му Синь ткнула в меня веером. – Ты принадлежишь Гую! Ты моя душа, и, заключив сделку, я отдала тебя Гую!

– Нет. – Я обернулась, когда слеза сорвалась с моей щеки на руку Гуань Юя, которой он закрыл мою ладонь от клинка. – Нет, – твердо повторила я, оборачиваясь. – Я никому не принадлежу. Тем более никому не принадлежит моя душа.

Плавным движением Му Синь подняла руки к прическе.

– Без меня ты бестелесный дым!

– Без меня ты пустой кувшин из потрескавшейся глины, сколько штукатуркой ни мажься!

Гуань Юй закрыл меня щитом своих скрещенных рук, но его отбросил Гуй, не позволяя вмешиваться.

– Гуй! – Рев генерала отражался от стен. – Отпусти Шэнь! Забери мою душу, но дай ей уйти!

– Твоя душонка ничего не значит, – лениво проплыл мимо него демон.

– Она не демоница и не богиня! Сражайся с равным себе!

Спасибо моей практике на допросах подозреваемых. Не сосчитать, сколько раз наступал в переговорах именно такой момент – торг. Когда обвиняемый знал больше, чем полицейский, не собираясь делиться знаниями бесплатно.

Гуй знал больше, чем я, генерал или императрица.

Ему было выгодно, что все мы собрались именно здесь. Именно в этой временной точке на полосатой шубке небесного шмеля. Узнать бы, что именно хочет демон. Почему он не разрывает наши с генералом тела теневыми сколопендрами?

Му Синь наносила мне ряд колотых ударов. От первого меня швырнуло об золотую стену, и на ней остался след человеческого тела (вот как выглядит наглядно выражение «расплющило душу»).

Обернувшись, я посмотрела на отпечаток, оставленный на фреске.

– Я ведь говорила, что на фреске не техника рисования гунби, а техника «соскреби-себя-со-стенки»! – спустя два тысячелетия этот шлепок будет обнаружен на раскопках Хэй Лю и украсит зал в библиотеке, куда я приду за книгами.

Спасибо Лю, что разместила «тень» моего прошлого среди книг. Вот бы вернуться и рассказать сотруднице, что это мой автопортрет за стеклом!

Мысли мешали думать.

Почему здесь? Что затеял Гуй? За что я сражаюсь?

Вспоминая тренировки Учителя, я начала давать Му Синь сдачи. Никакая девчонка не будет впечатывать меня в стену и оставлять отпечатки моей души на золотой штукатурке императорского дворца!

Выпад, атака! Оборона, перенять инициативу, напасть!

Выпад, атака! Оборона, перенять инициативу, напасть!

Наше сражение с Му Синь походило на танец. Каждая делала то, что предчувствовала вторая. Ни я, ни она не могли нормально ранить друг друга. Уверенность на лице Му Синь сменилась недоумением, когда полсотни ее атак не дали ни малейшего результата.

Тогда Му Синь пошла на хитрость.

Очередной удар ее клинка пронзил уже мертвое тело императора, после чего она послала нож в руки Гуань Юя.

И что это был за выпад – бить мертвого императора клинком?

– Стража-а-а-а-а! – закричала Му Синь, и в зал ворвалась новая сотня вооруженных людей.

Ну конечно… это была стратегия вруньи, интриганки и социопатки.

Му Синь тяжело дышала, когда я сплела ее и свои руки узлом бесконечности.

– Гуань Юй убил вашего императора! – отдала она приказ страже. – Убить их! Всех!

Выдернув из пучка гуань дао, я увеличила его и кинула в руки Гуань Юя.

Нам с Му Синь пришлось с силой отшвырнуть друг друга, и я приземлилась спиной на грудь демона.

Стражников из сотни стало две, а потом и три. Вдобавок к своей армии Му Синь призвала теневые силы сколопендр, которые раз за разом нападали на Гуань Юя, но тот продолжал сражаться, не давая вооруженным людям или жукам приблизиться ко мне.

– Останови все это! – развернулась я к Гую.

Он хотел убрать прилипший к моему потному лбу и губам локон, но я начала вырываться, уклоняясь от его длинных корявых пальцев:

– Что ты хочешь? Что тебе нужно? Зачем я здесь?!

Он приподнял бровь, рассматривая меня сверху вниз, и его раздвоенный язык собирался коснуться моей щеки.

– Душа Му Синь красивей ее бесподобного тела.

– Меня. Зовут. Шэнь!

Он все-таки сумел поймать меня за подбородок, и ледяной раздвоенный язык, от которого шли импульсы тока, прошелся по щеке и шее.

Стиснув зубы, я замерла и уставилась в его глаза.

Как описать глаза демона?

Как описать взгляд, пронизывающий до костей, просвечивающий душу навылет? Сильнее адреналина заставляющий колотиться сердце, лучше излучения превращающий разум в кисель.