Читать книгу - "Путь Строителя 20 - Алексей Ковтунов"

Просто профессионала такого уровня на севере не сыскать. Поэтому господин Вильмар очень настаивал, чтобы это сделали именно вы, да, и никому другому это не под силу.

— Ладно, зайди, — протянул варг и первым шагнул за порог.

За спиной у него глухо стукнуло и послышался сдавленный стон, притолока здесь рассчитана на своих. Доргрид опустился в единственное кресло и уставился в огонь, а гость остался стоять посреди комнаты, потирая лоб и переминаясь с ноги на ногу.

Глаза у него понемногу освоились в полумраке, и вскоре он застыл на месте. Темнота в дальнем углу мерно поднималась и опускалась, а потом всхрапнула и дернула во сне когтистой лапой. Там спал черный медведь, и гость, кажется, старался дышать с ним в такт, чтобы не выделяться.

— Г-господин, — слова у него теперь спотыкались на первой же букве. — В-вот это лишь ч-часть оплаты.

Он вытащил из сумки мешочек и приоткрыл горловину, а там тускло блеснули золотые монеты. Доргрид лишь мельком взглянул и снова отвернулся к чаше. Рука с мешочком так и повисла в воздухе, и золото в нем позвякивало заодно с коленями.

— Значит, говоришь, там охотники, — он задумчиво поскреб бороду.

— Д-да, всё так, они живут на к-краю северного леса…

— И надо именно выкрасть, а не убить, — перебил его Доргрид.

— Н-ну, ж-желательно, — замялся посыльный и снова глянул в угол. — Но д-думаю, господин Вильмар п-поймет, если жертва по пути куда-нибудь пропадет. Там уж как п-получится.

Угли негромко потрескивали, а он прикидывал, что такого натворил этот мальчишка, если ради него загоняют коней через два королевства. Вопрос любопытный, но задавать его незачем, всё равно соврут. Зато кое-кто который месяц сидит на чердаке и уже начал поглядывать на стропила.

— Хорошо, мне всё равно надо выгулять мою Стервию.

Едва он договорил, откуда-то снаружи послышался басовитый клекот, от которого пламя в чаше присело, а медведь перестал храпеть, и посыльный невольно поежился.

— Эт-то означает д-д-да? — выдавил он.

— Золото меня не интересует, — бросил варг. — Меня интересует другое.

Он пошевелил угли железным прутом и дождался, пока они разгорятся.

— На пути к северу моя Стервия может проголодаться, а в такие моменты я ее не контролирую, это вредно и ей, и нашей с ней связи. Так что если будут сопутствующие потери, мне не должны предъявлять никаких обвинений. Она будет есть то, что захочет, и столько, сколько захочет. Для меня главное выгулять ее, а не выполнить этот ваш заказ.

— Конечно, конечно! — сразу заголосил посыльный, и заикание у него куда-то пропало. — Совет с радостью всё решит! Никаких обвинений в вашу сторону не будет, мы всё понимаем и все расходы спишем!

— Спишете? Ну тогда ладно, — вздохнул Доргрид. — Можешь идти. Я отправлюсь, как только захочу.

Посыльный закивал и уже отступал к двери, не сводя глаз с медвежьего угла.

— Мешок-то оставь, — напомнил ему варг.

Тот растерянно положил золото на ближайший стол.

— Еще один.

Посыльный замер, но быстро принял решение, достал из сумки второй и пристроил его рядом с первым.

— Теперь иди.

Выходил он спиной вперед и с притолокой на этот раз встретился затылком, но жаловаться не стал. Снаружи у кольца в изгороди болтается откусанный конец привязи, а коня нигде нет, только на камнях краснеют свежие пятна.

— А где моя лошадь? — удивился он и обернулся к дому.

— Списана, — ухмыльнулся из дверей Доргрид.

* * *

Над кратчайшими сроками Доргрид думал дня два, после чего собрался и выехал, как и обещал, когда захотел. Кормушки в зверинце он забил на месяц вперед, а новые строки на стене допишет, когда вернется. Стервия шагнула с чердака прямо в обрыв и расправила крылья только у самых камней, а козел проводил ее взглядом и продолжил жевать подпругу.

В своем королевстве его многие знают как великого варга, а на границе дозорные разглядели с пригорка, что летит у него за спиной, и дружно вспомнили о делах в другой стороне, сопровождение у него соответствующее.

Дорогами он, правда, особо не пользовался, козлу они ни к чему, да и жалоб так меньше. Сопутствующие потери начались еще в предгорьях, с чьего-то стада на дальнем выпасе, и словечко это Доргриду понравилось, раньше такое называлось просто обедом.

Верхом на Стервии вышло бы втрое быстрее, да вот по воздуху ему не добраться. Когда она хочет есть, может случайно сработать дикий рефлекс, и шея развернется к седоку раньше, чем он успеет дернуть за нить. Да и сидеть на спине у такого монстра то еще удовольствие.

Доргрид обернулся и полюбовался, как она тяжело загребает воздух. Чем-то она напоминает стервятника, только размером с быка, а размах крыльев у нее шагов пятнадцать. Перья давно ороговели и склеились в сплошные пластины, и прокусить такую броню мало кому под силу, разве что искать сочленение, но заниматься этим Стервия никому не позволит.

Голова у нее голая и морщинистая, длинная ощипанная шея досталась ей от тех же стервятников, и выглядит всё это даже жалко, пока она не откроет пасть. Распахивается та чуть ли не до затылка, а зубы сидят в ней в несколько рядов и похожи на пилы. Глазки мелкие и черные, и вопрос в них всегда один, едят ли это.

На загривке и крыльях растут острые полые шипы, и все с ядом. Взмахом крыла она стряхивает их веером, а на месте вылетевших тут же лезут новые. Яд-то слабенький, но если попадет несколько, рука у взрослого мужика отнимается, а пока он с ней разбирается, к нему уже идет вся остальная Стервия.

Откуда у нее такой аппетит, он понял в первый же день знакомства, всё дело в регенерации. Когда он ее нашел, ее терзали горные волки, рвали с нее куски прямо на камнях, а закончилось тем, что она сожрала их всех, и раны затянулись почти сразу. Тело она чинит мясом, так что голодна всегда, а чем чаще ее бьют, тем она сильнее.

Минусы у нее тоже есть, взлетает она тяжело, ей нужен или большой разбег, или высота, а по земле она передвигается неуклюже, переваливаясь и волоча крылья. Только какая разница, когда у тебя такая броня и пасть, которая в три укуса поглощает целую лошадь.

Сам он ехал на козле, тот спокойно его выдерживает, а с такими плечами весит Доргрид немало. Обычная лошадь под ним ложится на второй день, а этот знай себе идет по камням и тащит в зубах кусок чьего-то забора.

Чем дальше от гор, тем меньше ему здесь нравится, камень кончился, вокруг сплошные елки.