Читать книгу - "Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени"

встрече. Это была чистой воды феерия первобытного женского ужаса, помноженная на судорожную панику.

Все четыре спальни второго этажа выглядели так, словно по ним пронесся тропический ураган высшей категории. Створки массивных гардеробных шкафов из красного дерева были распахнуты настежь, а кровати, кресла и даже ковры на полу исчезли под многослойными завалами одежды.

— Это катастрофа! Полная, абсолютная катастрофа! — голос Кармен, доносившийся из большой гардеробной комнаты Инес, звенел на грани истерики.

Финансистка стояла перед огромным тройным зеркалом, держа в обеих руках два вечерних платья — темно-лиловое и золотистое, — и с ненавистью смотрела на свое отражение.

— В лиловом я выгляжу как вдова провинциального нотариуса, а в этом золотом тряпье — как содержанка владельца табачной плантации из Гаваны! — Кармен в сердцах отшвырнула оба наряда на кучу отвергнутого гардероба, где уже покоились два десятка платьев. — Инес, скажи честно, у тебя в этом проклятом доме есть хоть одна вещь, в которой не стыдно войти в зал, где сидит старая ведьма де Альба⁈

— Замолчи, Кармен, у меня от твоих воплей виски ломит! — огрызнулась Инес, которая сама в этот момент стояла посреди комнаты, затянутая в строгое черное платье, и яростно пыталась отстегнуть заевшую на спине застежку. — В этом мы были на приеме у губернатора Картахены в прошлом году! Старый крой! Если мы явимся в «Паласио» в прошлогодней колониальной моде, эти мадридские гадюки нас взглядами сожрут еще до того, как подадут закуски!

В соседнем крыле дела обстояли еще хуже.

Мартина стояла посреди своей комнаты, скрестив руки на груди, и с видом приговоренного к расстрелу буравила взглядом бледно-розовое платье, которое перед ней на вешалке держала перепуганная горничная.

— Убери эту гадость с глаз моих, Роза, пока я не пустила ее на ветошь для чистки карабинов! — рыкнула виконтесса. — Я в этих рюшках буду похожа на кремовое пирожное! У меня костяшки сбиты и синяки на теле, какое, к дьяволу, кружево и открытые плечи⁈

В комнату без стука влетела Валерия. Волосы кузины были растрепаны, в глазах стоял неприкрытый ужас:

— Марти, у тебя остался тот темно-синий комплект из парижского салона⁈ Мое зеленое платье разошлось по шву на талии, когда я начала одеваться, а остальное вообще никуда не годится! Мне совершенно, абсолютно нечего надеть!

— Парижский комплект мама еще месяц назад отдала перешивать, и портной его запорол! — Мартина в отчаянии запустила пятерню в волосы, шагая по ковру поверх разбросанных туфель. — Да чтоб этого графа черти взяли с его сюрпризами! Сказать за три часа до выхода, что мы идем в главное логово столичных снобов! Мы же туда даже войти не сможем — у нас нет нарядов соответствующего класса! В Мадриде платья для таких раутов шьют по полгода по личным эскизам!

Чем ближе стрелки старинных часов в холле подбирались к восьми вечера, тем плотнее сгущалась атмосфера безысходности. Горничные бегали по коридорам с утюгами и иголками, получая подзатыльники и противоречивые приказы, а четыре женщины, способные не моргнув глазом отправить в бой сотни головорезов, стояли посреди вороха баснословно дорогих тряпок и чувствовали себя абсолютно безоружными. Явиться в «Паласио де Кристаль» с графом Строгановым в неподобающем виде означало не просто опозориться самим — это значило подставить под насмешки человека, который сегодня днем рисковал ради них на арене.

Часы пробили ровно восемь — за час до назначенного времени.

В ту же секунду снизу, от массивных кованых ворот усадьбы, донесся глухой рокот мотора, а следом в переговорном динамике внутренней связи у дверей гардеробной раздался растерянный голос начальника охраны:

— Донья Инес… Прошу прощения за беспокойство. Тут к главным воротам подошел большой закрытый фургон с гербами Королевской гильдии поставщиков двора.

Инес, стоявшая в очередном отвергнутом платье из темно-красного бархата, резко повернула голову к переговорному устройству, нахмурившись:

— Какой еще фургон, Пабло? Мы ничего не заказывали на вечер. Пробей по базе и гони их в шею, нам сейчас не до торговцев!

— Уже проверили, сеньора, — голос бойца охраны дрогнул от явного недоумения. — С машины вышли люди… Говорят, что они представители модного дома «Вальверде и Сыновья» с улицы Серрано. Утверждают, что привезли срочный спецзаказ лично для вас, доньи Кармен и молодых виконтесс. И с ними полная бригада мастериц со всем необходимым — говорят, они в курсе, что времени в обрез, и готовы прямо на месте подогнать все по фигурам до последнего стежка. Прикажете завернуть?

Немая сцена дилась недолго. Кармен, Мартина и выскочившая в коридор Валерия застыли в одинаковых позах крайнего изумления, уставившись на Инес. Модный дом «Вальверде и Сыновья» был тем самым закрытым ателье, которое одевало инфант, герцогов и половину королевского двора. Очередь на пошив там расписывалась на два года вперед, а с клиентами из Нового Света старый сноб Вальверде не разговаривал в принципе, возвращая любые чеки без объяснения причин.

Первой из оцепенения выскочила Инес. Ее глаза сузились, а командный голос рявкнул в микрофон так, что динамик жалобно затрещал:

— Живо открывай ворота, идиот! И только попробуй задержать их на досмотре хоть на лишнюю секунду! Пулей загоняй всех портных вместе с их коробками в большую гостиную на первом этаже! Света там добавьте, быстро!

Через три минуты все четыре дамы, наспех накинув поверх белья шелковые халаты, стояли на верхней площадке мраморной лестницы, почти не дыша и вцепившись пальцами в балюстраду.

Тяжелые двери парадного входа распахнулись. В просторный холл усадьбы Эскобар, словно стайка вышколенных фей, бесшумно и стремительно впорхнули восемь миловидных девушек в одинаковых строгих серых платьях с игольницами на запястьях и сантиметровыми лентами на шеях. Двигались они с поразительной, почти военной синхронностью. Первая четверка несла на вытянутых руках длинные, объемные чехлы с золотым тиснением, в которых угадывались очертания вечерних туалетов. Вторая четверка тащила за собой передвижные никелированные стойки, складные зеркала со встроенной подсветкой и объемистые коробки с обувью и фурнитурой.

А последним, замыкая это шествие, в холл переступил порог высокий, худощавый мужчина лет пятидесяти пяти в безупречном фраке, с седыми висками и тонкими пальцами художника.

Валерия тихо ахнула, прикрыв рот ладонью, а у Кармен округлились глаза. Они узнали его мгновенно. Это был не просто старший приказчик или закройщик. В гостиную дома Эскобар собственной персоной шагнул дон Лоренсо Вальверде — родной младший брат основателя модного дома и главный модельер Мадрида, к которому на поклон ездили жены министров.

Женщины медленно спустились по лестнице