Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

достал из грани — скорее всего, цилиндр, — почему‑то долго смотрел на него и зажав в руке проделал то же самое с остальными сторонами пирамиды, но почему‑то в этот раз он не поднимал руки с цилиндрами вверх. Народ в храме затих: все взгляды были обращены на него. Глава посмотрел на нас, затем широко улыбнулся и поднял вверх кулаки с торчащими между толстых пальцев цилиндрами — золотыми цилиндрами.

По храму прокатился «ах», и народ застыл. Глава потряс в воздухе цилиндрами и зычным голосом на весь храм провозгласил:

— Люди! Приморск! Чего застыли‑то? Чудо сошло! Это Эфирно́е золото!!! Ликуйте!!!

Народ ликовать стал, но как‑то с меньшим энтузиазмом. Но чувство радости и чуда постепенно брало верх над скептицизмом. Когда глава поворачивался к выходу, он посмотрел на нас и резким движением головы призвал следовать за ним. Мы повернулись к родителям Юлии: они, подтолкнув нас в спину, направили вслед за главой и пошли следом, сказав что‑то своей родне.

Мы смогли догнать главу уже в притворе. По дороге перед нами расступались и поздравляли очень искренне: меня даже несколько раз хлопнули по плечу. Приостановившийся глава уверился в нашем наличии за своей спиной, кивнул барону и, выдохнув, направился к выходу, потрясая цилиндрами.

На площади реакция была примерно такой же: радостные вопли сперва затихли, но выходившие за нами из храма люди продолжали смеяться, свистеть и орать «Ура!». Толпа на площади быстро заразилась и подхватила, и мы проходили сквозь неё уже под радостные крики, свист и улюлюканья. А сзади за мной волочился «парашют».

Когда мы наконец‑то смогли войти в здание управы, глава повернулся к нам:

— Идёмте ко мне в кабинет. Все.

Прозвучало это не приказом, а скорее как просьба — но такая, очень настоятельная просьба. Он чуть ли не бегом взлетел по лестнице с удивительной сноровкой для своего возраста и массивного телосложения, и когда мы вошли в приёмную, он уже был без мантии и застёгивал мундир, впрочем, до конца он этого делать не стал: похоже, ему было изрядно жарко. Глава сам распахнул дверь своего кабинета и пригласил нас всех пройти.

— Никого не пускать. Вообще! — сообщил он стоящему навытяжку секретарю, закрыл двери и быстро прошёл на своё место, махнув на стулья у стола. — Присаживайтесь, пожалуйста.

Все расселись, и глава посмотрел на нас с Юлией, но вопрос задал почему‑то не нам:

— Вольф, ты что‑нибудь понимаешь в этом? — он вытащил из карманов четыре золотых цилиндра и аккуратно поставил их на стол перед собой.

— Первый раз такое вижу. Позволь‑ка, — барон приподнялся, перегнулся через стол и взял один из цилиндров. Взвесил в руке, осмотрел и, пожав плечами, вернул на место. — Без понятия. Похоже на золото.

— Ну, я так и сказал людям. А для чего это? Что нам с этим делать? Такого никогда не было, Вольф. Ты же у нас учёный по эфиру. Скажи нам, — настаивал на своём глава.

— Слава! Но откуда я знаю‑то! Я сам с таким первый раз столкнулся. Нет такого в наших учебниках. Надо их срочно в столицу слать с нарочным.

— Понятно… — сник глава, но потом резко поднял голову и уставился на нас с Юлией. — Ну а вы что скажете, молодые люди? Что там произошло?

Мы с Юлией посмотрели друг на друга и пожали плечами.

— Не имею ни малейшего понятия, Всеслав Владимирович. Закололо в руках — и понеслось, — попытался я избежать вопросов про кольцо.

— А кольцо? Ведь это с него поток частиц вырвался. Откуда оно у вас? С раскопок?

Я бы с радостью ему ответил, что именно оттуда — некрасиво, зато вопросов ко мне меньше. Но тут же взвилась Юлия:

— Вы что?! Господин глава! Как вы могли подумать такое! Это семейная реликвия Вадима Дмитриевича! Он мне его вручил на помолвке!

— Вадим Дмитриевич? — глава даже не особо и обратил внимание на гневные выкрики Юлии.

— Так и есть. Это кольцо моей прабабки. Откуда оно у неё, увы, следов не ведаю.

— А она у вас кто была, ваша прабабка?

— Да человек обычный. Как все. Ни в каких верхах не состояла, насколько мне известно, — вот и ледок подо мной захрустел.

— А что вы о ней знаете вообще? Можете же вспомнить?

— Господин глава! Вадим очень рано потерял родителей. Откуда он может что‑то точно знать о своей бабушке, а тем более прабабушке? — тут же пришла на помощь Юлия, чем заслужила от отца и матери удивлённые взгляды.

— Это так, Вадим Дмитриевич?

— Да.

— Прошу извинить. Я же не знал. Простите, просто вся эта ситуация… И никто, — глава посмотрел на барона укоризненно, — ничего не знает. Вы же все видели, что в храме было. Никогда такого не случалось, кроме как на вашем событии…

— Кстати, о событии, — тут же вмешалась в разговор старшая баронесса, — Всеслав, мы не можем тут у тебя сидеть. Как и ты, впрочем. Мы должны быстрее попасть домой: у нас гости вот‑вот начнут приезжать.

Глава 14

15 июля, понедельник.

И вот мы снова вдвоём на «Новике» идём к маяку, сидим в обнимку у штурвала и вспоминаем вчерашний день, полный сюрпризов.

Так как первым сюрпризом с колечком моей прабабушки дело не ограничилось, тема получила продолжение в вечерней шестичасовой службе. Перед ней в доме барона состоялся целый военный совет — ходить или не ходить. Но за вариант «не ходить на службу» был только один человек — он был тут новенький, и его быстро убедили в его неправоте.

Молодая баронесса отчего‑то воспарила в небеса и почувствовала, что теперь за этот мир отвечает она. Похоже, подаренное мной кольцо отлили недалеко от Мордора.

Мать этой юной особы была просто непоколебима в своих позициях: соблюдение традиций, правил и этикета. Орднунг — и баста.

Барон, конечно, поддержал супругу, потому что он тоже был из этих. Ну и ещё в нём проснулся жадный до открытий учёный‑«эфировед»: он желал заполучить в свой университет один из золотых цилиндров во что бы то ни стало. Вот эту его позицию я хорошо понял.

Пожарский, затеявший этот совет, под конец торжества тоже имел понятную мне позицию.