Читать книгу - "Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени"

Проблема на повестке дня, называлась просто: «Граф Кирилл Строганов». Русский пробился в финалы всех трех индивидуальных дисциплин. Рукопашный бой, фехтование на холодном оружии и высшая лига дуэлей Кинетиков.

— Господа, мы должны проявить благоразумие и внести коррективы в расписание завтрашнего дня, — сухо произнес главный врач турнира, пожилой сеньор в пенсне, постукивая пером по графику. — Провести три финальных боя такого уровня за один день для одного человека — это за гранью физиологии. В финале Кинетиков выплеск энергии колоссален. Если граф выйдет туда после двух изнурительных схваток в рукопашной и на стали, у него просто откажет сердце или случится кровоизлияние. Предлагаю разнести его финалы хотя бы на два дня.

Сидевший в центре стола представитель дома де Альба — надменный сухопарый старик с орденом Калатравы на груди — холодно усмехнулся, стряхивая пепел с сигары:

— Позвольте, доктор. Когда его сиятельство подавал заявку и вносил деньги сразу в три сетки, он находился в здравом уме и твердой памяти?

— Безусловно, дон Алехандро, но никто не предполагал, что один боец сможет дойти до конца везде…

— Это исключительно проблемы амбиций самого русского графа, — жестко отрезал представитель де Альба, и сидевшие вокруг гранды из кланов Мендоса, Валлехо и Санта-Крус дружно, с плохо скрываемым злорадством закивали. — Нынешний регламент турнира утвержден полвека назад. Менять вековые традиции ради прихоти иностранца, который переоценил свои силы? Это оскорбит других финалистов, которые честно готовились к своей единственной схватке!

О своих шкурных интересах вслух, разумеется, никто не заикался. Никто не говорил о том, что победа русского во всех трех главных номинациях станет несмываемым позором для всей испанской элиты, а букмекерские конторы, принадлежащие этим самым семьям, разорятся на выплатах по ставкам с востока. Формально все радели исключительно за букву устава.

Все взгляды скрестились на торце стола, где в глубоком кресле молча сидел инфант Карлос, представлявший на совете волю Короны, и сопровождавший его глава Тайной канцелярии.

Дворяне затаили дыхание, ожидая, что старший наследник престола сейчас надавит авторитетом и продавит перенос боев ради высокого гостя империи. Но Карлос все это время лишь спокойно разглядывал свои массивные кулаки со следами старых ожогов. Подняв тяжелый взгляд на притихших грандов, принц Астурийский неожиданно равнодушно пожал широкими плечами:

— Дон Алехандро прав. Закон един для всех. Корона не видит причин менять утвержденную сетку финального дня.

По залу пронесся едва слышный вздох торжества. Переглянувшиеся спонсоры едва сдержали улыбки: даже королевская семья решила умыть руки и посмотреть, как зарвавшегося русского смешают с песком на фоне полного истощения.

— Единственное техническое уточнение от распорядителей, — ровным голосом добавил Карлос, поднимаясь с места и застегивая китель. — Чтобы соблюсти приличия, между финальными выходами графа Строганова будет установлен фиксированный технический перерыв ровно в два часа. В это время на арене пройдут полуфиналы и финалы командных зачетов. На этом вопрос закрыт. Честь имею, господа.

Гранды согласились на эту поправку не раздумывая, с легким сердцем подписывая итоговый протокол. Каждый из них, имевший в роду сильных Кинетиков и мастеров клинка, прекрасно понимал: два часа после финальной рубки — это ничто. За два часа не успеет даже утихнуть дрожь в забитых мышцах, не говоря уже о восстановлении выжженного до дна пылевого резерва. Графу Строганову только что совершенно законно подписали приговор на публичное поражение.

* * *

Утро решающего дня турнира началось с того, что у билетных касс Колизея полиция с трудом сдерживала многотысячную толпу. Билеты на финалы были сметены за считанные минуты после открытия продаж, а у перекупщиков цены взлетели до стоимости хорошего автомобиля, но желающих попасть внутрь меньше не становилось.

В ложе дома Эскобар царило гробовое молчание. Инес, Кармен и Валерия сидели у самого парапета, не отрывая взглядов от центральной площадки. После вчерашнего решения оргкомитета, о котором в Мадриде не знал только слепой и глухой одновременно, женщины смотрели на выходящего из туннеля Кирилла как на человека, идущего на эшафот.

А вот в комментаторской будке царил настоящий экстаз.

— Итак, первый финал дня! Полноконтактный рукопашный бой! — громко произнес в микрофон Мигель, перекрывая рев семидесяти тысяч глоток. — Справа от судьи — непобедимый русский Аудитор, граф Кирилл Строганов! Слева — наша гордость, чемпион Каталонии и личной гвардии герцога Мединасели, непокорный Хорхе «Каменный Кулак» барон де Торрес! Хорхе свеж, полон сил, вчера в полуфинале он за минуту сломал три ребра чемпиону Баварии! А вот графу сегодня предстоит выдержать тройной марафон! Посмотрим, какую тактику выберет русский: уйдет ли он в глухую оборону, чтобы сберечь силы для следующих…

Закончить глубокомысленный тактический анализ Мигель не успел.

Внизу, в центре очерченного круга, судья резко взмахнул рукой:

— Бой!

Барон де Торрес — натуральный коренастый, широкоплечий бык с шеей шире головы рванул вперед, намереваясь сходу зажать противника у барьера и выбить из него дух тяжелыми ударами по корпусу. Кирилл сегодня не стал играть в долгие кошки-мышки и беречь лицо оппонента. Времени на реверансы в расписании не осталось.

Когда каталонец выбросил вперед левый прямой, способный пробить приличное дерево насквозь, Строганов качнулся навстречу, входя во внутренний радиус атаки. Его ладони сработали как две стальные рессоры: два коротких, сухих хлопка по запястьям барона — и сокрушительная серия испанца провалилась в пустоту, а самого Хорхе от собственной инерции повело вперед.

Нога Кирилла в армейском ботинке ударила хлестко, как кнут, точно под опорный голеностоп противника, одновременно с этим правое плечо графа жестко впечаталось в грудину барона.

Подсечка на встречном движении подбросила стокилограммового каталонца в воздух, развернув параллельно земле. И еще до того, как спина де Торреса коснулась пола, Строганов сверху вниз, вложив всю массу тела, вбил ребро правой ладони точно в челюсть падающего чемпиона. Глухой удар разнесся по притихшему первому ярусу. Голова барона мотнулась, глаза закатились, и тело чемпиона Каталонии мешком рухнуло к ногам судьи в глубоком, безнадежном нокауте.

От стартового выкрика рефери прошло ровно восемь секунд.

— Матерь Божья… — только и смог выдавить из себя Карлос в прямом эфире, когда над ареной снова повисла оглушительная тишина, а затем трибуны взорвались ревом. — Вы это видели⁈ Восемь секунд! А как же экономия сил⁈ А как же усталость прошлых дней⁈ Включите повтор! Немедленно выведите замедленный повтор на главные экраны!

Наученные горьким опытом первого дня, когда О’Коннелл умер быстрее, чем моргнул объектив, владельцы «Иберия Медиа» вчера раскошелились и