Читать книгу - "Вороница. Пойманные души - Татьяна Морец"

– Эви, мы передадим для неё радостную весть, как только сможем. Но ей придётся пережить горькое послание о твоей смерти. Она всё равно уже думает так, – стоит на своем сумеречник.

Я до хруста стискиваю кулаки и сжимаю челюсть. Идиотская необходимость!

– Нам есть что ещё обсудить. Это касается проклятия. – Амиран повторно разворачивает одну из туго свёрнутых записок.

– Что там?! Не томи! – чуть не притопывая ногой, я тоже поднимаюсь с места.

«Когда три луны, как топазы, засверкают разом на небе, спящие служители Тьмы скинут своё покрывало. Дети Тьмы поведут свою Мать к победе, пока мир живых не преклонит перед ней колени, покорившись навеки вечные», – зачитывает Амиран, и его слова тяжело оседают, подтверждая наши предыдущие домыслы.

– Мы что-то подобное и предполагали, – несколько беспечно заявляет Фарн и уже зло добавляет: – Заберём артефакт и сожжём всех без исключения, кого найдём в этих дрянных сопках, к их тёмной матери! Сгорят в адском Трезубце все её дети, чтобы голову свою поднять больше не смели на землях живых! Преклонить колени навечно! Вот ещё!

– А мы можем не забирать артефакт? А просто спалить их тут: здесь и сейчас? Останемся без Завесы, но новых умертвий больше не появится, справимся же как-нибудь с теми, что есть? – возникает у меня мысль.

– Нет, Эви, не выйдет. Это бы помогло, если бы тёмные маги не запустили проклятие, но уже поздно. А сколько сотен тысяч мёртвых лежит на дне? Мы не знаем. – Невидяще смотрит вдаль сумеречник. – Нам придётся добраться до их чистилища и прервать проклятие. И нам необходимо «Чёрное сердце», пока души умерших не получили свою свободу, до тех пор нужно оберегать Роунхельм от разной нежити. Мы преграда и для других королевств Южного Света, – разбивает мои надежды Амиран.

Значит, придётся идти в Трезубец, понимаю я, как бы ни хотелось предать всех темнокнижников, кровных магов и некромантов огню незамедлительно.

– Смотрите! – Огневик указывает рукой на Светило, что уже почти полностью упало за горизонт.

– Мы не успели дойти до гротов, – вполголоса озвучиваю я очевидное.

Поочерёдно оборачиваем свой взгляд к тропе сквозь разлом. Земля дальше становится всё более сухой, она испещрена трещинами, темнеет вдали, уходя в чернь.

– Переночуем здесь. У подножия скалы. Соорудим ограждение из камней и будем дежурить по очереди. Нежить ничего так не боится, как огня, явятся – им несдобровать. Рядом с нами Фарн, – принимает решение Амиран.

– Да и твоя сила очень уж неприятна для нежити, не зря на основе сумеречной магии возвели Завесу, – хмыкает огневик, и мужчины сверкают зубами, предвкушая битву.

Я закатываю глаза. Как мальчишки!

Вокруг валяется много булыжников, обкатанных Тёмным Океаном и острые обломки скальной породы. Мужчины быстро сооружают из них убежище на ночь, помогая себе магией. Я тоже за ночевку, опасаюсь бродить по тёмной тропе, рискуя нарваться на нападения мертвяков «из-за угла». Только расслабишься – накинутся из-за любого камня. Днём тоже нельзя терять бдительности, но ночью нежить набирает силу, скорость, лучше чует живых. Когда господствует Светило, мертвяки почти слепы. Слышат они всегда плохо и туго соображают, но днём медлительны, как пригретый на солнце жук, даже ребёнок легко убежит. Если их не десятки. Но тогда без огня и магического оружия и самый сильный мужчина становится уязвим. Умертвия обступают жертву, вцепляются своими мёртвыми руками так крепко, что надежды на спасение нет.

– Нам и до этого было непросто, но сейчас наступила самая опасная часть нашей дороги. Я прошу вас быть собранными и осторожными. – Амиран поворачивает голову ко мне. – Эви, тебе лучше обернуться, нам будет проще защитить себя, не думая о том, что тебя схватит мертвяк. Сегодня здесь ещё достаточно безопасно, но завтра, когда мы двинемся по тропе, всё изменится. Как только ты заберёшь артефакт – лети, не оглядываясь с ним домой. Мы с Фарном выберемся, но прежде уничтожим цитадель тёмных. Зная, что ты в безопасности, не отвлекаясь, доведём дело до конца и тогда уже вернёмся домой, – довольно жёстко обрисовывает сумеречник последующие действия.

Я снова вижу в нём будущего Верховного мага. И возразить не могу. Не время поддаваться чувствам. Ныне решает разум и опыт магов, которые в прошлом вели не только праздную жизнь, как мне могло показаться в самом начале.

– Эви, ты должна понимать, кроме тупых умертвий в Зловещих сопках будет достаточно марионеток темнокнижников, – продолжает мужчина. – Это бывшие живые, которые за определённые услуги добровольно продали свои души в служение тёмным магам. Либо те, чьи души были украдены мастерами тёмных книг в бою или хитростью. У бездушников они не привязаны к телам, а находятся при магах-отцах.

– Марионетки умны и быстры. А если при жизни были магами, то и сейчас сохранили свои способности. Наравне с темнокнижниками – это наши самые опасные противники, – поясняет Фарн.

Да уж, не соперник я столь серьёзным существам. Уничтожат меня без малейшего труда!

– Есть ещё куклы, поднятые некромантами. С ними может быть немного проще, они слушаются хозяев, пока некромант не исчерпает силу. Но если обладатель силён, куклы основательно испортят нам жизнь. Теперь ты понимаешь, почему так важно стать недосягаемой для них? И даже в облике врана тебе нужно быть осторожной. Как только противник поймёт, что ты необычная птица, достанет своей магией. – Пристально смотрит на меня сумеречник, убеждаясь, что я всё поняла и не буду противиться его решению.

Мне остаётся согласно кивнуть и пообещать, что наутро перед тем, как отправиться в путь, я обернусь враном. Ярким образом вспыхивает воспоминание, как у меня дома, сидя в кресле, Амиран рассказывал о некоторых способностях темнокнижников. Это было так давно, хоть и недавно…

В той жизни я была ещё слишком беспечна.

Глава 27. Опасные знакомства с обитателями Трезубца

– Эви, нам пора.

Я не сразу понимаю, где нахожусь. Горячий стан подо мной и мягкий голос Одуванчика наполняют тело ленью, а разум безмятежностью. И только уткнувшись в его грудь носом и втянув поглубже воздух, я возвращаюсь в реальность. Запах соли и вчерашней рубашки воскрешают память как волшебное зелье, но, по правде сказать, я бы предпочла забыть…

Молча лежу дальше, не имея никакого желания вставать. Меня пугает необходимость разделиться. Не когда я обернусь вороной, а когда заберу артефакт и буду вынуждена улететь в Роунхельм, оставив Амирана здесь.

«Отпустив на ту сторону любимого…» – звучит в голове голос Фарниза.

На ту сторону – это он про Погиблые земли говорил? Что значит отпустить…