Читать книгу - "Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов"

гостей — оказывается, и такой имелся у Герцев. У них вообще оказался весьма скромный дом и бесстыдно большой участок при нём — и это в черте города. Так что я слегка пересмотрел свои оценки благосостояния этого семейства: похоже, Морозовы знали больше меня.

Домик состоял из двух комнат с коридором между ними и ванной комнатой в его конце. В комнате, выделенной нам с Фредом, было довольно скромно, как и принято было в этой семье: двуспальная кровать, шкаф, стол, две тумбы и два кресла около камина в углу. Скромно, но всё выглядело очень надежным, крепкомонументальным и с историей. Соседями по дому у меня были сестра Герды Иогановны — Елизавета — и её муж, Генрих Августович Ренкевиц. Нас представила друг другу Юлия и, забрав мой парадный мундир для приведения в порядок, оставила нас с Фредом распаковывать мой багаж, состоявший из револьвера и саквояжа. С этим я управился как‑то подозрительно быстро, и мы пошли с пёселем обследовать прилегающий участок.

Участок оказался действительно большим. Я обнаружил тут и флигель, в котором жила прислуга, — флигель был при этом побольше гостевого дома. Нашлась на участке и конюшня с сараями. В задней части участка был разбит довольно большой огород, из которого можно было попасть на параллельную, не очень парадную улочку. В общем, большое такое поместье оказалось у немецких баронов на службе у русского императора.

На обед меня позвали в два часа. Я порядком оголодал к этому времени и уже подумывал двинуться в трактир на набережной: а то вдруг про меня забыли. А нет, не забыли — покормили. На обеде за столом присутствовали только семья Герц, мои соседи по домику и, собственно, я. Разговоры, конечно, только и велись вокруг маяка и моей легенды. А так как я отвечал односложно и вообще чувствовал себя не в своей тарелке, то Юлия подключилась и очень быстро приняла весь огонь на себя.

После обеда мы с Юлией истребовали личной аудиенции у господина барона и поделились с ним нашими выкладками по лампам накаливания. Барон заинтересовался темой сразу и решил включиться в группу разработки, взяв на себя основную её часть: всё‑таки Эфир был его специализацией, да и с физикой он был на «ты», в отличие от меня, Юлии и профессора.

А после этого почти рабочего совещания меня отпустили погулять в город — одного. Ну и куда ещё мог я отправиться, кроме оружейной лавки? Особых потребностей в чём‑либо не было, но я решил прикупить патронов к своей «соколовке»: патронов много не бывает.

Увидев меня, Добрыня почему‑то не расцвёл и не кинулся приветствовать своего любимого покупателя, а обошёлся кислой миной и простым приветствием. Наверно, получил от Морозова после того, как я ушёл, ибо тот только на таких вот как Дроздов и мог отыграться.

— Мне бы патронов к моей «соколовке», Добрыня Аркадьевич.

— Ничем не могу помочь, господин смотритель. Нету‑с, — Добрыня развёл руками.

— Я сейчас не совсем понял вас. Вот же они в витрине, — я указал на выставленные в витрине пачки патронов для моей винтовки.

— Это выставочный витринный образец. Я имею право его не продавать.

— Что случилось, господин Дроздов?

— Ничего не случилось, господин смотритель. Просто нет патронов.

— А куда же они у вас все делись? Вы буквально в позапрошлый мой визит к вам рассказывали о ящиках и ящиках этих патронов у вас на складе.

— Не могу знать‑с. Разошлись, — бледно врал мне Дроздов, совсем не походивший на былинного тёзку.

— Понятно. Морозов запретил? Так я ведь могу и с полицией прийти: вы не можете меня не обслужить, — пустил я в ход местное законодательство по защите прав потребителя.

— Это вам ничего не даст. Все патроны этого калибра выкупил господин Морозов для своей службы охраны рудника.

— Там что, война намечается? Ну, продайте мне тогда те, что на витрине.

— Не могу‑с. Выставочный образец. Имею право, — довольно улыбаясь, ответил Дроздов.

Неприятно: он мне нравился, нормальным человеком показался. Я, не прощаясь, вышел из магазина. В принципе, можно и через кого‑то купить. Того же Лёшку попросить, но сегодня это точно будет выглядеть подозрительно.

Я оглянулся и увидел свободного извозчика, сел к нему и попросил отвезти в другую оружейную лавку, в которой ещё никогда не был и её адреса не знал.

Извозчик завёз меня в незнакомую часть города, и я попросил его подождать меня у лавки. Этот магазин был сильно скромнее Дроздовского — и убранством, и качеством товара. Целый отдел, почти половину площади лавки, занимал товар, бывший в употреблении. Новое оружие тоже было, но явно классом пониже чем в лавке Дроздова.

— Добрый день. Чего изволите, господин хороший? — спросил меня молодой парень в рубашке и жилете.

— Патроны к «соколовке» есть у вас?

— Увы, — продавец развёл руками, — выкупили всё подчистую. Даже с витрины отдали. Ждём привоз.

— Морозовы? — нахмурившись, спросил я.

— Да! — искренне удивился моей догадливости парень. — Я тоже удивился количеству. Они же и револьверных много взяли. И даже все мои «соколовки» выкупили. Я ещё поинтересовался в шутку, не война ли. Сказали, учения у их службы охраны, и арсеналы надо обновить.

— И что теперь, все в Приморске без патронов будут сидеть?

— Ну, у всех есть немного же по домам. Да и через пару недель «Мир» подвезёт. Жаль, что мало мы заказали, но кто же знал. Так что извините, но помочь не могу. Вы бы у Дроздова узнали.

— Узнал уже, — буркнул я, и попрощался с парнем. — Ладно, спасибо. До свидания.

— До свидания, — ответил продавец и вдогонку почти прокричал: — Приходите к нам. У нас дешевле.

Однако странно. Ну ладно, они могли Дроздова науськать на меня из‑за той ссоры при его свидетельстве. Но этот‑то парень вполне искренне мне всё выложил. Или актёр хороший. Надо будет всё‑таки Лёшку попросить навестить эти магазины. Патронов‑то у меня достаточно пока, но много их не бывает. Выйдя из магазина, я уселся к извозчику и попросил довезти до дома барона.

Когда я вошёл в калитку, то понял, что не очень понимаю, куда мне теперь идти: то ли подойти и постучаться в двери, и, пройти через дом хозяев к себе, то ли обойти дом вокруг. Так бы и стоял, чувствуя себя идиотом, если бы