Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

Я готов был уже пешком бежать до лагеря, но тут услышал стук копыт приближающейся к веранде повозки и поспешил открыть дверь для Юлии. Проходящий следом за ней профессор с большой брезентовой сумкой через плечо ехидно хихикнул и похлопал меня по руке. Я подхватил с пола свой ранец, закинул «соколовку» на плечо и вышел следом.

— Герр смотритель, возьмите корзину. Я приготовил бирокс в дорогу, — остановил меня Клаус и передал корзину литров на восемь, накрытую сверху полотенцем.

Корзина пахла вкусно, и от неё исходило тепло.

— Благодарю, Клаус. Больше не трогай мои вещи. И не давай их баронессе. Ни-ко-гда.

Клаус вздохнул и ничего мне почему‑то не ответил, морда немецкая.

В лагере нам на экипаже сменили лошадей на тех, что пришли с рудника: оказывается, мои кони в тоннеле ходить отказываются, а те, что с рудника, приучены. Юлия пока что заняла место возле меня, но со временем, я уверен, перекочует на более удобный диванчик. Я же с трудом представлял, как буду ехать на сиденье без спинки восемь часов. Разве что вот пирожки от Клауса помогут. Впереди нашего экипажа двигались двое матросов верхом, освещая путь себе и нам «керосинками», за нами шёл фургон со студентами и лежащим внутри Фёдором, замыкали шествие ещё четверо матросов верхом. Восторг от предстоящего путешествия в темноте испытывал, наверно, только профессор. Через пару часов я уже возлежал на облучке, опираясь на локоть, все разговоры постепенно стихли.

Мы ненадолго остановились в перевалочном лагере, перекусили и оправились в предусмотрительно оборудованном туалете. Чувствуется, что тут по обустройству работали профессиональные шахтёры, которые много времени проводят в таких вот подземных условиях.

Следующие четыре часа мы ехали без остановок. Несколько раз я спрыгивал прямо на ходу и помогал сделать то же самое Юлии; мы шли рядом с повозкой и почти не разговаривали, как и все в этом караване. Потом снова была большая остановка, где нас в обустроенном лагере встретили двое горняков и два матроса. Матросов тут же отправили назад, на выход из тоннеля, куда они рванули галопом, вызвав у нас полное понимание: они тут трое суток уже сидели на дежурстве. Дежурившие тут с ними шахтёры оседлали своих коней и присоединились к нам.

Наконец‑то, через почти десять часов этой пытки, перед нами предстали закрытые ворота. Настал мой выход. Я достал из своего ранца один из четырёх прихваченных из дома цилиндров и пошёл в одиночку открывать ворота. Гнездо для цилиндра нашлось в том же месте; из него я извлёк разряженный элемент и вставил свой. Снова щёлкнуло, ворота, слегка шурша, поползли в стороны, и в щель тут же стал проникать неяркий дневной свет. Но даже этого тусклого света хватило, чтобы все зажмурились, а кони недовольно захрапели, тряся головами. Через пару минут слезящимися глазами я разглядел устье тоннеля, до которого было метров сто. Я вернулся к экипажу и, взяв в руки винтовку, передёрнул рычаг затвора, досылая патрон. Тут же и со стороны матросов послышались характерные звуки передёргиваемых затворов. Первые двое морских пехотинцев тронули лошадей и двинулись вперёд; мы пока что оставались на месте, ожидая от них условного сигнала.

Наш экипаж выехал на широкую площадку, застланную каменными плитами. Поддав лошадей вбок, я освободил место для следующих за нами. Профессор и баронесса привстали с диванчика и смотрели на открывшуюся картину широко открытыми глазами. И было с чего, я бы и открытым ртам не удивился.

Не каждый день видишь три египетские пирамиды, расположенные в зелёной горной долине, а не в песках. Причём пирамиды почти новые, а не раскуроченные, как у нас на Земле. Вершины пирамид сияли в заходящем солнце красным золотом; их грани, сложенные из серого камня, тоже слегка блестели полированной поверхностью. Сбоку от пирамид протекала довольно большая горная река, через которую к пирамидам вёл каменный мост, как две капли воды похожий на те, что лежат на дороге от маяка в Приморск. Вокруг пирамид разросся густой широколиственный лес, казавшийся на их фоне просто пучками травы: пирамиды были просто гигантские, даже на фоне гор.

От площадки, где мы остановились, к мосту вёл пологий серпантин всего с двумя поворотами. Я повернулся к профессору и спросил:

— Ну что, спускаемся к реке, разобьём там лагерь?

— Давайте сразу к пирамидам!

— Борис Моисеевич, понимаю, сам хочу, но скоро солнце сядет за хребет, и тут станет темновато, а нам ещё лагерь надо обустроить до ночи. А у моста наверняка есть удобный спуск к воде.

— Ну давайте тогда уже быстрее вниз. Остановимся на том берегу. Поехали, голубчик! Быстрее!

Двое матросов, выполнявших у нас роль передового дозора, посмотрели на меня и, дождавшись подтверждающего кивка, тронули своих лошадей и начали спуск.

— Вадим Дмитриевич, ну поехали же уже! — настаивал профессор, игнорируя всякие предосторожности.

— Сейчас. Тормоза проверю. А то спуск впереди. — Я действительно спрыгнул с облучка и, нагнувшись, стал ощупывать несложный механизм здешних тормозов. Потом залез на облучок, поиграл рычагом «ручника», снова спрыгнул и осмотрел тормоз. — Сейчас ещё у фургона глянем.

У фургона стоял Фёдор и ждал меня, ухмыляясь. Потом мы вместе проверили тормоз на фургоне, попинали колёса и, когда наш передовой дозор достиг второго поворота, разошлись по своим экипажам.

— Это то чего мы опасались, господин профессор? — спросил я, указывая на пирамиды.

— А? Да… Это наверняка оно и есть. Впрочем, мне‑то откуда знать? Я, знаете ли, не бывал в вотчине нашей императорской фамилии.

— Что, и даже никаких изображений не видели? — удивился я.

— Мпф, — фыркнул профессор, — конечно, не видел: это же государственная тайна. Вы как с Луны упали, Вадим.

— Ну мало ли. Вдруг учёные вашего уровня имеют доступ, — тут же оправдал я своё незнание местных реалий.

— Нет, Вадим. Даже папа ни разу не встречал не то что иллюстраций, но и описания где бы то ни было, — тут же пришла мне на помощь Юлия. — Борис Моисеевич, думаете, будет хорошей идеей нам туда идти?

Борис Моисеевич негодующе уставился на девушку.

— Кстати, да, профессор, — тут уже я пришёл на помощь к ней, — если уж отовсюду вымараны все упоминания о тех пирамидах, то не стоит ли нам развернуться, быстро проследовать назад и доложить куда надо как можно скорее, закрыв эти ворота